Джек Сумасшедший король - Андрей Белянин

Около одиннадцати ночи всех монахов повезли в лес. Иезуиты расставили их вдоль дороги по правилам стратегического искусства. Джеку и отцу Доминику с еще пятью братьями досталось встать поперек и принять на себя роль баррикады. После того как все уяснили себе место и задание, отцы иезуиты открыли короткое импровизированное собрание. Похоже, лишь Джек с Домиником не знали, для чего они здесь. Вся толпа словно находилась под каким-то общим гипнозом. Тощий иезуит выкрикивал вопросы, махая факелом, а все хором отвечали ему:

– Что привело нас сюда?

– Слово Господне!

– Что защищаем мы?

– Дело Господне!

– Что в руках у нас?

– Меч Господень!

– Что ждет нас?

– Царствие Господне!

– Они посходили с ума, – прошептал Джек на ухо монаху. – Это же оголтелые фанаты!

– Религиозный фанатизм самый страшный, – тихо кивнул отец Доминик.

Толстый иезуит подскочил к худому и раскатистым басом заревел:

– Смерть тирану!

– Смерть! Смерть! Смерть! – скандировали все.

– Братья мои! – взвыл худой. – Доколе мы будем терпеть надругательство над нашей верой? В городах богохульствуют циркачи и скоморохи. Художники рисуют женщин без одежды, смущают слабые души христиан! Музыканты сочиняют греховные мелодии, и прихожане пляшут под них, забыв церковные псалмы! Поэты прославляют в виршах своих не Бога и не деяния пророков его, а мелкие страстишки, суетную любовь! Женщины в одежды рядятся сплошь нескромные и неприличные! Мужчины наслаждаются всеми искусами жизни бренной, лезут во все ловушки, Сатаной расставленные, и никто о покаянии не мыслит! Индульгенции[5]не покупают! Братьям монахам в лицо смеются! Памфлеты, стишки, куплеты разные распевают! Атеизм в моду ввели! В непогрешимости святых отцов сомнения выражают! Кто пособник всего этого? Кто первейший грешник и искуситель? Кто? Кто? Кто?

От дружного рева толпы у Джека едва не лопнули перепонки:

– Король Лоренс!

Шелти довольно долго барабанила в дверь церкви, пока она наконец не распахнулась. Мрачный священник подозрительно оглядел девушку и черного коня с серой собакой поперек седла.

– Святой отец, простите за беспокойство. Днем сюда вошли два наших друга. Они монахи. Один маленький и толстый, другой…

– Здесь никого нет. И не было! – отрезал священник, пытаясь захлопнуть дверь.

– Минуточку! – Сапожок Шелти встал между дверью и косяком. – Я точно знаю, что они здесь были!

– А я вам говорю – нет!

– Врет он, – поднял голову Сэм. – Здесь они… Вошли и не вышли… вот. О Господи, башка прямо-таки раскалывается…

Священник, прикрывавший собой вход, от шока начал медленно сползать наземь.

– Итак, где наши друзья? – вновь начала Шелти.

– Нет… не скажу… не знаю… Как вы смеете! Я – духовная особа! Я вас от церкви отлучить могу!

– Во дает! – фыркнул Сэм. – Врет прямо как я…

– Прокляну! – взвился священник.

– Покусаю, – вяло откликнулся пес.

Шелти молча вытащила из ножен охотничий нож.

– Я полагаю, что вам лучше принять наши условия, – заключил Лагун-Сумасброд. – Мы сегодня так агрессивно настроены…

Между тем иезуиты закончили психологическую обработку масс и еще раз растолковали каждому его задачу:

– Помните, братья, у нас всего минут десять. Хулитель веры едет впереди в сопровождении двух пажей. Следом за ним, но на расстоянии, – наемники, гвардия короля. Лоренс предпочитает размышлять в дороге и не любит, чтобы ему мешали. Итак, мы пропускаем дозорный разъезд, как только…

– Братья мои! А позволительно ли нам поднимать меч против помазанника Божьего? – неожиданно для самого себя громко спросил Джек.

Все замерли. Отец Доминик отчаянно перекрестился и попытался укрыться за широкой спиной Сумасшедшего короля.

– Что ты сказал?! – Лицо тонкого иезуита исказилось удивлением и ненавистью одновременно.

– Господь наш, Иисус Христос, заповедовал – не убий! – продолжил Джек.

– Мы не можем больше терпеть! – взревел толстый.

– Господь терпел и нам велел!

– Лоренс не достоин трона!

– Любая власть от Бога! – парировал Джек, изрядно поднаторевший в беседах с отцом Домиником.

Монахи сбились в кучу и с живым интересом прислушивались к диспуту. Похоже, предстоящее убийство коронованной особы нравилось все же не всем.

– Он узурпировал власть! – в два голоса взвыли иезуиты.

– Церковь не вмешивается в политику, – пожал плечами Сумасшедший король. – Богу – Богово, а кесарю – кесарево…

– Взять изменника! – отдали приказ красные от обиды отцы инквизиторы.

Однако «взять» не успели. В лесу засверкали факелы, и монахи бросились врассыпную. По дороге промчалось с десяток верховых – это был дозорный отряд короля Лоренса. Как и следовало, его пропустили. Ударные группы монахов заняли свои места. Отцы иезуиты занялись было поисками «изменника», но Джек легко спрятался в ночном лесу. Вышедшая из-за туч луна осветила дорогу. Все вокруг приобрело таинственность и романтичность. Джек невольно почувствовал, что понимает этого короля Лоренса. Одинокие прогулки по ночному лесу действительно освежали голову и очищали душу.

Шелти, с начинающим трезветь Сэмом поперек седла, остановила Лагуна у маленькой часовни в лесу. Невдалеке мелькнули огни – это проскакал к столице дозорный отряд.

– Ну что ж… Где-то здесь должна быть засада на короля. Джек и Доминик там. Пошли поищем?

– Разумеется. Но нам лучше рассредоточиться, – посоветовал черный конь.

Король Лоренс в охотничьем костюме, без шлема и кольчуги, с легким мечом у бедра, появился на дороге. Он ехал на статном гнедом жеребце. Чуть сзади не торопясь рысили двое юных пажей на белых лошадях. Король настолько был погружен в свои мысли, что едва не наехал на группу монахов, стоящих поперек дороги.

– Что вам угодно, святые отцы? – медленно поднял голову Лоренс.

Джек, наблюдавший за происходящим из-за придорожных кустов, невольно вздрогнул: голос, посадка в седле, какая-то неуловимая манера разговора – все это напомнило Сумасшедшему королю что-то безумно знакомое, родное, полузабытое… Раздались легкие вскрики, и оба пажа бездыханными свалились наземь. Монахи действовали быстро и молча. Кто-то вцепился в королевский плащ, и Лоренса сдернули с коня.

Словно молния озарила мозг Джека, рождая потерянное и святое слово:

– Брат?!