Другие. Бессмертный взвод - Сергей Зверев

– Он, кажется, уже никогда не пропадет, – угрюмо бросил подошедший Мамаев. – Ты не беспокойся, мы все сделаем. И Стольников, когда сюда придет, знак заметит и поймет. Олег, ты прав. Нужно идти на возвышенность. Скоро здесь появятся люди Ждана. На «КамАЗах» объедут высоту, и десант направится в ущелье. А если еще и с запада обойдут, то мы окажемся в западне.

Баскаков срубил лопаткой тонкое деревцо, повернул его комлем в сторону зеленого склона и бросил на землю.

– Вот и вся информация. Когда Стольников тут появится, он все поймет.

Как только группа вошла в лес, на берегу появилось около десятка людей в форме грузинской армии. Следом за ними, на дистанции чуть больше ста метров, из-за утеса показались еще около тридцати.

Они не видели разведчиков на берегу и не были свидетелями их разговора. Но «грузины» заметили, как спина Мамаева, шедшего в арьергарде, мелькнула на солнце и утонула в лесу. Только ветка качнулась, словно попрощалась.

Но люди Ибрагимова не собирались прощаться с разведчиками. Напротив, они жаждали встречи с ними. Отделение третьего взвода направилось следом за людьми Стольникова. Второй взвод дождался, когда авангард войдет в заросли, разделился надвое и вскоре тоже исчез в лесу.

Семеро разведчиков, разобравшись в цепь, стремительно поднимались по крутому склону. Этот лес сильно отличался от «зеленки» той высоты, которую им пришлось оставить. На смену яблоням и абрикосам пришли сосны и держи-дерево. Встречая заросли, бойцы чертыхались и изменяли маршрут. Движение сквозь такой «терновый венец», воспетый в библейских сюжетах, не доставляло никакого удовольствия. Чтобы не уклоняться от маршрута, бойцы иногда были вынуждены идти рядом с держи-деревом, и тогда то и дело слышался легкий треск. Это разведчики сдирали колючки с рукавов курток.

Сосны стояли, закрывая небо. В лесу было прохладно и пахло хвоей. Фляги, наполненные в речке, тяжелили пояса. Жулин знал, что теперь вода не скоро встретится на их пути. Его товарищи тоже не сомневались в этом. Они то и дело стирали пот с лиц, но прикладываться к флягам не спешили. Придет час, как бывало не раз, и вода понадобится в первую очередь. Сейчас нужно было как можно скорее исчезнуть, потеряться, стать невидимыми для подполковника Ибрагимова. Оставшись за командира, Жулин вел людей туда, куда направился бы и Стольников – на вершину. Они уже находились на высоте не менее полутора тысяч метров и должны были подняться еще на триста.

Жулин шагал первым. Девушка появилась из-за куста держи-дерева, когда он его прошел. Следующим на ее пути оказался Мамаев. Она взмахнула рукой, отскочила назад и присела, как кошка.

– Вот черт!.. – Отскочив в сторону, Мамаев провел рукой по груди.

Лезвие ножа распороло ткань разгрузочного жилета и скользнуло по магазинам с патронами, не задев его тела.

– Ты кто такая?!

Разведчики остановились и на мгновение впали в ступор. Только Жулин развернулся на крик Мамаева, бросился к девушке и сбил ее с ног. Все произошло в считаные секунды.

Девушка завизжала и вцепилась зубами в руку прапорщика.

– Сдурела?! Откуда она?

Нож, перехваченный левой рукой, взметнулся над прапорщиком.

Жулин схватил незнакомку за локоть и придавил к земле. Только тогда бойцы пришли в себя. Окажись на месте этой особы кто-то из людей Ибрагимова, и прапорщик был бы уже мертв. Но это оказалась девушка. Здесь, в Другой Чечне. Если бы сейчас в лесу появился, к примеру, президент США, то разведчики удивились бы ничуть не больше.

Баскаков помог Жулину, и они вдвоем скрутили дикарку. Только сейчас, когда она сидела, ее удалось как следует рассмотреть. Ей было около двадцати-двадцати двух лет. Темные волосы, собранные под серый платок, туго обтягивающий голову. Длинное, до пят, платье на тон светлее платка, на ногах – мягкие тапочки.

– Это кто такое? – выдавил вполголоса Баскаков, присаживаясь перед девушкой. – И нож какой странный! – Он поднял клинок за лезвие и хорошенько рассмотрел его.

– Чем это он странен? – спросил Ермолович, ковыряясь в своей сумке. – Обычный чеченский нож.

– Вот этим он и странен.

Акимов взял это оружие и стал разглядывать его. А Жулин присел перед девушкой и принял от санинструктора ампулу с йодом и клочок ваты.

– Как тебя зовут? Откуда ты? – Сломив головку ампулы, прапорщик пропитал ватку йодом и стал замазывать царапину на предплечье. – Эй, ты меня слышишь?

– Придется взять ее с собой, – решил Акимов. – Нам не до викторин.

– Он прав, – согласился Ключников. – Одно только непонятно. Откуда здесь взялась чеченка?

– Почему ты решил, что она чеченка?

– Одета как чеченка.

– Может, ингушка, – не сдавался Мамаев. – Или кабардинка.

– Как тебя зовут? – повысил голос Жулин.

Устремив в сторону разведчиков затравленный взгляд, упрямица ссутулилась и сидела молча.

Прапорщик зашел ей за спину вынул из ножен свой нож. Девушка обернулась, увидела это и закричала что-то на непонятном языке.

– Похоже, она и вправду чеченка, – признал Мамаев.

Жулин наклонился, несмотря на яростное сопротивление девушки, перерезал веревку на ее запястьях и заявил:

– Иди отсюда, дура!

Прапорщик швырнул на землю обрывки пут, сунул нож в ножны, поднял «Вал» и направился в сторону вершины.

Через несколько шагов он остановился, обернулся и сказал:

– Чего встали? Откуда-то она пришла, так? Значит, туда и уйдет.

Не сводя удивленных глаз с девушки, бойцы молча последовали за ним.

Только Акимов сбавил шаг, остановился рядом с дикаркой, сидящей на земле, и по-чеченски спросил, говорит ли она по-русски.

Та кивнула.

– Почему же не отвечаешь?

Девушка уже успокоилась, но по-прежнему не доверяла чужим людям с оружием и промолчала.

– Мы не сделаем тебе ничего дурного. Просто хотим знать, что нас ждет впереди. Поняла?

Услышав разговор, разведчики остановились. Отойти далеко они не успели, поэтому слышали все, о чем шла речь.

Девушка кивнула и поднялась.

– Нас преследуют плохие люди. Тебе нужно уходить. Поняла? Если не желаешь идти с нами, отправляйся куда хочешь. Но здесь не оставайся. Поняла?

Она кивнула.

– Как тебя зовут?

Девушка посмотрела на разведчиков и тихо произнесла:

– Айшат.

– А меня – Акимов. – Лейтенант протянул ей нож рукояткой вперед. – Где ты живешь?

– Здесь, – тихо произнесла она, и разведчикам сразу стало ясно, что по-русски девушка говорит неуверенно. – Рядом.

– А чего это она никак не успокоится? – спросил Жулин, уложив руки на «Вал», висящий на груди.