Высшая Школа Библиотекарей. Книгоходцы особого назначения - Милена Завойчинская

Мне на его уроках поначалу было трудно, так как после летней практики и дара русалок по овладению стихией воды с огнем управляться было сложно. Я путалась, сбивалась и вместо огненного заклинания могла вызвать дождь или еще что похуже. Но ничего, благодаря терпению и мудрости джинна я стала получать пятерки по стихии огня, так же как и по всем прочим предметам.

Хаким уже полностью обжился и освоился в школе и в Межреальности, которую он за летние месяцы успел осмотреть. Мы с ним как-то имели беседу: я интересовалась, не пожалел ли он о том, что попал в мои загребущие ручки, а потом сюда, в ВШБ. Джинн лукаво улыбнулся, потрепал меня по голове и сказал, что он впервые за многие столетия счастлив и чувствует себя на своем месте. Кстати, в плане одежды он остался верен себе. Нет, климат диктовал свои условия, так же как и новая должность. Но сохранились неизменными широкие шаровары, кушак на талии и туфли с загнутыми вверх мысами. Только парчовая жилетка теперь надевалась на шелковую тунику, а не на голое тело. А когда похолодало, Хаким стал надевать толстые стеганые восточные халаты из дорогих парчовых тканей, а на ноги — сапоги с кисточкой на голенище и острыми, задранными вверх мысами. Халаты эти мне очень нравились. Каюсь, я даже подумывала о том, чтобы подбить Карела навестить какую-нибудь восточную нереальность и притащить себе парочку «гаремных» одежек и вот такой чудесный стеганый халат. Красотища же!

Появились у нас на втором курсе и новые сугубо теоретические предметы: психология рас, теория бытовых обычаев различных обществ, языки. Так, кроме рунного алфавита в этом году мы учили древний язык эльфов, который уже давно вышел из употребления и сохранился лишь в некоторых нереальностях да в старинных книгах. Даже Ривалис и Тельтина, которые вообще-то эльфы, выли, заучивая склонения и времена древнего языка своего народа. Вместо спиритизма у нас теперь было предвиденье, которое вела та же преподавательница. Впрочем, уроки предвиденья мало чем отличались от прошлогодних: парни традиционно дремали на подушках, магистр Сесилия Фелир абсолютно индифферентно к этому относилась, понимая, что такая дисциплина дается не всем, так же как и гадание, и вызов духов. Тут нужно иметь особые способности. А если их нет, то ничего и не получится. Максимум интуиция разовьется. У нас и не получалось ни у кого, кроме одной девчонки с ЖРФ, Ангелики Торн. Вот она и стала любимой ученицей магистра Фелир. А мы… ну, что могли мы, конечно, делали. Но предвидеть что-либо по-настоящему не получалось ни у одного адепта из нашей группы, кроме Ангелики.

Магистр Ксенофондир Дорингор в этом году дал нам доступ к новым гримуарам. Эти книги были еще похлеще тех, что мы изучали на первом курсе. Некоторые обладали зачатками интеллекта; другие были магическими, в том смысле, что прочесть их могли только маги; третьи были не просто разумными, но и могли общаться. Так, читаешь себе спокойно текст, отвлечешься или задумаешься, и вдруг посреди страницы могла возникнуть надпись огромными буквами: «А ну смотри сюда, бестолочь! Читай и запоминай!» А если ей в сердцах ответишь, то книга могла захлопнуться — тут главное было успеть отдернуть пальцы — и потом ее не открыть никакими силами. Она просто отказывалась сотрудничать.

Обучали нас и построению более сложных книжных порталов. Если в прошлом году нам их программировали преподаватели, с тем чтобы книгоходцы вываливались максимально близко к большому скоплению книг, то сейчас нас учили самих наколдовывать эти «программы». Предполагалось, что по окончании второго курса мы сможем выходить из книжных порталов не возле библиотек, а там, где нам нужно. В выбранном мире, разумеется, и пока только в нереальном. Привязка к реальностям, особенно к техническим, являлась гораздо более сложной и должна была учитывать слишком много факторов. Так что эту науку книгоходцы постигали лишь к окончанию школы, а до того продолжали выходить у библиотек.

