Завоевание Тирлинга - Эрика Йохансен

Думая о предостережении Андали, Келси покачала головой.

Мне ничего от вас не нужно.

Ах, это неправда, наследница Тира. Я наблюдал за тобой некоторое время. Ты уже давно взрослая, но окружающие часто обращаются с тобой, как с ребенком. Разве не так?

Келси не ответила. Мужчина шагнул вперед, давая ей полное право отстраниться, и положил руку ей на талию. Рука оказалась теплой, и Келси сразу почувствовала, что кожа под ней стала горячей и лихорадочной. Внизу живота что-то сжалось.

Я никогда не буду относиться к тебе, как к ребенку, наследница Тира. Мне никогда не было дела, красавица ты или простушка. Я знавал многих женщин, но ты всегда будешь для меня особенной.

Келси верила ему. Все из-за голоса: глухие полутона казались столь мягко доверительными, словно плели уверенность прямо из воздуха. Она посмотрела ему в глаза и нашла их понимающими, полными какого-то темного знания о Келси и обещания, что он не искал никакой выгоды. На мгновение она соблазнилась, так сильна оказалась тяга вести себя как взрослая, в том, что касалось ее собственной жизни, совершать ужасные ошибки, как позволено всем остальным. И этот человек будет лучшей ошибкой, потому что он сокрушил многих женщин – в этом она не сомневалась.

«Женщин слабее меня», – тихо заговорил голос у нее в голове. «Я не одна из тех, которых можно взять».

Она осторожно убрала руку со своей талии.

Его кожа была сухой, но даже это по-своему возбуждало: она не могла перестать представлять, как такие сухие руки будут ощущаться между ее ног, возникнут ли те же ощущения, что и от своих собственных. Она попятилась от него, пытаясь восстановить контроль и равновесие.

Чего вы хотите? – требовательно спросила она. – Выражайтесь конкретнее.

Свободу.

Кто вас пленил?

Меня удерживают не стены, наследница Тира.

Говорите яснее или убирайтесь.

В глазах мужчины вспыхнуло восхищение. Он подошел ближе, но остановился, когда Келси подняла руку.

Я пленен, наследница Тира. И ты обладаешь властью, чтобы меня освободить.

В обмен на что?

Я предлагаю тебе шанс победить мортийскую Королеву и обрести величие. Все, что ты знаешь, уже рассыплется в прах, а ты еще будешь сидеть на троне.

А ей вы обещали то же самое?

Настала его очередь моргать. Удар вслепую, но какой! Неимоверный возраст Красной Королевы был необъясним. И логично, что человек – человек ли? – впервые засомневалась Келси, – попробовавший провернуть это с одной королевой, безусловно, попробует и со второй.

У меня нет желания подражать Красной Королеве.

«Ты так говоришь, – ответил он, – пока ее легионы не превратят твою армию в лохмотья». Его слова точно описывали видение Келси – вздрогнув, она увидела, что ему это нравится. «Ты будешь умолять получить возможность быть жестокой».

«Не буду, – возразила она. И если вы ищите во мне жестокость, вы ее не найдете».

Жестокость есть в каждом, наследница Тира. Надо лишь правильно надавить, чтобы ее спровоцировать.

Уходите, иначе я позову своего стражника.

Я не боюсь твоего стражника. Мне не составит труда свернуть ему шею.

От этих слов Келси бросило в холод, но она лишь повторила: «Уходите. Меня это не интересует».

Он улыбнулся.

Интересует, наследница Тира. Я подожду, пока ты позовешь.

Очертания незнакомца внезапно растворились, слившись в черное месиво, которое словно бы зависло в воздухе. Келси отшатнулась, ее сердце заколотилось. Месиво потекло, словно тень, в камин, падая на пламя, словно занавес, затемняя его, а потом, полностью потушив, оставило комнату холодной и темной. Во внезапно наступившей тьме Келси потеряла равновесие и рухнула на прикроватный столик, повалив его на пол.

– Вот дерьмо, – пробормотала она, ища дорогу на ощупь.

– Госпожа? – с порога окликнул Пэн, и она ахнула. На мгновение она забыла о существовании кого-либо, кроме таинственного посетителя, а это казалось самым опасным. – Вы в порядке?

– В порядке. Просто бестолковая.

– Что стряслось с вашим камином?

– Сквозняк.

Даже в темноте она услышала молчаливый скептицизм Пэна. Своей мягкой, кошачьей поступью он двинулся через комнату к камину.

– Не беспокойся. – Она шарила рукой по тому, что упало со столика. – Я просто зажгу свечу.

– Вы колдовали, госпожа?

Келси приостановилась, чиркая спичкой.

– Почему ты спрашиваешь?

– Мы не слепые. Мы видим, что с вами происходит. Булава запретил нам говорить об этом.

– Тогда, возможно, тебе не стоит об этом говорить. – Келси зажгла свечу и обнаружила обеспокоенного Пэна в нескольких футах от себя. – Я не колдунья.

– Вы стали очень красивой.

Келси нахмурилась. Ее захлестнула волна удовольствия оттого, что Пэн считает ее красивой, но оно быстро сменилось гневом: значит, раньше она была недостаточно красивой! Она почувствовала горечь унижения. Пульс продолжал колотиться, навалилась усталость. Красивое лицо Пэна было открыто и наполнено таким же искренним беспокойством, как и прежде. Пэн всегда был добр к ней, как тогда, по дороге обратно к лесу Реддик, где большинство стражников, вероятно, с радостью бы ее бросили. Когда Пэн помогал ей подняться, Келси не могла не заметить кое-чего еще.

Пэн был мускулистым: жилистое тело, хорошо развитое сверху и стройное снизу, по словам Веннера, совершенно необходимое первоклассному фехтовальщику. Пэн был быстрый, сильный и умный.

И, пожалуй, что еще важнее, исключительно надежный: в стражники отбирали только тех, кто способен держать язык за зубами. Все, что произойдет в этой комнате, здесь и останется.

– Пэн?

– Госпожа?

– Ты считаешь, что я красивая.

Он удивленно моргнул.

– Я всегда считал вас такой, госпожа. Но ваше лицо, правда, изменилось.

– Ты всегда считал, что я красивая?

Пэн пожал плечами.

– Это не важно, госпожа. Некоторых женщин определяет внешность, но вы никогда не относились к их числу.

Келси не знала, как на это реагировать. Теперь Пэн явно чувствовал себя неловко, и Келси задумалась, не умышленно ли он глупит.

– Но ты считаешь…

– У вас усталый вид, госпожа. Вам лучше поспать. – Пэн повернулся и направился к двери.

– Пэн.

Он обернулся, хотя, казалось, не хотел встречаться с ней глазами.