Родная кровь - Вадим Панов

– Настя, – проговорил знакомый, сотни раз звучавший в её голове голос. Он словно наполнил мышцы силой, остановив разъедающее действие лунного света. Настя сумела подняться и шагнуть навстречу.

Она ждала избавления.

– Мы… – начал заговоривший, но не успел произнести того, что хотел. Одна из понурившихся фигур странно задрожала, словно через неё пропустили ток, а потом в одно молниеносное движение оказалась рядом с девушкой. Коричневый капюшон упал на плечи, и взору открылся череп старца, покрытый редкими пучками седых волос, и лицо, похожее на ком измятой бумаги.

– Угхр-рха! – Старец с утробным рычанием бросился к Насте, норовя вцепиться жёлтыми зубами в горло.

Блеснули жуткие бельма глаз…

* * *

– Настасья! Настя! – Марина изо всей своей немалой силы хлестала девушку по лицу. – Настя!

Щёки горели огнём, в горле встал сухой ком. Девушка закашлялась и со стоном втянула в лёгкие воздух.

– Ты что, припадочная? – заговорила Марина сердито, но по её побледневшему лицу было видно: испугалась женщина крепко.

– Не в то… горло… – попыталась оправдаться Настя. Перед глазами которой всё ещё стояли зловещие бельма и жёлтые зубы жуткого старика.

– Да ты чуть не померла. Это ж сколько надо не в то горло вдохнуть? Всё гном этот соседский со своим подлючим вареньем! – Марина, отыскав, наконец, виновника своего страха, крепко завернула банку крышкой и хотела уже выбросить в мусор, но рачительная хозяйка победила – банка была задвинута в угол.

– Кисель тебе сварю, пока у врача будешь, – пообещала Марина.

«Врач!» – от страха, что опоздает на встречу, Настя подскочила и заметалась по комнате, забыв, где совсем недавно видела джинсы и оставила сумочку.

– Марина Яковлевна, – спросила она, видя, что компаньонка достала и принялась растряхивать шторы, примериваясь, как бы половчее достать со стола до гардины. – Я собиралась у Кирилла переночевать в палате. Нужно вещи собрать, его завтра выписывают…

– Ерунду не говори, – отмахнулась та. – Доспалась уже в больнице – плечи вон все перекошенные. И это тебе тридцати нет, а в пятьдесят с тобой что станет? Как малой ляжет, возвращайся и спи нормально. Поставишь будильник и, свежая, отдохнувшая, без вот этой вот кривой спины, будешь к завтраку снова в больничке.

Её взгляд остановился на дневнике, что лежал на краю стола поверх пакета с занавесками для кухни.

– Какая всё-таки красивая вещь… – проговорила женщина, зачарованно коснувшись пальцами обложки. – Умели же делать. Жаль, не по-нашему написано.

– А Екатерина Фёдоровна как же без вас? – попыталась схватиться за спасительную соломинку Настя. – Может, вам вернуться надо?

– У неё сейчас Игнат Васильевич в гостях, – спокойно ответила женщина. – Неужто я буду ей мешать с сыном общаться?

Марина подвинула стул к подоконнику и стала раскладывать шторы. Через стекло было видно висящую на балконе футболку, которую она ставила на стирку, да так и не успела повесить сушиться. Женщина, видимо, всерьёз решила остаться и дождаться возвращения новой подопечной, поскольку её сильно напугал приступ Насти.

– Спасибо, – прошептала девушка.

Марина сделала вид, что не услышала.

Но остановилась, подумала, отложила шторы и повернулась к Насте.

– Игнат сильно орал?

– Как бешеный.

– Это я ему позвонила.

– Я поняла. – Девушка смущённо отвела взгляд, показывая, что всё происходившее осталось в прошлом.

– Ты это… Прости меня.

– Вы меня не знаете и поэтому осторожны. Я понимаю.

– Да…

Настя махнула рукой, улыбнулась, распахнула дверь, вышла на площадку и стала быстро спускаться по ступенькам.

– Ключи взяла? – нагнал её голос Марины. – Я, если что, запру и до Кати поеду!

«У-у-у», – подхватил последнюю низкую ноту её оклика колодец подъезда. Отражённый от стен, он настиг Настю на третьем этаже, заставив вздрогнуть, вспомнив жуткий хрип, с которым набросился на неё в видении ужасный старик.

Ведь это даже был не сон! Какой-то морок!

«Может, Велена и впрямь ведьма, вот и наслала кошмар, чтобы отомстить за выходку Игната? Хотя… сама-то ты себя слышишь, Настя Энгель? Какой кошмар, удар? Какие ведьмы?»

«Те самые, – жёстко ответила прежней, сомневающейся Насте новая, уверенная. – Насчёт Велены ничего не понятно… А вот кошмар на тебя, судя по всему, насылает книга…»

«Ерунда! Просто я подавилась, вдохнула не в то горло, кислорода стало меньше, и пошли глюки».

«Ты прекрасно знаешь, что это – глупости. Прими правду: всё дело в дневнике…»

– Дневник!

Только сейчас Настя поняла, что оставила его на столе. Тут же повернула к подъезду, запустила руку в сумочку, чтобы достать ключи от домофона, и вздрогнула, нащупав кожаный переплёт книги.

* * *

– Ты с кем шлялась? – прорычал Святомир, глядя на вошедшую в дверь Велену. Даже в холл вышел – вот до чего не терпелось ему пообщаться с подружкой.

– Что значит «шлялась»? – возмутилась ведьма.

– А что ты делала?

– Ездила по делам.

– Почему не подходила к мобильному?

– Не всякие дела можно делать со включённым телефоном.

– Ты издеваешься?

– Начнём с того, что я – не твоя собственность…

– Ты!

Люд дёрнулся, словно хотел ударить женщину по лицу, но Велена даже не пошевелилась. Знала, что удара не будет – воспитание не позволит, – и не пошевелилась. Только взгляд аквамариновых глаз стал резким и жёстким, предупреждающим, что если воспитание подкачает, ведьма за себя не ручается.

– Ты… – Святомир не ожидал от любовницы такой твёрдости и растерялся.

– Я – не твоя собственность! – громко заявила женщина. – Ты должен об этом помнить.

И прошла в гостиную.

Велена ожидала скандала, учитывая, что она исчезла на несколько часов, не отвечала на звонки, а вернулась не на такси, а на большом чёрном внедорожнике с тонированными стёклами – Игнат решил проводить её до подъезда. И хорошо к этому скандалу подготовилась.

– О чём я должен помнить? – изумился люд.

– О том, что я в гробу видела этот твой Владимир, твои деньги и твоё старьё! – бросила женщина. – Я здесь, потому что мне с тобой хорошо. Но если ты сделаешь мне плохо, нам придётся расстаться.

Несколько секунд сбитый с толку Святомир смотрел ведьме в глаза, после чего негромко поинтересовался:

– Что это был за хлыщ?

– Местный бизнесмен.

– Только познакомилась, и он уже покупает тебе платье? – прищурился люд.