Поцелуй врага - Лана Морриган

На отказ переодеваться мужские руки срывают мокрую одежду и кидают клочки ткани за спину, оставляя меня полностью обнаженной.

– Одевайся, замерзла. – Блондин кладет на мои ступни что-то мягкое. На искаженном злобой лице глаза врага сверхъестественно поблескивают желтым. – Долго будешь меня рассматривать? Одевайся или тебе помочь? – говорит спокойно, не кричит, как пару минут назад.

– Отвернись, – озвучиваю я глупую просьбу. Я не до конца владею своим телом. Если бы не блондин, вряд бы ли выбралась из реки или достигла другого берега.

– И не подумаю. Второй раз не полезу за тобой в воду, подожду, пока наплаваешься и выйдешь сама.

«Или утону», – добавляю про себя.

Я и сама не полезу, мышцы болят от перенапряжения, скручивают конечности, заставляя терпеть боль.

Отнимаю ладони от груди. Пальцы, словно резина на морозе, не сгибаются.

Разворачиваю мужскую толстовку, путаюсь, кручу в руках в поисках низа. Быстрее бы прикрыть неровный рубец, скрыть от чужого изучающего взгляда.

– Кто это сделал? – спрашивает враг.

Не хочу отвечать на вопрос, игнорирую. Привстаю на колени, расправляю мягкую ткань. Мужские ладони перехватывают за плечи, реагируя на мои неуверенные движения.

– Вторых штанов нет. Чаще после трансформации приходит в негодность верх, – одергивает толстовку на моих бедрах. – Мит, едем.

– К Константину? – Брюнет занимает водительское место.

– Да, пусть осмотрит. Неизвестно, чем ее угостили.

– Меня угостили Лилу и не спрашивали, хочу я угощаться или нет. – Блондин мерзко хмыкает, а я подавляю в себе желание оправдываться. Какая мне, в сущности, разница, что он обо мне думает? Есть проблемы намного важнее. – Куда вы меня везете?

Брюнет бросает взгляд через зеркало заднего вида:

– Лечить тебя, болезную. Чтобы не тащила всякую дрянь в рот. Несмотря на то, что прямо сейчас начала курс оздоровительного закаливания, – говорит он.

– Я не знала, что Шкет добавил наркотик в коктейль, – отвечаю я злобно.

Автомобиль сбрасывает скорость на повороте, блондин придвигается ближе и сковывает мое запястье обручем из пальцев. Удерживает твердо, но не причиняя боли. В какой-то момент хватка ослабевает, и большой палец гладит мое запястье. Место соприкосновения с мужскими пальцами приятно щекочет крохотными разрядами тока, распространяя тепло и согревая.

– Сделай теплее, – обращается он к другу.

Замерз? Не думаю, что оборотню холодно в джинсах, свитере и сухой теплой обуви. Это же не он в одной толстовке на голое тело.

Автомобиль притормаживает, за нашими спинами медленно ползут вниз ворота.

Враг открывает дверь с моей стороны и застывает, протягивая руки.

– Ну?! – нетерпеливо дергает ладонями.

– Что? – я смотрю снизу вверх.

– Босой пойдешь по грязи или помочь?

Моя ступня скользит на подножку. Блондин не позволяет сделать шаг, подхватывает меня, прижимает к торсу, одергивает толстовку на бедрах и бодро шагает к дому. Мне остается лишь висеть марионеткой в его руках.

Оборотень взбегает по лестнице, проходит внутрь и, не сбавляя темпа, поднимается на третий этаж.

– А что не возмущаешься? – спрашивает он.

Наши лица на одном уровне, в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Мне тепло и комфортно. Почему я должна возмущаться? – отклоняюсь я, чтобы поймать озадаченный взгляд оборотня.

Он толкает дверь внутрь, и моя храбрость тут же улетучивается. Белоснежная комната, запах медикаментов, больничная койка.

Разговор про лечение не был шуткой?!

Меня сажают на кровать. Комнату наполняет знакомый сладковатый аромат, тело реагирует само, я смотрю в пустоту, из которой шагает мужчина. Отец рассказывал про способности Высших вампиров перемещаться в пространстве, но вживую это чудо я видела впервые.

Страх накатывает новой волной. Что им от меня нужно?

– Доброй ночи. – Вампир обращается ко мне. Его движения тягучи, неторопливы. – Будем знакомиться. Мое имя Константин.

– Яна, – отвечаю я бодро. Смелость наиграна, и все в этой комнате знают об этом.

Напротив дверь, а за спиной окно. Блондин следит за нервными движениями головы.

– Здесь третий этаж. С твоей регенерацией восстановление будет проходить долго и болезненно. Там не вода – бетон.

– А что не так с регенерацией? – Константин с интересом на меня посматривает. Абсолютно черная радужка, сливаясь со зрачком, пугает, делая хозяина нереальным, совсем не похожим на обычного человека.

– Десять лет без семьи усыпили волчицу. – Враг отвечает за меня.

– М-м-м, – протягивает вампир понимающе. – Можно я тебя осмотрю?

– Зачем? – уточняю я.

Мне непонятны действия оборотня. Зачем вытаскивал из воды? Стихия прекрасно бы справилась сама – поглотила, и не нужно марать руки. Зачем привез к врачу? Понимаю одно – не сбежать, и моя жизнь полностью в руках врага.

– Хочу помочь, – отвечает Константин.

Присутствие вампира нервирует. Тело на него отвечает вибрацией. Волоски на руках приподнимаются, стоит Константину приблизиться на шаг.

– Не нужно. Я себя прекрасно чувствую. Могу идти? – отвечаю я.

Мои слова раздражают блондина. Его щека дергается, чуть открывая резцы:

– Ей дали наркотик, и, если я правильно понимаю, не одну дозу. Не могла двигаться и говорить. Я не различал ударов сердца, оно гудело непрерывно, – оборотень хмурится, рассказывая. – Бледное лицо, синеватые губы, минут через двадцать Яна могла фокусировать взгляд, спустя еще пару – устроила заплыв по реке, – легко произносит мое имя, как имя своего давнего хорошего знакомого.

Константин понимающе кивает в конце рассказа. Его не так-то просто удивить.

– Ты знаешь, что принимала? – спрашивает он.

– Лилу, – отвечаю я.

– Сколько?

– Когда меня нашел… – Перевожу взгляд на блондина, набираясь храбрости произнести фамилию вслух.

– Илья, – подсказывает Константин.

– Что? – я спрашиваю растерянно.

– Мое имя Илья. – Блондин подтверждает, что мне не послышалось. – Коваль Илья, – представляется полностью.

– Неправда! – я вскакиваю на непослушные ноги.

– Думаешь, я не знаю собственного имени? – Враг подходит вплотную, зажимает между собой и изножьем кровати.

– Я слышала твою настоящую фамилию в клубе. Ты бронировал стол, – я придерживаюсь за металлическую трубу.

– Бронь могла быть только на две фамилии: на мою или Рокотова. – Оборотень кивает на брюнета, с интересом наблюдающего за нами.