Дар Кроуги - Анна Пушкина

Шагнув еще ближе к стойке, я помахала руками, привлекая внимание мужчины и женщины в лавке. Никто не обратил внимания на мои странные движения, будто меня не существовало вовсе. Лавочник подошел к окну и внимательно посмотрел по сторонам, убеждаясь, что никто не подслушивает.

– Тарая, в это время к нам часто захаживает сам директор Фебраны, достопочтенный маг Алостер. Ты же знаешь, твоя мать должна быть на виду, – заговорил он на полтона тише.

– Знаю, папа. Я прогуливалась по рынку как обычно, следуя плану, но меня окликнула жена того толстого мясника, и я никак не могла от нее отделаться. Поэтому я задержалась, – зашептала ему в ответ незнакомка, которую лавочник называл Тараей.

Потом она бросила быстрый взгляд через плечо на дверь и зашла за стоявшую около дальней стены узенькую ширму. Не прошло и пары мгновений, как вместо женщины оттуда вышла темноволосая девочка в потрепанном сером платьице и с аккуратными косичками, завязанными синими бантиками на кончиках. На вид ей было не больше десяти зим. Девчушка была точной копией Тараи, только уменьшенной.

Я так и осталась стоять с открытым ртом.

– Если Гильдия Магов Жизни узнает, что твоя мать мертва, пеняй на себя, – зашипел мужчина. – На наше невезение, ты не уродилась целителем, а без мага жизни лавку прикроют, и мы лишимся ее навсегда. Я отправлюсь на поля или, того хуже, в темницу, а ты с треском вылетишь из своей любимой Фебраны, потому что платить за твое обучение будет некому.

Девчушка потупила взгляд и, повязав себе застиранный передничек, молча встала рядом с отцом, помогая ему толочь что-то в ступке.

– Тебе бы только в своей школе сидеть. Неблагодарная! Совершенно не задумываешься, где мы окажемся, лишившись всего этого, – мужчина обвел рукой облупленные зеленые стены лавки.

Я подозрительно нахмурилась. Обучение в Фебране бесплатное для всех, вне зависимости от расы и природного потенциала ученика. Удивление сменилось догадкой. Таковым оно стало после того, как Рагонг стал князем Кроуги. Кажется, я начинала понимать, что здесь происходит. Они не видят меня, потому что меня здесь нет. Похоже, это детское воспоминание магички, это прошлое. Тарая – талантливый маг разума, иллюзионист. Мне вспомнилась ее странная тяга к преображению башни. Но никогда прежде я не видела, чтобы Тарая меняла собственный облик. Оказывается, девочка вынуждена вести двойную жизнь, изображая покойную мать, которая, по-видимому, была магом жизни с разрешением на содержание лавки целителя. Какой кошмар!

Мои мысли прервало звяканье колокольчика на двери. В лавку, постукивая тростью, зашел высокий и очень худой пожилой мужчина. По его внешнему виду сразу угадывалось высокое положение: он был хорошо одет и, похоже, компенсировал недостаток солидности в теле пышными усами и бакенбардами.

– Господин Алостер, рады видеть вас в добром здравии, – тут же расцвел в улыбке лавочник, приветствуя посетителя.

Я вспомнила это имя. Алостер – директор Фебраны, занимавший эту должность до Велада. Так нам рассказывали на уроке страноведения. Этот директор знаменит тем, что впервые занял столь высокую должность в магической школе, будучи полукровкой. Алостер только наполовину человек, на другую половину – светлый эльф. И его стараниями в Фебране начали учиться не только люди, но также светлые эльфы и оборотни. Чуть позже, с приходом к власти нового князя и назначением Велада директором Фебрана открыла свои двери всем расам.

– Да разве это здравие? Ученики однажды окончательно сведут меня с ума, – ответил ему мужчина. – Вы слышали новость? Один из них, оборотень, недавно явился ко мне и заявил, что он маг. Маг-оборотень, представляете?! Когда я попытался успокоить голубчика и объяснить, что оборотни не наделены магией, он пришел в ярость и вышел из себя настолько, что обратился волком прямо у меня в кабинете. Как же тут, скажите мне на милость, будешь в добром здравии?

Затем директор перевел взгляд на девочку и, улыбнувшись, продолжил:

– Вот если бы все мои ученики обладали таким же усердием, как ваша Тарая. Какая молодец, как ни зайду к вам, она все трудится, помогая родителям.

Он одобрительно кивнул, девчушка разрумянилась от похвалы.

– Ах, как вы правы, господин! Она у нас поздний ребенок, на радость старым родителям. Не представляю, как бы мы с Берой справлялись без нашей умницы, – ответил лавочник и неуклюже приобнял дочь. Кажется, он делал это крайне редко, а может, и впервые в своей жизни.

– А где же ваша супруга? Хочу лично расспросить ее о моем последнем заказе. В прошлый раз эликсир сна, который я приобрел у вас, совершенно мне не помог. Прежде такого не происходило. Возможно, у меня случилось привыкание, как и предупреждала ранее ваша супруга, и стоит увеличить крепость ингредиентов.

– Тарая, сходи за матерью. Она, должно быть, в дальней комнатке, готовит новые заказы, – распорядился хозяин.

– Постойте-постойте, – махнул директор, останавливая девчушку. – Присутствует ли в лавке кто-то еще, кроме нас и вашей супруги?

– Нет, господин, – ответил изумленный вопросом лавочник.

– Вот и чудно. Со мной тут еще один оболтус, ожидает на улице. Провинился и теперь в наказание ходит со мной, помогая с покупками. Хочу проверить его способности.

Не замечая, как изменились в лице лавочник и его малолетняя дочь, почтенный господин развернулся и постучал тростью по стеклу витрины, приглашая кого-то зайти.

Колокольчик звякнул, в лавку вошел рыжеволосый юноша в застегнутом под самое горло плаще. Не веря своим глазам, я непроизвольно улыбнулась, узнав в юноше Келдрика. В этом воспоминании телепат был немногим старше самой Тараи.

Волосы юного Келдрика были привычно собраны в хвост, тот же знакомый, немного лукавый взгляд и юношеские усики, которые молодые люди обычно носят с особой гордостью. Юный телепат еще не обрел галантности известнейшего ловеласа княжества. Вместо легкости, к которой я привыкла, сейчас в нем проглядывала самая что ни на есть настоящая твердолобость, свойственная его возрасту.

Директор снисходительно улыбнулся юноше.

– Келдрик, раз ты считаешь себя настолько талантливым и настаиваешь на своем переходе на следующий уровень обучения, проверим, как ты справишься с заклинанием поиска. Ответь нам, сколько в лавке людей, помимо тех, что перед тобой?

От изумления и понимания, что случится дальше, я невольно прикрыла рот рукой. Говорят, Келдрик – сильнейший телепат в княжестве, и сейчас он поймет, что здесь происходит. Хотя, возможно, он еще не набрал всю свою силу. Но отчего-то я в этом сильно сомневалась.

Юноше потребовалась всего пара мгновений. Он провел взглядом по стене за спиной лавочника и, явно скучая, ответил:

– Все, кто есть в лавке, сейчас находятся тут.

– Ха, а вот и нет! – торжественно вскрикнул директор и громко ударил тростью о пол.

И только я заметила, каким ужасом наполнились глаза лавочника и его дочери-обманщицы.