Научить любить тёмного. Ветер перемен в академии Морте - Диана Хант

«…не всё сказала!!!»

Он чуть было не брякнул, как дурак «кто».

Видимо, когда она испытывает сильное эмоциональное потрясение, «громкость мыслей» регулировать не может. Что ж. Ему это на руку. По части скрытности они с Туули друг друга стоят.

– А что, эта ваша Гулльвейг помогла бы, Тим?

– Во-первых – совсем не наша. А во-вторых – известно, что ведьма владела магией крови. Запретной, про̀клятой магией, понимаешь?

– Угум.

– Я бы не удивился, если бы узнал, что Ясси пошёл бы ради Яски на кровный ритуал, чтобы обмануть Фьорды…

– Обмануть? В смысле?

– Чтобы Фьорды приняли Яску за тёмную.

– А Яако?

– А что Яако? – сухо спросил он. – Они просто… были в связке… Слишком сильным светочем была Яска.

– А как Яако… – Ули не договорила, почувствовала его напряжение. – Тим, но, если силы светлого и тёмного равны, их магии скорее всего нейтрализуют друг друга, да?

– Если так решат Фьорды.

– Стоп. Но если у нас не будет магии…

– Ты правильно поняла, Ули. – Невесело усмехнулся он. – Не будет больше ни Ломтика, ни Йолы. Ни долгой жизни. Мы станем обычными людьми.

На этот раз она молчала довольно долго. А затем произнесла решительно:

– Тогда магом должен остаться один из нас. Ломтик и Йола должны жить.

Теперь замолчал уже он. Просто не знал, что сказать.

– А какой соул был у Яски? – Спросила она внезапно.

– Красный пёс. – Машинально ответил он и нахмурился, когда она явно удивилась его ответу. – А что?

– Да нет, – Пробормотала Ули. – Просто подумалось...

Ему тоже было о чём подумать. Например, о том, что Ули не закатывает истерику, не принимается причитать, как поступила бы любая другая светлая адептка на её месте. Ведь всем известно – светочи хоть и идеальные проводники Хаоса, всё же по части силы до тёмных им далеко...

Да, она показала Пятый Уровень, умирая в первый раз. Да, она с лёгкостью прыгала на Пятый Слой в Лабиринте, но увы, задержаться там не могла. Соскальзывала… А когда Фьорды выбирают между светлым и тёмным магом… Не стоит пояснять, в пользу кого оказывается их выбор.

– А если… это произойдёт до? – Спросила Ули неожиданно. – До обмена кровью? Ну, до ритуала с этим вашим Сердцем Фьордов?

Тим замер. Опешил.

Решил даже, что ослышался.

Что не так понял.

Хотя на самом деле знал – всё прекрасно он понял.

Чувствуя себя полнейшим болваном, всё же переспросил:

– Что… произойдёт?

– Ну ты как маленький, а ещё целый герцог.

С этими словами она просто взяла и встала прямо в ванной.

Поднялась в полный рост.

За его спиной.

Положила мокрые ладони на плечи.

– Туули… – Выдавил он из себя. – Мы не знаем, как поведёт себя твоя сила. Завтра, на Распределении…

– Раньше она вела себя хорошо… Более того, только возрастала от наших… мм… практикумов…

Лёгкий, едва ощутимый поцелуй в висок. Капли, стекающие по его лицу и плечам.

– Завтра… Твоё Распределение. Это риск, Ули.

Самое правильное в такой ситуации – уйти.

И он уже встал, вот только ноги буквально приросли к полу. А когда услышал её тихое «А не плевать ли?» остолбенел.

Сам не понял, как развернулся. И задохнулся от открывшейся его глазам картины.

– Ули?

– Что? Я может, скоро вообще без магии останусь…

С этими словами она снова приникла губами к его рту и на этот раз отстранить её он не смог.

Да и не пытался.

Глава 12

Безумие ли это было? Возможно.

Ошибка? Скорее всего.

В мире, где всё завязано на магии, где силой наравне с долгой жизнью наделяют своенравные стихии…

То, что началось в отдельной купальне мужского корпуса академии Морте и что логичным и естественным образом, – в виде Тиму Петтери, несущего меня на руках, – как-то незаметно для нас самих перетекло в его же спальню, ту самую, где мой тёмный впервые меня поцеловал… Это было то же самое, что пойти наперекор року. Поспорить с непреложным законом. Устоявшимся правилом.

То же, что бросить вызов судьбе… А в нашем с Тиму случае – Фьордам, будь они тысячу раз неладны!

Он бережно, будто не верил в происходящее опустил меня на кровать и принялся покрывать поцелуями каждую клеточку тела. И я отвечала на его ласки. Может даже, с большим пылом, чем следовало… чем полагается благородной нейтири и вообще герцогине, но… ничего не могла с собой поделать. И параллельно с этим миром, с этой реальностью, проступал другой. Вместе с силой, с волной, поднимающейся изнутри. С водоворотом, который готовился поглотить нас. Закружить, растворить в себе, поглотить окончательно, бесповоротно, беспощадно!

– Тиму…

– Ули…

Дурман. Помешательство. Сумасшествие…

Сладкое. Пылкое. Кипучее!

– Ах!

Ошеломляющее снаружи и выжигающее изнутри…

Схлестнувшиеся силы льда и пламени!

Сплетение тончайших потоков, которые заставляют само пространство сладко вибрировать!

Поцелуи… укутывают меня, будто покрывалом.

Горячее дыхание на коже, ставшей вдруг необычайно чувствительной...

Жаркая, лихорадочная пытка ожиданием.

Странное, какое же странное чувство – не знать, чего ждёшь, чего жаждешь… И вместе с тем уверенность, что это самое важное, самое необходимое на свете. Что нет ничего главнее, важнее, лучше…

В целом мире – нет! Во всей Вселенной…

– Нас… обручили… Фьорды. – Голос Тиму доносится откуда-то издалека, задворками сознания понимаю, что то, что он говорит сейчас, часть какого-то важного ритуала.

Повторяю за ним и по мере того, как произношу слова, задыхаясь и всхлипывая, ощущаю, физически ощущаю, как наши магические энергии схлёстываются, сходятся, сплетаются…

Становятся единым целым.

– Нас… обручили… Фьорды…

Позже – когда-то в далёком-предалёком будущем, возможно даже в следующей жизни эти самые Фьорды будут решать, что делать с нами. С нашей возросшей, усилившейся магией. С одушевлёнными, обретшими форму частицами наших душ…

Вот только когда это ещё будет…

Главное – то, что сейчас.

А сейчас – плевать. Решительно и на всё.

Лишь бы это не прекращалось!