Ааргх в эльфятнике - Андрей Белянин

Я не только слышал, но и встречал сам тех несчастных, кому солнце выжгло глаза. Не в прямом смысле, просто под палящим зноем песок пустошей блестит, словно жёлтое стекло, и ослепнуть от этого блеска проще простого. Некоторых потом, правда, вылечивают маги. Но, во-первых, это редкость, а во-вторых, они спасают только знатных, тех, кто в состоянии оплатить дорогущее лечение. На простых наёмников нашего пошиба их благодеяния не распространяются…

– Малыш?

– Гр-р-р?!

– Я это… в смысле, мы будем жить? – Эшли повернул голову в мою сторону. – Понимаешь, я, конечно… увлёкся тут всем… но знаешь, честно говоря… короче, я не хочу, чтоб меня съели!

– Никого не съедят, – поспешил успокоить я. – Погони не будет, но, пожалуй, стоило бы поинтересоваться, куда мы всё-таки идём? Спросите у эльфа. Эландер – колись!

– Я думаю, что нам стоит и впредь идти по направлению, указанному нам звёздами, – предположил абсолютно не запыхавшийся остроухий сын леса. – Если к вечеру мы не найдём второго знака, то сгинем в песках. Эта смерть недостойна героя, и даже я готов признать её несоответствие образу вольного волка, павшего от клыков злобной нечисти в Огненных пустошах. Друзья мои, я готов на всё. Но я очень нуждаюсь в вашей поддержке…

– Поможем мы дружно все, так уж что, – панибратски откликнулись родственники.

Я тоже гркнул в знак солидарности, а мой хозяин поднял вверх два пальца в знаке «V», то есть «всегда ваш», что, несомненно, подтверждало и его желание участвовать в эпопее.

– Благодарю, друзья мои. – Эландер поднял глаза к небу и стыдливо предложил: – А не раздеться ли нам? Я имею в виду, пока есть время и возможность…

По-моему, я один понял его правильно. Остальные реагировали в силу привычек, устоев, традиций и воспитания.

Гномы без предупреждения схватились за боевые топоры, покраснев как две деревенские бабульки-скромницы. Юный граф, видимо, счёл себя натурой более начитанной, а потому, обнажив клинок лишь до половины, сначала уточнил:

– Это в каком смысле раздеться? И самое главное, не считайте меня ханжой, с какой, так сказать, целью раздеться?!

Эландер гордо выпрямился, не желая даже отвечать на все эти неприличные инсинуации, быстро скинул плащ, длинную охотничью рубаху и, запихав всё это в дорожную сумку, достал из кармана белый кружевной платочек и аккуратно повязал его себе на голову. Я, не вступая в дискуссии, поступил точно так же: в жару лучше идти почти раздетым, если обгоришь – ещё полбеды, а вот в моей кольчуге или в гномьих доспехах можно просто свариться заживо. Только вот красивого платочка у меня не было, пришлось намотать на башку собственную безрукавку! Не очень удобно и наверняка жутко потешно со стороны, но надо, значит, надо.

– Что ж, если это является частью нашего стратегического плана, – подумав, протянул Эшли и… быстро разделся… полностью.

У меня чуть челюсть по коленке не ударила, ну нельзя же впадать в крайности до такой-то степени?! А затем столичный дворянчик сунул ноги в сапоги, связал всю свою одёжку в компактный узелок, повесил через плечо на рапиру и объявил, что он готов к походу. Более того, как командир отряда, мой хозяин ещё не преминул наорать и на полностью обалдевших гномов:

– Ну а вам что, особое приглашение нужно?! Живо раздеться обоим, дабы облегчить себе путь и дать возможность телу хоть иногда дышать свежим воздухом. Быстро, быстро, не задерживайте своих же товарищей. Два раза повторять вам никто не будет!

– Не можем такое мы… – придушенно выдал шокированный голым графом Нетуром.

