Факультет форменных мерзавцев - Ника Ёрш

Сердце бешено колотилось от смутного пока осознания происходящего, все чувства и ощущения обострились. В нос ударил чужой запах, но запомнить его я не успел: с неба полились первые капли дождя и пространство вокруг стало затягивать плотным туманом.

– Чтоб тебя! – влетев обратно в дом, я закрыл окно и, прислонившись к стеклу, прочел заклинание на древнем языке. Затем стремительно перешел в кухню, повторив тоже самое с дверью, выходящей в сад. Только после этого позволил себе опереться на стену и скатиться по ней вниз, чтобы прикрыть глаза. Буквально на минутку. Или чуть больше…

Первая пощечина была слабой. Мне даже показалось, что приснился какой-то дурной сон, где бывшая любовница качает свои права. Но вторая – от которой моя голова мотнулась в сторону – доказала реальность происходящего. Боль была слишком ощутимой, а перепуганный голосок слишком знакомым.

– Очнись! Ну же. Что же делать?! Эй!

Меня потрясли за плечи, ударив затылком о паркет.

– Остановись, злыдня, – прохрипел, дергаясь в противоположном направлении. – Не спеши меня добивать, я жить хочу.

– Вообще-то, я тебе жизнь спасаю! – обиделась Шторм, снова ударив меня. На этот раз легонько и кулаком. По плечу. – Напугал едва не до смерти.

– Это я-то? – распахнув глаза, застонал от солнечного света. Мигрень застала, когда не ждал. Чтоб ее! И препараты все в доме остались…

– Болит? – неожиданно тихо и даже с сочувствием спросила Колючка, прикладывая к моим вискам холодные ладошки и наставительно продолжая: – Еще бы, столько сил потратить за один час. То руны активируешь направо – налево, то магический заслон в одиночку устанавливаешь. Подожди, лежи спокойно, сейчас полегчает.

Ее руки на миг пропали, послышался звук растирания ладошек и снова пальчики на моих висках. Она легко массировала больную голову, что-то бормоча о том, что так себя не ведут взрослые люди, и что столько сил магам дано не для того, чтобы загонять себя в гроб, и что… Много чего. Но голос стал таким ласковым и мелодичным, что мне совсем не хотелось ехидничать и сопротивляться.

Только спустя пару минут я вдруг понял, что голова действительно начала проходить от ее манипуляций и это заставило прийти в себя.

– Аурика, – я открыл глаза, и они больше не болели, что могло быть сравнимо с настоящим чудом. Или… – Ты что, ведунья?

Она нахмурилась, хотела отнять руки, но я положил сверху свои, заставляя оставаться рядом и требуя ответа.

– Не совсем, – наконец проговорила Колючка, – пусти. И сам вставай, разлегся на холодном полу…

Пришлось подчиниться. Поднявшись, пересел на стул, облокотился на спинку и попросил:

– Расскажи. Обещаю, буду молчать.

Она обернулась, бросила на меня взгляд, полный тревоги, и вернулась к маг-плите. Произнесла тихо заклинание. С первого раза оно не сработало, ей пришлось повторить дважды, тогда только появился огонь, на который и поставила чайник.

– Мне нечего рассказывать, – она снова смотрела на меня, сложив руки на груди. – А ведуньи почти все выродились, как ты должен знать.

– Но вот одна стоит передо мной, – я не сдавался. – Не хочешь рассказывать? Предпочитаешь, чтобы я сам додумал?

– Это звучит как угроза, – фыркнула Аурика.

– Считаешь? – я задумчиво постучал пальцами по столу, коснулся головы, которая окончательно перестала болеть… А ведь раньше, если такой приступ начинался, мог целый день выпасть из жизни. – Нет, угрожать тебе я не собирался. И другим повода не дам. Даже если решишь промолчать.

Она вскинула правую бровь:

– Ты – просто герой какой-то, – сказала с сарказмом.

– Не просто, – засмеялся я, – а с принципами. Не обижаю больных, стариков и красивых девушек, умеющих снимать боль от магического истощения.

Ее скулы слегка порозовели, зеленые глаза блеснули и чуть расширились. Аурика явно хотела что-то сказать, но тут закипел чайник, и она, вздрогнув от свистка, спросила:

– Чай?

– Не откажусь.

– Сколько вам сахара?

– Послаще, мурлыкнул, наблюдая за ней из-под полуприкрытых век.

Я смотрел на нее сзади, на то, как она плавно двигается, совершая абсолютно будничные вещи, и понимал, что можно просто притвориться, будто ничего не произошло с тех пор, как Шторм появилась в колледже. Подыграть ей. Совратить и… забыть. Но тогда любопытство, уже начавшее есть меня изнутри в час по чайной ложке, не даст спать спокойно. К тому же, тревога от происшествия в саду никуда не уходила, и внутренний резерв был практически пуст – там слышалось лишь эхо от наполняющей еще час назад магии. Значит, я не придумал то, что почувствовал, находясь за дверью этой кухни…

– Вы мне предлагали яблочный пирог, – вспомнил я, продолжая наблюдать за Шторм. – Предложение еще в силе?

– Вы же отказались, – напомнила она, качая головой.

Снова отшивает. Разве не понимает, что так привлекает еще сильнее?

– Был глупцом, исправился. Так как, угостите?

– Да, наверное, – она хмурилась, расставляя на столе чашки и блюдца и стараясь не смотреть на меня.

– Тогда я хотел бы помочь со сбором яблок в вашем саду. Даже собрал бы их сам, – отпив глоток чая, удовлетворено прищурился: – Очень недурно. Что это за марка?

Аурика открыла рот и… промолчала, неопределенно передернув плечами.

Я посмотрел на тумбу, принесенную ребятами от завхоза вместе со старой посудой, и понятливо хмыкнул. Там стояла баночка с подписью: "Для восстановления сил".

– Травки, значит, какие-то? Сами сбор делали? – спросил, уже зная ответ.

Шторм села напротив, чуть покраснела, обняла чашку рукам и кивнула, отвечая со сталью в голосе:

– Поймали на горячем, сама. Если нравится – пейте скорее, не отвлекайтесь.

Ух, злыдня… Люблю таких. Сделав еще пару глотков, не утерпел, продолжил дразнить Колючку:

– Слышал, ведуньи чувствуют природу вокруг, и та сама подсказывает им, что взять от нее, чтобы исцелить или убить. Травки разные, воду, камни даже… – сказал задумчиво, словно для себя.

– Серьезно? – она вскинула брови. – Никогда бы не подумала, что вы интересуетесь подобными сказками. И, насколько известно мне, полноценных ведуний не осталось.

– О, так вы тоже интересовались этим вопросом? Вот видите, сколько у нас общих тем… А насчет их исчезновения – не мудрено, технологии и зависть сжирают все на своем пути, – я улыбнулся Аурике как можно дружелюбней и добавил: – Силы и правда прибавляются. Это непростой чай, так ведь?

– Возможно, – она не стала отрицать очевидного, хотя, судя по взъерошенному виду, уже сильно жалела, что вылечила мне голову и решила поить отваром. – Но это ничего не доказывает, эр Тардилар. То есть… не нужно приписывать мне то, что ко мне не относится.