Четвертая магическая война - Владимир Мясоедов

– Вы знаете, удивительно хорошо для данной ситуации. – Тон врача был даже каким-то… недоумевающим. А еще чуть меньше – раздражающим и громогласным. Видимо, органы слуха парня понемногу начали адаптироваться к окружающей среде. – Сердце бьется ровно, его больше не приходится запускать вручную. Легкие мы регенерировали обратно до состояния, в котором они могут вдыхать кислород. Нервы в руках показывают положительную динамику, и дня через три, возможно, начнут шевелиться пальцы.

– А эти… – на сей раз говорила женщина. Голос был не очень приятным, но в нем явно чувствовалось сочувствие. – На голове…

– Ну, отверстия в черепной коробке мы уже давно зарастили. То, что осталось, – это просто следы. Они и сами со временем рассосутся, – заверил незнакомку врач. – Жаль, я не знаю, насколько сильно пострадал мозг.

– Да, мне тоже жаль, – согласился Олег, наконец полностью приходя в себя и открывая глаза. – Святослав хороший парень. Пусть поневоле малообщительный, но хороший. Знаю о чем говорю, мы с ним вместе в училище в одной группе бегали.

– Он рассказывал, – кивнула суховатая ведьма лет тридцати пяти, имеющая нашивки мага-погодника второго ранга. Ее спутник был еще старше, но как волшебник стоял ниже на ступень. – Знаете, а ведь Святослав очень перспективный юноша. Очень. Так чувствовать облака – это настоящий талант. Я думала, для него и третий ранг не будет пределом. И тут вдруг… Такое.

– Он поправится, – без особого убеждения в голосе пробормотал Олег, косясь на своего приятеля. В том, что перед ними не капитан, поляки и австрийцы разобрались довольно быстро. Вероятно, просто наткнулись на личное дело допрашиваемого ведьмака, разбирая захваченные на борту документы. А после слегка обиделись на парня, которого Андрэ использовал как подделку под себя. Как результат – относительно мягкое и безопасное ментальное давление сменилось жестокими пытками, воздействием сомнительными чарами и как бы не аморальными научными экспериментами. Когда устроившие переполох в тюрьме офицеры заглянули в допросную камеру, они нашли вместо молодого здорового мужчины окровавленный кусок мяса, у которого мозг в прямом смысле слова наружу вытекал. – Обязательно поправится.

– Телесно – да. А вот насчет душевного здравия уже не так уверен, – вздохнул доктор и подошел к Олегу. – Ну-с, а вы как себя чувствуете после реанимации?

– Приемлемо, – осторожно прислушался Олег к состоянию собственного организма при помощи целительских навыков. – Некоторые органы дают плохой отклик, но умирать вроде бы не собираюсь. Что со мной было-то?

– А что последнее вы помните? – уточнил маг-медик.

– Как нас едва при пересечении линии фронта не сбили – помню, – покорно принялся перечислять Олег. – Помню, как отец Федор дал в глаз какому-то офицеру из контрразведки, пытавшемуся отправить тяжелораненых не в госпиталь, а под замок. Как этому же офицеру дал в другой глаз его начальник, помню…

– За что его во второй-то раз били? – заинтересовался маг-погодник, пришедший проведать собрата по ремеслу.

– А он увидел список притащенных в трюм трофейного корабля пленных. Которых сия персона без царя в голове чуть не приказала гнать своим ходом в тыл, ибо лишние и в тюрьме вообще на такое количество народу мест нет, – хмыкнул Олег. – А там хоть сильных магов и не было, но среди медиков и тюремщиков первый ранг у каждого третьего. Порвали бы они обычный конвой, как тряпочку. И была бы нам новая серия мексиканского сериала…

– Это в смысле кровавого, что ли? – не поняла ведьма. – Там же у них в Южной Америке вампиры одни…

– Простите, заговариваюсь, – тут же пошел на попятную Олег, вспомнивший, что он уже давно не в своем родном мире. И здесь некоторые понятные ему выражения останутся для других несвязным набором слов.

– Ничего, это бывает, – успокоил его доктор. – А дальше помните?

– Нас все-таки дотащили до госпиталя и стали вкалывать противоядие к польской алхимии… – несколько неуверенно посмотрел на мага-медика инвалид, у которого с данного момента воспоминания как раз и начали расплываться. – А потом мне вдруг стало плохо. Хм… Скоротечная аллергическая реакция?

– Ну, можно сказать и так, – пожал плечами маг-медик. – В конце-то концов, люди действительно имеют не слишком нормальную реакцию организма на цианистый калий.

– Меня отравили?! – поразился Олег и тут же принялся перебирать список своих возможных недоброжелателей. И вражеские шпионы с диверсантами стояли там на самом последнем месте. Выбрать себе целью кого-нибудь вроде него они могли если только на тренировке, в боевых условиях. Скорее тут стоило вспомнить о бывшем начальнике… Или главной ведьме Щебжешинского форта. А то и, чем черт не шутит, одном столичном дворянском роде. У последнего были весьма серьезные претензии к самому Олегу и двум его друзьям по училищу. Как-никак их общий наставник ценой своей жизни далеко не самого последнего аристократа на дуэли завалил. – Стоп! Цианид?! И я выжил?!

– У вас хороший потенциал. Обычно с подобным отравлением донести до реанимации магов ниже четвертого ранга не успевают, а вы своими ногами чуть не дошли, – покровительственно кивнул ему маг-медик. – А может быть, просто убийца слишком торопился, а потому высыпал в микстуру не полную дозу препарата. Но все-таки ближайшее время вам стоит уделять повышенное внимание собственному здоровью и работе почек. Переработать такую дрянь совсем без последствий может только истинный целитель.

– Так понимаю, его вы и пригласили. – Олег еще раз прозондировал свой организм и обнаружил, что если и не совсем здоров, то довольно к тому близок. Некоторой интоксикацией в подобном случае можно пренебречь. – И сколько я теперь еще должен родному государству? Или конкретно вам?

– Все за казенный счет, – успокоил врач разволновавшегося пациента, чувствующего, как растет срок его контракта с армией. – Включая и реабилитационный период сроком семь дней.

– Кхм. – Олегу стоило немалых трудов удержать уже почти сорвавшееся с языка ругательство. – Ну, тогда спасибо, наверное.

– Да не стоит благодарности, – пожал плечами медик. – Это вам в храме надо за здравие святых отцов церкви свечки ставить. Попы во главе с вашим отцом Федором очень расстроились, когда только-только сумевшего унести ноги из польского плена героя попытался убить кто-то из своих. Они такой групповой молебен прямо у реанимации закатили, что у нас разве только из морга пациенты не пришли за выпиской. Правда, теперь святоши не успокоятся, пока из вас не вытрясут, кто и почему мог вам цианида подсыпать.

«Заложу всех, – твердо решил Олег, которому ради собственной жизни поделиться параноидальными подозрениями было совсем не жалко. – То есть, тьфу ты, расскажу все!»

– А кто это там так орет? – вдруг спросила ведьма, оторвавшись от разглядывания изувеченного Святослава. – У нас опять польский мятеж или налет бомбардировщиков?

Только после ее слов Олег смог действительно осознать, что слышит чьи-то вопли. Множественные и пронзительные. Правда, не очень громкие. Их явно глушили расстояние и межэтажные перекрытия. Но источник данных звуков определенно находился в здании госпиталя. Постепенно к крикам стала добавляться заполошная стрельба. Но ее перекрыл раскатистый рык, исходящий явно не из человеческой глотки. И, кстати, раздался он куда ближе, чем хотелось бы.