Легенда о свободе. Мастер Путей - Анна Виор

– Вот что я вам скажу, уважаемые господин и госпожа Байл, – начал он, и супруги внимательно на него уставились, – я могу помочь вашей дочери.

– Чем вы можете ей помочь, господин Диштой? – спросил Одж, хмурясь. – Мне не по карману нанять учителя для нее, а сам я немного умею читать и писать и девочку тому научу. – Он неверно понял, в чем именно будет заключаться помощь Эрси.

– Я могу помочь в поправке ее здоровья.

– Можете? – Глаза Кайхи загорелись, а ее муж не питал излишних иллюзий:

– Зачем вы говорите так, господин Диштой? Знахарка из самого Тралтея осматривала Мали и сказала, что тут может помочь разве что Мастер Силы. Она дает нам разные травы, что поддерживают огонь в ней… – Отец печально опустил глаза.

Эрси вздохнул.

– Я – Мастер Силы, – выдавил он из себя, – Целитель. Но об этом никто знать не должен – у меня важное государственное дело, и я спешу его исполнить. Но Мали… она так хорошо поет, что я не мог пройти мимо. Я могу ее исцелить.

– Вы – Мастер Силы? – переспросила Кайха и добавила (эти слова всегда звучали, когда люди узнавали о Даре Эрси): – А почему у вас стрижены волосы?

Он снова вздохнул:

– Так надо. Я же сказал, что никто не должен знать.

– Сейчас в Тарии неспокойные временя, – задумчиво протянул Одж, теперь они с женой поменялись местами: он начинал надеяться, улавливая логику в словах Эрси, а она все больше пропитывалась подозрениями.

– Поэтому, прежде чем ее исцелять, я хочу попросить вас кое о чем.

– О чем же? – насторожился отец.

– Первое, не говорите обо мне никому, пока я не уйду достаточно далеко. Второе…

– Вы уверены, что получится? – возбужденно перебила Кайха.

– Получиться-то оно получится, но мне придется за это заплатить…

– Вам нужна плата? Мы отдадим все деньги, что у нас есть, и любые вещи… – Они вновь неверно его поняли.

– Не вам нужно будет платить. Тем более что Мастера Силы денег за действия Дара брать не могут. Мне самому придется платить! Слышали об оттоках? После исцеления я, скорее всего, потеряю сознание, у меня могут быть судороги, ну и прочая ерунда… Так что, когда я закончу – вы заберите свою девочку, чтобы она этого не видела: зрелище не очень-то приятное, а меня оставите в покое, пока я не приду в себя. И не вздумайте никого звать на помощь!

Теперь у них обоих возбужденно горели глаза, и они кивали, соглашаясь выполнить его инструкции; все-таки селяне могут шевелить мозгами, если захотят, и если конечно же мозги эти у них имеются…

У Мали больным было сердце, и исследуя ее своим Даром, Эрси убедился, что беготня с другими ребятишками по деревенским улочкам действительно убила бы маленькую певунью. Исцеляя ее, он был полностью уверен в правильности своего решения: Мали должна жить, должна петь. А когда он заканчивал латать больное сердечко, его Путь Силы, способный не только исцелять тело, но и видеть связь плоти и Дара, нащупал в девочке туго свернутый узелок. Мали была Одаренной, и лет через десять этот узелок развернется, и ей будет открыта дорога в Город Семи Огней. Эрси радовался по-настоящему, искренне, когда понял, что вместо оставшихся больной девочке двух-трех лет, как он думал ранее, Мали проживет три сотни. Может, у нее Дар Музыканта, и она будет играть на флейте?.. Эрси вспомнил Динораду и помрачнел. Когда он падал в оттоке, мысли его спутались и затуманились, образ играющей на серебряной флейте Мастера Айлид покрылся черной пеленой, а образ поющей, сидя на постели, дочери Байлов засиял ярким солнечным светом.

– Вы сказали, что Мастера Силы не могут брать денег за свою работу, но хоть чем-то мы можем вас отблагодарить? – спрашивала Кайха, когда он очнулся.

– Дайте мне поесть, – буркнул Эрси: его обычные раздражение и нервозность усиливались вместе с голодом. Когда он подкрепится, то станет едва ли не самым благодушным обывателем в этой деревушке.

Радовало, что Байлы не позвали все Верхние Долы, уложили его в кровать и, когда он попросил поесть, сразу же бросились исполнять его желание.

В комнату, где он, еще чувствуя некоторую слабость, лежал в постели, вошла Мали, на ее обычно бледных щеках играл здоровый румянец, и Эрси знал, что девчушка может теперь без страха перед смертью играть со сверстниками в догонялки и мотаться хоть целый день по всей деревне.

– Спасибо, Мастер Диштой, – сказала она звонким голоском. – Вы забрали мою болезнь?

Он кивнул, улыбаясь. Общество девочки утихомирило его раздражительность.

– И теперь вы будете болеть вместо меня? – тревожно спросила она.

– Нет, что ты! – рассмеялся Эрси: слава Мастеру Судеб, но от Целителей не требовалась такая цена.

– Тогда почему вы лежите в постели? Вам ведь было плохо?

– Это скоро пройдет. Я только поем – и все как рукой снимет. Просто я устал, когда тебя лечил.

Она засияла улыбкой:

– Хотите, я для вас спою?

Эрси искренне закивал – он хотел.

– Когда ты вырастешь, – сказал он, растроганный красивым пением, – то пойдешь учиться в Город Семи Огней и станешь Мастером.

Девочка посмотрела на него широко распахнутыми глазами, она не поняла смысла сказанного, но запомнила на всю жизнь – он это знал. Эрси внутренне рассмеялся: слухи об ожившем Астри Масэнэссе получат пищу в этой деревеньке, и люди будут рассказывать по всей Тарии, что он исцелил девочку, а затем напророчил ей будущее Мастера Силы. Если Астри Масэнэсс и был реальной исторической личностью, а не просто выдуманным героем легенд, то половина приписываемых ему поступков уж точно была делом рук таких вот, как он – Эрси, Мастеров Силы, которые сами не знали, чего хотят и куда идут.

Мали выпроводили из комнаты отец с матерью. Одж косноязычно высказал Эрси слова благодарности, дочь сапожник любил и по поводу ее исцеления радовался даже больше, чем сама больная. Глава семейства отправился в свою мастерскую, шить очередную пару сапог, или просто поспешил убраться, тяготясь огромным долгом перед Целителем, как оплатить который не знал. Кайха же вежливо оставила Эрси наедине с обильным обедом, и он принялся набивать живот, не сдерживаясь и не следя за манерами.

Он еще не закончил, когда жена Байла вернулась, подошла к нему очень близко и нежно провела рукой по его всклокоченным волосам. «Вот ведь выдумала способ меня благодарить! – думал он, судорожно дожевывая пирог с мясом. – А она очень даже красивая женщина!» Эрси сглотнул и заморгал, борясь с желанием – не очень-то прилично и безопасно заниматься этим прямо в доме, когда муж может вернуться в любой момент. И тогда сапожник его отблагодарит… палкой по спине… Тем более Мали где-то здесь… вдруг она войдет? Не хотел бы он, чтобы девочка увидела… Но Кайха казалась такой прекрасной и желанной, что он едва сдерживался, с трудом соображал и не сразу увидел в ее глазах нечто знакомое. А когда понял и осознал – ужас и отвращение разом отрезали любую похоть! Теми же глазами смотрела на него Лолли! Когда Кайха заговорила сладким и томным голосом, последние сомнения оставили его: тот же голос, те же слова!