Кладбищенский фантом - Анна Устинова

— Ну, ни фига себе, — покачал головой Макси-Кот.

Помешав картошку, которая разогревалась на сковороде, он медленно произнес:

— Слушай, Фома, а тебе не кажется, что у вас тут слишком много творится странностей. Кладбище, которое время крадет. Твои предки, уткнутые в телевизор. Старуха в черном.

— И еще — глазок, — добавил я.

— Какой глазок? — застыл с ложкой в руке Макс.

— У телевизора на панели, — принялся растолковывать я. — Понимаешь, он у меня вроде бы сам включается и выключается.

Макси-Кот вытаращился на меня. Я продолжал:

— Я сперва думал, что показалось. Ну, знаешь, сам машинально врубил и не заметил. Но когда несколько раз…

Внимательно меня выслушав, Макси-Кот медленно произнес:

— Знаешь, Фома, лучше всего вам было бы отсюда съехать.

— Съехать? — переспросил я. — С какой стати? Предкам тут нравится. Да они вообще ничего необычного не замечают. А если я расскажу, не поверят. Хватит с меня той передачи. И так по врачам затаскали.

— Да уж, Фома, — согласился мой друг. — Лучше тебе больше по этому поводу не выступать.

— Ну, предположим, они бы даже мне поверили, — снова заговорил я. — Сам ведь знаешь, как они ждали эту квартиру. Ни за что они теперь не съедут.

На супе запрыгала крышка. Схватив прихватку, я снял кастрюлю с конфорки.

— Кстати, картошка тоже готова, — сообщил Макси-Кот.

Мы уселись за стол.

— Ладно, — уже сидя, сказал Макс. — Завтра проведем на кладбище эксперимент номер два. Может, удастся выяснить, что тут у вас творится.

До позднего вечера мы с Котом просидели у меня в комнате, строя различные версии. Однако ясней нам ничего не стало. Одна надежда на завтрашний эксперимент. Может, хоть после него появится какая-нибудь зацепка.

Родители до самой ночи смотрели телек. Мать даже ужин таскала в большую комнату. Когда они легли, сказать не могу. Мы с Максом так и заснули под звуки какой-то передачи.

Несколько раз за вечер то он, то я посматривали на панель моего телевизора. Но глазок так и не зажегся. Поэтому друг мой с надеждой проговорил:

— Может, Фома, тебе хоть это вчера показалось.

— Хорошо, если так, — откликнулся я. — Но, по-моему, и без этого странностей предостаточно.

— Куда уж больше, — согласился Макси-Кот. — Честно тебе сказать, у меня самого уже крыша едет.

Я промолчал. Лишь про себя отметил, что если это в ближайшее время не кончится, крыша поедет абсолютно у всех.

Утром нас разбудил телефон. Звонила Жанна:

— Эй вы, сони. Дрыхнете?

— Сейчас встаем, — торопливо произнес я. — Жди. Как будем готовы, забежим за тобой.

— Идет. А я, пока вы там возитесь, Пирса выгуляю. А то мне больше туда его брать не хочется.

Не успела она это произнести, как Макси-Кот, уставившись на меня сонным глазом (второй в это время у него был еще закрыт), с важным видом изрек:

— Скажи ей: сегодня пса с собой не берем. Жанна, услышав, ответила:

— Поблагодари его, Федор, за мудрый совет. В трубке раздались частые гудки. А я, конечно же, передал Максу слова Жанны.

— Очень, я вижу, вы все тут предусмотрительные, — проворчал он и, подвигав кончиком длинного острого носа, вскочил с раскладушки.

Выйдя из комнаты, мы обнаружили, что предки мои еще спят. Это было нам даже на руку. В темпе умывшись и проглотив по бутерброду, мы оставили записку, что до обеда осматриваем окрестности, и почти бесшумно испарились из квартиры.

На сей раз мы основательно подготовились к эксперименту. В рюкзаке у меня за плечами лежали будильник, фотоаппарат с новой пленкой на двадцать четыре кадра и фонарик. Против последнего я сперва сильно возражал. Однако Макси-Кот заявил, что на этом кладбище черт знает что происходит со временем и он совершенно не удивится, если вдруг среди дня там внезапно настанет ночь. В конце концов фонарик присоединился к будильнику и фотоаппарату. Порывшись в бездонном своем рюкзаке, Макс вытащил еще складной ножик и, запихнув его в карман джинсов, пробормотал: «Кто знает, может, тоже сгодится». Я не замедлил отреагировать: «Ты еще копченую колбасу с собой возьми».

Кот даже и не подумал засмеяться, а наоборот, на полном серьезе произнес:

— Между прочим, не так глупо, как тебе, Фома, кажется.

С этими словами он отрыл среди обширных своих запасов шоколадку и тоже запихнул ее в мой рюкзачок, назидательно добавив:

— Лучше предусмотреть, чем недосмотреть.

Я деликатно осведомился, помнит ли Макс, что перед ним все-таки не вьючный осел или какой-нибудь там «корабль пустыни», но он лишь рукой махнул. Мол, от одной лишней шоколадки еще ни один человек не надрывался.

Звонить в дверь Жанне нам не пришлось. Видимо, услыхав, как мы бесшумно выходим, она мигом выскочила на лестничную площадку и сразу вызвала лифт.

По дороге Жанна заметила мой рюкзак и высказалась в том смысле, что дурной пример заразителен. Понятно, она имела в виду Кота, который прибыл ко мне с полным походным снаряжением. Мы принялись друг над другом подтрунивать. Но шутки у нас выходили натужные, и смеялись мы словно бы по обязанности, отвлекая себя от того, что нам вскоре предстояло.

На улице мы заметили довольно много людей. Во дворе их тоже гуляло достаточно — кто с собаками, кто с детьми, а кто просто так. Но на дорожке к кладбищу по-прежнему, кроме нас, ни души.

— Видите, — тихо проговорила Жанна. — Даже в субботу сюда не ходят гулять.

— Вот уж поистине город мертвых, — глухо откликнулся Макси-Кот.

День с самого раннего утра выдался на редкость пасмурный. Небо до горизонта заволокла сплошная серая туча. Когда мы уже находились на полпути к кладбищу, зарядил мелкий холодный осенний дождь.

— Бр-р, — поежилась Жанна и натянула на голову капюшон.

Мы с Котом, за неимением капюшонов, надвинули по самые глаза козырьки бейсболок.

— Классная погода для эксперимента, — проворчал Макс.

«Какой эксперимент, такая и погода», — отметил про себя я, однако вслух ничего говорить не стал. Уже почти подойдя к воротам, мы вдруг увидели, как с другой стороны с нами поравнялась пожилая парочка.

— Смотрите, смотрите, — указала на них Жанна. — Значит, тут все же гуляют.

Старики, потоптавшись в воротах, вдруг резко развернулись и засеменили прочь от кладбища.

— Нет, все-таки не гуляют, — мрачным голосом констатировал Макси-Кот.

— Наверное, дождя испугались, — предположила Жанна.

Мы посмотрели вслед старичкам. Пожилая парочка, не оборачиваясь, уходила все дальше и дальше.