Волшебные искры солнца - Анна Джейн

Из комнаты Арнольд вышел первым, насвистывая на ходу что-то задорное. Мы, держась за руки, направились следом. Далеко идти не пришлось – в конце коридора Арнольд нырнул в приоткрытую дверь – это оказалась домашняя библиотека. И не просто комнатка со стеллажами, а огромное помещение с открытой галереей в верхней части зала, на которую вела лестница.

Библиотека была облицована деревянными панелями. Всю поверхность стен занимали огромные шкафы из светлого дуба. В центре стояли несколько удобных диванчиков и круглые столики с лампами. Здесь было по-особенному уютно, воздух пропитался запахом страниц, а книги с многочисленных полок так и манили к себе – хотелось коснуться их корешков, открыть, рассмотреть получше. Но времени на это у нас не было – Арнольд стремительно пересек библиотеку, остановился у углового шкафа и, задумчиво поводив пальцами по губам, вытащил одну из книг. Тотчас шкаф отъехал назад, образовав проход, из которого потянуло холодной тьмой.

Арнольд смело вступил в эту тьму, и мы с Ярославом, переглянувшись, шагнули следом за ним.

Это оказался еще один тайный ход – не удивлюсь, если у этого удивительного дома их было множество. Мы спустились по узкой лестнице и долго петляли по узким подсвеченным слабым огнем коридорам, прежде чем оказаться в незнакомой просторной гостиной с окнами, задернутыми тяжелыми шторами. И, хотя мебель в комнате была добротной, а ремонт – дорогим, создавалось впечатление, что здесь никто не живет. Она казалась стерильной – никаких запахов, никаких личных вещей, никаких признаков жизни.

– Где мы? – спросила я, оглядываясь по сторонам.

– Еще один дядин дом, – небрежно ответил Арнольд. – Нужен для маскировки. Так, здесь тоже не ловит, – нахмурился он, глянув в свой телефон. – Дядины заклятия надоели! Идем на улицу.

Мальчишка направился к входной двери, и нам пришлось следовать за ним.

– Здесь охранной магии куда меньше, поэтому смело можете идти за мной, ничего с вами не случится. Черт, плохо ловит, – сказал он, прежде чем открыть входную дверь.

Следом за ним мы вышли на улицу, оказавшись в объятиях холодного темного вечера, и я оглянулась – маскировочный дом оказался прекрасным безжизненным особняком, утопающим в кронах пожелтевших деревьев. Мне стало интересно – сколько таких домов есть у Августа во владении? Насколько он богат и силен? И насколько могуществен сам Орден, частью которого он является? Средневековый монашеский орден стал транснациональной корпорацией. Маги – бизнесменами. А волшебные артефакты – орудием в борьбе за власть и влияние. И никто не знает, что магия существует. Как это получилось? Что не так с этим миром?

– Арнольд, – окликнула я мальчишку, уверенно ведущего нас по дороге, вдоль которой росли деревья, и держащего руку высоко поднятой – он пытался поймать связь.

– Что, Настенька?

– Нашел себе Настеньку, – проворчал Ярослав, не отпуская моей руки.

– Ты бы хотел, чтобы о мире магов стало известно людям? – спросила я.

– Зачем? – удивленно отозвался Арнольд. – Людей слишком много, а нас – мало. Никто не хочет делиться своей силой. Может быть, ты хочешь?

Я не ответила на его вопрос – лишь улыбнулась.

– А ты? Ты не хотел бы жить так, как живут твои ровесники из обычных семей? – продолжала я. – Ходить в школу, общаться с друзьями, встречаться с девушками?

Я была уверена, что всего этого у племянника Августа нет.

– Ну нет, Настенька, – с долей презрения ответил Арнольд. – Быть обычным? Ни за что в жизни. Я – маг по крови. Наследный князь из семьи Вальзар. И однажды займу место дяди. Такие, как я, не должны находиться среди обычных людей. – Это было сказано без высокомерия – Арнольд настолько привык к этой мысли, что даже не допускал того, что мог бы жить как-то иначе.

– Такие, как ты, должны находиться в хлеву, – хмыкнул Ярослав.

– А таким, как ты, и рождаться позорно, – не остался в долгу Арнольд и открыл черные кованые ворота, за которые мы вышли, ежась от прохлады. Правда, далеко идти не пришлось. Несколько шагов по ухоженной и ярко освещенной центральной дороге, вдоль которой на значительном расстоянии высились роскошные особняки, и наконец появилась связь. Пока Арнольд проверял телефон, я огляделась, чувствуя себя так, словно попала в прошлое. Я прекрасно знала это место – была здесь тысячу раз когда-то. По этой дороге меня возили в школу и привозили из школы в старших классах, когда отец и мачеха переехали сюда. Недалеко, за поворотом, располагался и их огромный красивый дом, обнесенный высоким забором. Моя несостоявшаяся золотая клетка, которая снилась в кошмарах и которую мне все-таки удалось покинуть.

Я никогда не думала, что вернусь в это место. И я точно не испытывала ностальгии. Одну лишь глухую тоску – не по дому и не по людям, а по воспоминаниям, которых никогда не было. По маме, которая ушла слишком рано. По отцу, который не видел во мне свою дочь. По родственникам, которые не замечали меня, не считая за равную себе.

Я стиснула зубы, чувствуя, как ноют знакомые шрамы, и приказала себе терпеть. Ничего со мной не случится, если я несколько минут проведу в этом месте.

– Ты в порядке? – спросил Яр, коснувшись моего плеча.

– Да, – отозвалась я, обхватив себя руками. – Просто холодно. Ну что, есть связь?

– Есть, – отозвался Арнольд.

Прежде чем отдать нам телефон, юный маг заставил меня сделать с ним селфи. Пришлось встать рядом и позировать под светом фонаря. Он попытался обнять меня, но я не позволила.

– Сделай вид, что целуешь меня в щеку? – попросил тогда этот маленький нахал.

– Я могу сделать вид, что пинаю тебя, – тотчас вмешался Зарецкий, мастерски ставя мне рожки – и это очень веселило. Все-таки порою в нем просыпался тот самый вредный мальчишка, о котором когда-то рассказывала мне Даша.

– Удались из кадра, старпер, – прошипел Арнольд, наводя на нас камеру. – А ты, Настенька, улыбнись.

Улыбаться у меня не было никакого желания, и на фото я оставалась сосредоточенной и усталой, а вот Арнольд просто сиял от радости. Нет, все-таки в чем моя проблема? Почему на меня западают школьники?

– Ну, улыбнись же, у тебя красивая улыбка.

– Как у орангутанга, – хмыкнул стоящий в стороне Яр, но строить рожки перестал.

– Твои оскорбления всегда базируются на ассоциациях с животным миром? – невинным тоном поинтересовался Арнольд. – Ничего другого придумать не можешь? Это, наверное, потому, что ты какой-то этап эволюции пропустил, и эта тема тебя цепляет.

Зарецкий замахнулся на него кулаком – впрочем, беззлобно.

– Врезать бы тебе хорошенько в профилактических целях, да девочек не бью, – сказал он.

– Встретились бы мы с тобой один на один, – резко обернулся к нему Арнольд, – я бы тогда показал, кто из нас девочка.

– Это звучит как-то пошло. Я на такие встречи не хожу. Мне женщины нравятся, – отозвался Зарецкий, все-таки выведя племянника Августа из себя.