Слезы Моря - Ольга Шерстобитова

— Пока должность свободна.

Интересно, почему?

С этими словами Леон подхватил наши вещи и направился по коридору.

Мы прошли через корпус общежития, попав в главный холл, а потом остановились возле ворот Академии.

— Для первого перехода нужна капля крови, — сказал Леон. — В следующий раз просто прикладывайте ладонь. Охранная магия вас запомнит.

Шарлотта прикусила губу, но порезала палец тонким кинжалом, что протянул маг. Я повторила ее действия.

— Коснитесь ворот.

Руку моментально сковал холод.

— Не дергайтесь, это обычная проверка.

Не прошло и минуты, как я почувствовала, что все неприятные ощущения, действительно, исчезают.

— И что теперь? — уточнила Лотта, разглядывая палец, рана с которого исчезла.

— Проходите через ворота.

Мы с подругой переглянулись.

— Ну? Чего медлим?

— А ты не особо вежлив, — заметила Лотта.

Леон закатил глаза и первым шагнул в распахнутые двери, исчезая.

— Пойдем? — спросила я.

Русалка кивнула.

Этот шаг нам дался нелегко. У меня было ощущение, будто я увязла в чем‑то густом и тяжелом.

— Уф! Ну и…

Мы оглянулись и удивленно замолчали. За воротами, скрытыми магией, находилось зеркальное отражение Военно — морской Академии. Замок с острыми шпилями, два корпуса общежитий, площадка для тренировок.

— Удивлены? — спросил Леон, направляясь к зданию, где наверняка проживали маги.

— А как это возможно?

— Волшебство и не на такое способно. К слову сказать, здания и для магов, и для людей идентичны, но ни один человек сюда не попадет. Кабинет ректора — главное связующее звено. Он существует в единственном варианте, не повторяясь.

— А если мы захотим выйти в город?

— Пройдете за ворота.

— Но там же…

— Нет. Для вас то место уже закрыто. Чтобы попасть на факультет, где учатся люди, необходимо разрешение кого‑то из преподавателей — магов.

К чему такие сложности, я не поняла, спросила Леона.

— Воины постоянно пытаются доказать, кто лучше, — философски заметил он.

Я удивленно приподняла брови. Стычки, конечно, и на факультете воинов были, но до какой степени могли сцепиться маги и воины, чтобы приняли такие меры? Третий год учусь, а впервые о таком слышу. Похоже, ректор и преподаватели просто решили не искушать судьбу.

Мы вошли в общежитие, где сидел комендант, читая утреннюю газету.

— Доброе утро! — поздоровались хором.

— Комната триста семнадцать, — не отрываясь от своего занятия, ответил он.

Ключ завис перед нами в воздухе, и Лотта его схватила, хихикая.

— Следующая пара начнется через двадцать минут. Поторопитесь.

Мы с подругой поблагодарили Леона, нашли на третьем этаже комнату, что нам предназначалась.

— Представляешь, тут тоже видно море! — восхитилась я, одергивая легкие голубые занавески.

Комната оказалась отделана в синих тонах. Светлые стены, люстра и даже покрывала на кровати с эмблемой Военно — морской Академии — волк в прыжке на гребне волны имели такой цвет. Я, правда, так и не поняла, почему именно это животное символ Академии. Ну да это неважно.

Ноги тонули в пушистом ворсе ковра, который тоже был синим.

В остальном, комната ничем не отличалась от той, в которой мы до этого жили с подругой. Две кровати, два стола, стулья, огромный одежный шкаф, полки на стенах для книг и разных мелочей, ванная…

— Трин, опоздаем! Бери тетради и пошли искать нужную аудиторию.

Добирались мы почти бегом, потому что минуты стремительно убегали, а опаздывать на первое занятие не хотелось. Мы влетели в аудиторию и сели за первую попавшуюся парту, не обращая внимания на красноречивые взгляды.

Студентов в помещении находилось человек двадцать, не больше. Курс, где мы раньше учились, насчитывал семьдесят пять кадетов, а тут… Впрочем, ожидаемо, что людей с даром будет меньше, просто непривычно. И среди сотни раковин можно найти только одну с жемчужиной.

Ко мне подплыл магический огонек, призванный заменять светильники. Я посмотрела под потолок, увидев, что их скопилось там довольно много.

— Трин, я вот подумала… — подруга закуталась в плащ, так как в аудитории было прохладно.

Стены здесь тоже каменные, вроде бы и защищенные от ветра, но почему‑то чувствовался сквозняк.

— Что? — шепотом спросила я, выглядывая в окно и наслаждаясь видом моря. Сегодня оно было почти серое, пенилось, набегая на песок, манило…

— Да так…

— Добрый день, студенты!

Я вздрогнула, отворачиваясь от окна и смотря на высокого мужчину, одетого в форму преподавателя Военно — морской Академии. Он скинул камзол, поправил свисающую прядь волос, склонил голову набок, напоминая ворона.

— Добрый день, магистр Глэрин, — нестройно отозвались студенты.

— Открываем тетради, записываем тему лекции.

Мы зашуршали бумагой, окунули перья в чернила.

— Вода, как вы знаете, самая первая стихия, открытая человечеством и магами. Почему, студент Торн?

— Там, где есть вода, будет и жизнь.

— Верно, — отозвался преподаватель, цепляясь взглядом за нас с Лоттой.

— Символ воды — перевернутый треугольник, означающий ниспадающий поток. Кроме того, этот знак создан в противовес обычному треугольнику, показывающему пламя. Везде, где вы встречаете этот символ, — он начертил в воздухе необходимую фигуру, — есть водная магия. Изначально, кстати, вода слушалась женщину.

— Почему?

— Она текуча, мягка, податлива… Это позже появились боги, которые взяли эту стихию в свои руки, но в давние времена все водные божества были женщинами, — сказал магистр Глэрин, задумчиво рассматривая Лотту. — Русалки, к примеру.

Подруга вздрогнула, крепче стискивая перо.

— Они же нечисть!

— Да, согласен. Но давайте вспомним, чем отличается нежить от нечисти. Кадет Торн, слушаю вас.

— Нежить — убитое существо, поднятое при помощи энергии, — бодро отозвался он.

— То есть…

— Нежитью может стать даже человек, если творил зло. И тьмы в нем оказалось…

— Много, — завершил Глэрин. — Но чаще всего нежитью становятся все же сущности, поднятые темными колдунами. И их сила, в отличие от духов, зависит от дара хозяина.

— А откуда нежить берется сейчас? Темных колдунов и в помине не осталось.