Гаврюша и Красивые - Андрей Белянин

После этих слов что-то упало, и воцарилась гробовая тишина. А потом бурчание пошло по второму кругу.

– Охохошеньки-хо-хо! Надо ж, хряпнулся-то как, живого места не осталось. – Затем в темноте обстоятельно высморкались и прокашлялись. – Взрослый мужик с бородой, с квартирой, а балуешь, как мелкий комнатёнок с малосемейки!

Бодрый Гаврюшин голос вызывающе ответил:

– Моя квартира, мои люди, а как я им помогаю, не твоего ума дело, старый пень!

И тут раздался чёткий, короткий пинок.

– Ай-ай-ай! – завопил домовой.

– Поделом тебе, проныра! – Незнакомый дедушка повеселел. – Нет такого закона, чтобы без диплома колдовать! И не будет!

– Ой-ой-ой!

– Мало! Мало я тебя гонял! – Снова пинок, третий, четвёртый…

– Уй-йо-о-о-ой!!!

– Ох, догоню и ещё вмажу! – раззадорился дедуля.

И снова беготня, снова кряхтенье, стоны, топотня и звуки оплеух.

За окном стояла чёрная, тихая ночь. Родители, разумеется, ничего не слышали и слышать не могли – домовых видит и слышит лишь тот, кто в них верит.

А вот любопытный Егорка на цыпочках добрался до прикрытой двери, стараясь не наступать на игрушки, разбросанные по полу. Шумиха в соседней комнате набирала обороты.

Снова что-то рухнуло, загремело, мальчик вздрогнул от неожиданности, а затем, открыв дверь, ещё и ахнул.

В прихожей на полу сидел, раскинув ноги, смешной старичок. Он словно бы выпрыгнул из мультика – одет в ярко-голубой балахон и остроконечный колпак, усыпанный серебряными звёздочками и пёстрыми заплатками. Туфли с загнутыми носами походили на сушёные бананы. Борода длинная и седая, лицо сморщенное, а брови густющие-э…

Одним словом – сказочный маг. Ну, если вы хоть одного встречали.

Кроме него на полу валялся странный предмет, похожий на мерцающую неоновую лампу, вроде тех, из которых делают вывески. В сиянии странной штуки Егор, собственно, и смог разглядеть незнакомца.

– Дедушка, вы живы? – тихо спросил мальчик.

На полке с головными уборами зашевелились, и Гаврюшин голос уверенно произнёс:

– Жил, жив и будет жить! Кондрашка – он такой, только кажется, что на ладан дышит, а на самом деле крепче хоккейной шайбы!

– Ух ты! – Егор с интересом разглядывал длинный нос старика и козлиную бороду. – А можно его потрогать?

– Кондрашку? Чародейского инспектора?! Чего его трогать?

– Да я просто так спросил. – Егор предусмотрительно спрятал руки за спину и шагнул назад.

– Это он, вредитель, настоял, чтобы меня из чародейской школы выперли! – сообщил Гаврюша.

– Я всё слышу, – объявил дед, поднялся и задал странный вопрос: – А кто такой Кондрашка?

– Ну вот, опять, – буркнул домовой и спрыгнул с полки. – Понимаешь, у него от возраста память выскакивает. Бывает, стукнется, упадёт, или икнёт неудачно, или просто задумается, так всё вмиг и забудет. Жаль, ненадолго…

– А что за фонарик у него? – спросил мальчик, показывая на светящуюся штуку.

– У Кондрашки два фонарика, – деловито поправил Гаврюша. – Тот, что под глазом горит, – это сто процентов от благодарных учеников. С рогатки влепили или в какую хитрую ловушку заманили. А тот, что рядом с ним валяется, энто жезл магический, а по-простому – волшебная палочка. И кого только ею не пороли!..

Старик осторожно вставал на ноги и рассеянно озирался по сторонам.

– Гаврила… Гаврила… Гаврила… – И тут он хлопнул себя по лбу. – Ну конечно! Гаврила!

– Вспомнил, гад…

– Гаврила-а! – Радость на лице старика обернулась разочарованием. – Охх-хо-хо-хо-хо-хо-хо! Опять Гаврила! Наказание, проклятие моё!

– Ну всё, я побежал, – бросил домовой.

Старичок распрямился, держась за поясницу, и оказался на две головы выше Гаврюши. Егор невольно отметил, насколько дедок был похож на козла. Сходство просто поразительное. Рот полосочкой, носик дырочками, глазки навыкате, брови седые, ресницы белые, и бородка длинным белым локоном.

– Пришибу мерзкого недоучку! – пригрозил он, подержался за поясницу и, размахивая волшебной палочкой, бросился вдогонку. На проснувшегося мальчика чародей Кондрашка просто не обращал внимания, как его и не было…

Их забег был самым волшебным из всех, что приходилось видеть Егору. Оба легко проскакивали сквозь стены, двери и мебель, словно привидения, решившие порезвиться. Хорошо, что никто их не слышал, кроме Красивого-младшего, а уж орали эти двое так, словно вокруг не квартира, а сосновый бор с белками. Окажись они и впрямь в сосновом бору, давно бы все белки по дуплам попрятались и вертели лапками у виска.

Один раз к Егору присоединился разбуженный кот-баюн.

– Пйекйатите безобйазие! – грозно потребовал он.

В ответ ударил водопад искр, и Маркс тут же забился в щель между стеной и тумбочкой.

Егорка неторопливо принёс из детской стульчик и сел, как зритель на представлении. Мальчик сообразил, почему чародейский инспектор хочет догнать его рыжего приятеля. Кто чародейской школы не окончил, колдовать не может, а Гаврюша нарушил этот запрет.

Справедливо, что сказать. Вот Егор, например, хотел бы стать пиратом, но вряд ли ему разрешат это сделать до окончания школы. После окончания – добро пожаловать к нам на борт в Сомали! Но без школьного диплома, увы и ах…

Волшебная палочка в умелых руках чародея брызгалась колючими искрами, похожими на бенгальские огни, направо и налево. Старичок замахивался, делал резкий выпад, но палочку не выпускал. И летели из неё разноцветные искры-брызги: зелёные, жёлтые, синие, белые. Собирались в рой и, шипя как газировка, находили бедного Гаврюшу, где бы он ни спрятался.

– Ай-ай-ай! – орал домовой, нагибаясь и прикрывая голову ладошками.

– Поделом тебе, двоечник! – рычал Кондратий и снова брал прицел.

– Ой-ой-ой! – вопил домовой, ища спасения в Глашиной комнате.

– Получил? И ещё получишь! – блеял волшебник, залихватски сдвигая звёздный колпак на затылок.

– Ай-ай-ай! – стонал Гаврюша, кубарем вылетая из спальни родителей в облаке колючих зелёных искр.

Казалось, что веселью конца не будет, но скоро дед отстал, его мучил скрип коленей. Он остановился, положил палочку на пол и попытался элементарно отдышаться. Бабушка всегда говорила, что старость не радость и пожилым людям не хватает заботы. Егор пожалел козлобородого, подошёл к нему и, подёргав за голубые одежды, предложил:

– Дедушка Кондратий, у нас в холодильнике есть хорошая мазь, папа называет её волшебной, коленки и спину мажет. Принести?

Дед замер и впервые посмотрел на мальчика.

– Принести? – повторил Егор.