Королевство крыльев и руин - Сара Маас

Мои плечи успели ссутулиться еще раньше.

Я почти не спала, позволяя себе вздремнуть, лишь когда дыхание Ласэна становилось ровным и глубоким. Подобное напряжение могло окончиться срывом, но моя магическая сила не возвращалась. Приходилось полагаться на обычные чувства.

Интересно, начал ли Риз меня искать? Насторожило ли его мое молчание?

Надо найти способ известить его. Сообщить, что я иду на север и как меня найти.

Ианта день за днем медленно травила меня «фэйской немощью». А я-то удивлялась, почему сообщения по связующей нити слышны еле-еле. Наверное, после близнецов нужно было расправиться и с Иантой. Но что сделано, то сделано.

Я терла усталые глаза, усевшись передохнуть под плодоносной яблоней, случайно попавшейся нам на пути. Ее ветви гнулись под тяжестью крупных, сочных плодов. Самыми крепкими я наполнила мешок. Два успела съесть, бросив огрызки рядом. Третье лежало у меня на коленке. Яблоки никто не собирал. Они падали и гнили, распространяя сладковатый запах. Он действовал убаюкивающе, как и жужжание пчел, облепивших падалицу.

Казалось бы, после яблока из Сонного королевства, подсунутого мне близнецами, я должна навсегда возненавидеть эти фрукты. Но голод вносил свои поправки.

Ласэн, сидевший в нескольких шагах от меня, доел четвертое яблоко и зашвырнул огрызок в кусты.

– Отсюда недалеко до полей и крестьянских усадеб, – сказал он. – А крестьянам на глаза лучше не попадаться. Отец скупо платит им за труды, и потому они рады любому побочному заработку.

– Они что же, не побрезгуют заработать на доносе, выдав верховному правителю местонахождение его сына?

– С радостью это сделают.

– Чем же ты так обидел крестьян?

Ласэн стиснул зубы. Я подумала, что ему не хочется отвечать. Ничего удивительного: слишком много его вопросов ко мне остались без ответа.

– Я самый младший из семерых сыновей. Родители не очень-то радовались моему появлению. По правде говоря, я им был не очень-то и нужен. А меня такое положение вполне устраивало. Я мог учиться дольше, чем братья. Их отец довольно быстро отправил управлять землями нашего двора. Я мог овладевать воинским ремеслом так долго, как пожелаю. Братья понимали: я не настолько глуп, чтобы рваться к власти, идя по их головам. А когда мне одинаково наскучили книги и учебные поединки на плацу… я принялся изучать то, что могла рассказать мне земля и те, кто на ней живет. Стал узнавать особенности каждого из сословий.

Ласэн с кряхтением встал. Его растрепанные волосы блестели на полуденном солнце, вспыхивая рыжими и кроваво-красными прядками.

– Я бы сказала, для наследника верховного правителя такие занятия куда достойнее, нежели праздность младшего сына, оказавшегося лишним в семье.

Он долго и пристально смотрел на меня. Взгляд был жестким.

– Неужели ты думала, что только месть подстегивала моих братьев, пытавшихся изловить меня и убить?

Вопрос заставил меня вздрогнуть. Я тоже встала и потянулась за новым яблоком на низкой ветке.

– Тогда непонятно, чем ты мог им помешать. Разве тебя привлекали отцовские лавры?

– Меня об этом вообще не спрашивали.

Ласэн двинулся ко мне, стараясь не наступать на падалицу. Воздух успел прогреться и стал еще приторнее.

– Власть не передается бескровно, а мне совсем не хотелось устраивать бойню. Корона верховного правителя просто не стоила этого. Да и сам двор – тоже. Получить власть, чтобы управлять хитрыми, лицемерными, двуличными соплеменниками?..

– Повелитель лис, – усмехнулась я, вспомнив, какую маску он когда-то носил. – Однако ты не ответил на мой вопрос. Чем же ты насолил крестьянам, что они готовы выдать тебя отцу и на этом заработать?

Ласэн смотрел на желтое ячменное поле, уходившее вдаль.

– После Джесминды они это сделают не задумываясь.

Джесминда. Я впервые слышала имя его возлюбленной.

Обходного пути не было, и мы двинулись через поле, стараясь не мять колосья.

– Джесминда была крестьянской девушкой. – Я едва слышала слова Ласэна, заглушаемые шелестом колосьев. – И когда я не смог ее защитить… Они расценили это как предательство их доверия. Спасаясь от братьев, я пытался найти убежище в крестьянских домах. Меня прогоняли. Они не могли простить мне Джесминду.

Вокруг нас шумели золотистые и белые колосья. Над головой синело безоблачное небо.

– Я их не виню и не злюсь на них, – сказал Ласэн.

Под вечер мы достигли края этой плодородной долины. Когда Ласэн предложил остановиться на ночлег здесь, я отказалась. Пока светло, нужно идти дальше, вверх по крутым холмам, которые незаметно сменялись горами. На вершинах лежал снег. Эта горная цепь служила границей с Двором зимы. Если мы за один-два дня пересечем границу, возможно, на той стороне мои силы вернутся. Я смогу пообщаться с Ризом или совершить несколько перебросов и оказаться дома.

Подъем был не из легких.

Мы карабкались на зубчатые скалы с острыми краями, кое-где покрытыми мхом. Жесткие белые травы, словно змеи, шипели на ветру. Ветер трепал наши волосы. С каждым шагом становилось холоднее.

Вечером… Вечером нам придется, забыв об осторожности, развести костер. Это единственная возможность дожить до утра.

Мы одолели очередной подъем. Ласэн тяжело дышал. У нас за спиной желтела равнина. Далекий лес отсюда казался рекой, полной оттенков зеленого. Но мне уже не хотелось любоваться здешними красотами. Я думала о переходе через горы. Ведь должен же быть там какой-нибудь незаметный перевал.

– А ты, смотрю, совсем не задыхаешься, – сказал Ласэн, усаживаясь на плоской вершине валуна.

– Я упражнялась, – коротко ответила я, поправляя растрепавшуюся косу.

– Это я понял, когда ты ловко ускользала от атак Дагдана.

– Просто я сделала то, чего он от меня не ожидал.

– Нет, – тихо возразил Ласэн. – Я говорю не только о поединке.

Я подтянулась и поднялась на соседний валун.

– Ты меня оберегала. И от близнецов, и от Ианты. Спасибо.

У меня засвербело внутри. Хорошо, что вокруг по-прежнему дул ветер. Если мои глаза и слезились, то всего лишь от ветра.

Я уснула. Впервые за столько ночей. Под треск костра, который мы развели в найденной пещере. С ощущением, что внешний мир отодвинулся достаточно далеко. Словом, меня сморил настоящий сон.

Мне снилось, что я вплыла в разум Ласэна, как будто ко мне начала понемногу возвращаться магическая сила.

Мне снился наш уютный костер, грубые стены тесной пещеры, где едва нашлось место для нас двоих и огня. Мне снился ветер – ветер, ревущий в ночной тьме. Мне снились все звуки, которые слышал Ласэн, неся вахту у костра.