Жирафам давались сугубо «женские» предметы. На стилистике изучали костюмы разных реальностей и нереальностей, прически, макияж, украшения. И танцы… Вот это был сущий кошмар для меня. Все эти странные «средневековые» танцы с кучей па, поклонов, приседаний, невероятным количеством фигур, сменой партнеров, когда медленно движешься по залу… Даже местный вальс, и тот состоял из кучи фигур, а не просто «раз-два-три, раз-два-три». Я откровенно ненавидела данный предмет и посещала только из необходимости. Лучше уж очередного зомби упокоить, ей-богу!

Никуда не делись и прошлогодние бестиология, фейриведенье, некромантия, боевая магия, верховая езда, фехтование и физическая подготовка. Но это был привычный ужас, так что его воспринимали как само собой разумеющееся.

Я делала успехи в общении со стихией воды. Учила все новые и новые заклинания, которые мне давались легко, и мечтала, когда же дойду до формулы вызова элементалей. Я теперь могла…

Ну и занятия с Аннушкой. Вот это словами не передать… Темная фея измывалась надо мной и Карелом с особым извращением. Нет, лекции были нормальными. По пятницам мы дисциплинированно записывали теорию в теплой уютной аудитории, а вот раз в неделю (или в субботу, или в воскресенье — тут уж как левая нога феи решит) магистр вышвыривала нас на практические занятия.

Пещеру дракона мы знали уже как родную. Все облазили, изучили и, каюсь, немало стащили. Ну а что делать? Нам ведь деньги нужны. Я из-за этих практических занятий не имела возможности работать с клиентами в том объеме, как в прошлом году, а Карел не мог пока пойти на службу в Патруль, следовательно, у него дополнительного дохода вообще не было. Кроме того, я беспокоилась о будущем, ведь оно совсем неясно. Раньше я думала, что отработаю стоимость учебы и вернусь домой. Но теперь маячила перспектива стать хозяйкой одного из дракончиков, а я видела в «кино» на Хрустальном озере, какого размера они могут вырасти. И прокормить такое немаленькое существо — это, я вам скажу, не лемуру морковку купить. Его ведь нужно будет содержать, кормить, поить, лечить (не дай бог, но мало ли) и где-то поселить. Бросить его, пока не вырастет, — не вариант. Значит, мне понадобится как минимум собственный домик за городом. И где взять на все это денег бедной ведьмочке, пусть даже она и маг?

Так что, зачаровав энное количество монет (а мы перешли исключительно на них, чтобы не изводить добро, которое исчезнет при возвращении в Межреальность), я отыскивала что-нибудь максимально дорогостоящее, и мы на пару зачаровывали добычу по отработанной схеме. Оружие сплавляли на продажу мастеру Офуромалтадиону, драгоценности — мастеру Дабуру. Оба гнома уже неплохо заработали на комиссионных, но и мы не жаловались: свою выгоду торговцы отрабатывали и обдирали покупателей по максимуму. Так, например, то самое бриллиантово-сапфировое колье, что я умыкнула из сокровищницы дракона самым первым, уехало в южный край одной из соседних реальностей. Досталось оно любимой жене шаха с именем, состоящим из пятнадцати слогов. Повторить я его не смогу даже под угрозой смерти.

Аннушка о наших выходках знала, так как замечала «утащенное», но игнорировала их. Фею не волновало, что мы там уволокли у книжного крылатого зубастого персонажа, ей было важно, чтобы мы знали предмет и выяснили, какое из сочетаний заклятий дает возможность перенести предметы из нереальностей. То, что накладывали мы, было слишком громоздко, она хотела найти более легкую схему. Мы искали…