Муза для ректора, или Рабыня из Аура - Наталья ДеСави

– Что случилось? – я раздвинула листья цветка и помогла подняться своей недавней знакомой.

Ниа  устыдилась того, что ее кто-то видит в таком неприглядном и попыталась закрыться рукавом платья, чтобы я не видела ее лица.

– Да ничего. Просто мой диплом не прошел, – она показала папку, перевязанную красной лентой. – И ректор высказал все, что думает о моей работе.

– Ну ты что, ректора не знаешь? – хмыкнула я. – И зачем ты сама пошла к нему? Можно было дождаться официального ответа.

– Мне нужно знать, насколько правильны мои рассуждения. Я хотела знать все о своей работе.

– А услышала много о себе, – закончила я ее фразу. – Пошли, будем смотреть, что там с твоим дипломом.

Я вывела Нию из ниши и отвела к себе в кабинет. Студентов уже не было, и мы смогли спокойно сесть. Я каждый день видела сотни дипломных работ, и с зеленой лентой, и с красной. Некоторые, самые интересные, даже успевала читать. Поэтому примерно представляла, что требует мой бывший хозяин.

Пробежав глазами диплом Нии, я поняла, чего в нем не хватало.

– Слишком мало практики. Твоя тема звучит как «Достижения эльфийского народа в развитии сельского хозяйства», ты расписала все достижения, которые есть, но не предложила ни одного своего.

– А что же я могу предложить? Я же не инженер и не изобретатель.

– Давай посмотрим, – я снова стала листать ее альбом, – у тебя целая глава посвящена аудумлам и их разведению. Это кто?

– Домашнее животное, оно дает молоко.

Я подняла на нее удивленный взгляд. Неужели корова?

– В самом конце есть фотография, – подсказала мне Ниа.

Я перелистнула диплом и нашла нужную фотографию. Точно, корова. Только безрогая и с огромным языком, который на всех фотографиях облизывал какие-то огромные валуны.

– Почему она постоянно что-то лижет?

– Это соль. Аудумлы всегда лижут соль. Поэтому они водятся только в тех районах, где есть соляные залежи, а они находятся только в горах. От этого их молоко такое дорогое.

– И соленое, – поморщилась я. – А как их доят, если коровы всегда находятся в горах?

Дальше Ниа вдохновенно минут двадцать рассказывала о том, как смелые пастухи взбираются за коровами, а не менее смелые доярки с ведрами поднимаются в горы, а потом с полными ведрами спускаются обратно. В общем все сводилось к тому, что здесь делают все руками. План практической части для ее диплома у меня созрел быстро.

Следующие несколько часов мы составляли описание и чертеж доильного аппарата и закрывающегося стерильного бидона, который можно было носить на подобие рюкзака. Ниа так вдохновилась, что мы не заметили, как рабочий день подошел к концу. Мы были уставшие, но довольные. Чертежи были тщательно прорисованы и вложены в конец диплома, сразу после рисунков аудумл, а сам диплом стал толще на целую главу. В нее мы добавили программу внедрения инноваций, подходящую для всех эльфийских деревень, и рассчитали затраты, которые для этого понадобятся. В целом диплом получился не хуже любого земного, с таким и в МГУ на защите было бы не страшно.

Ниа держала в руках заветную толстую папку и светилась от счастья. Но не долго.

– Я не пойду, – ее лицо помрачнело в один миг, и она отложила диплом на стол.

– Почему? – я искренне удивилась такому повороту. Только она была полна решимости, как вдруг пошла на попятную.

– Я не пойду. Я боюсь.

– Ректора? – догадалась я, вспомнив причину, по которой встретила ее зареванную.

Она только кивнула.

– Хорошо, я сама отдам ему твой диплом, – пожалела я подругу.

Она меня обняла и быстро убежала. Я  только вздохнула. Идти к ректору мне было не страшно, уж чего-чего, а лорда я точно не боялась. Точнее не боялась, как Ниа и другие студенты. Я боялась посмотреть ему в глаза. Что больше страшно: увидеть в нем нежность или ненависть к себе, я так и не определила до самого его кабинета. Только занесла руку, чтобы постучаться, как дверь сама открылась, и я лицезрела его. Явно не ожидая меня увидеть, он на мгновенье растерялся. Но только на мгновенье, потому что через секунду его лицо приняло все то же ледяное выражение лица.

– Что ты хотела? – грозно спросил он.