– Стыдливые гномы мы, – закрывая ладошками глаза, подтвердил его бородатый братец.

– Какой стыд? Перед кем? Здесь же нет представительниц прекрасного пола! А нас с ааргхом вы вряд ли чем удивите… или напугаете… Смелее, я же, как старший по званию, подал вам пример!

– Аристократы действительно ничего не стесняются? – шёпотом спросил у меня эльф.

Я пожал плечами. Возможно, что и так. Хотя… было бы там чего стесняться. Голый белый червяк с тонкими ножками, впалым пузом и тремя героическими волосинками на цыплячьей груди…

– Отвернитесь вы все хоть, – жалобно попросили гномы.

Через пару минут они предстали перед нашими взорами, прикрытые лишь бородами да широколезвийными секирами. Вид у парней был абсолютно несчастный, глаза полны тоски и скорби, а губы вздрагивали так, что одна случайная смешинка – и оба родственника разревутся на месте…

– Куда идти в сторону какую нам?

– Туда. – Эландер махнул рукой в направлении угасшего созвездия. – Привала не будет, к закату солнца мы заглянем в глаза своей судьбе. Ибо истинным героям неведом страх, а их кончина должна быть запоминающейся и…

Я улыбнулся и похлопал его по плечу, ненавязчиво предлагая заткнуться и не доводить ни меня, ни остальных. Эшли на законных основаниях встал во главе отряда, за ним потопали гномы, за гномами – стройный остроухий, мне же опять досталась почётная роль замыкающего. И кстати, очень хорошо, что первыми шли именно Эшли с Туромом и Нетуромом, потому как у меня появилась редкая возможность немножечко почитать на ходу. Рискованно, конечно, солнце слепит, а от страниц вдвойне, но очень уж хочется…

«Общеизвестно, что человек, ступающий на путь познания чародейских наук, может относиться к двум типам. Первый – сухой педант, не имеющий фантазии и не познавший радости творческого труда. Ибо без педантичного, холодного ума, трезвого расчёта, доведённого до совершенства искусства запоминания формул и чисел невозможно стать магом. Одна ошибка в заклинании – и дух, вырвавшийся из-под контроля, убьёт неудачника. Таким образом, чтобы добиться хотя бы малой толики знаний, маги вынуждены посвящать учению долгие годы. Как правило, молодые волшебники, получившие титул и диплом за шесть-семь лет учёбы, встречаются только в дрянной литературе…

Второй тип – человек, обретший способности к волшебству в результате другого волшебства. Часто умирающие в муках маги перекладывают свой дар, как проклятие, на плечи друга, родственника или случайного прохожего. Этот несчастный будет иметь возможность творить настоящие чудеса, искренне не понимая, откуда он знает и помнит те или иные жесты, формулы и слова. Но незнание не спасёт его от ответственности. Как правило, такие «сырые» маги не имеют должного самоконтроля, легко поддаются страстям и гибнут, подобно мотылькам, прилетевшим на пламя свечи. Покуда существует мир наживы и денег, будут существовать и различные магические школы, им нет числа, как нет стыда у преподающих там шарлатанов…»

Последнее в самую точку! Если кое в чём я бы ещё поспорил, считая некоторые утверждения голословными, то насчёт преподавателей волшебных наук сомнений не вызывает – все они отпетые шарлатаны и авантюристы.

Разумеется, ни один приличный маг не пойдёт работать в школу, он всегда устроится при королевском или хотя бы герцогском дворе. Ну а тот неумеха, что не достиг придворного уровня, может, и будет преподавать, да только кого он воспитает? Бледную копию самого себя? Вот по этой-то причине истинных волшебников (что добрых, что злых) можно по пальцам пересчитать. А мелкой шушеры с ограниченными магическими навыками – на пятачок пучок! Причём с явным уклоном в «тёмную» сторону. Парням зарабатывать надо, семью кормить, а уж молоденьких ведьм развелось… Буквально куда ни плюнь!