Призыв - Дэвид Гейдер

— Король Мэрик, я прошу прощения за то, что мы явились с некоторым опозданием. У нас не было намерения вызвать ваш гнев.

Мрачный воин в серебристо-серых доспехах презрительно фыркнул:

— Вы, Серые Стражи, и с самыми лучшими намерениями способны вляпаться в Ферелдене не в одну переделку.

Лицо Женевьевы даже не дрогнуло, однако Дункан заметил, что женщина напряглась. Женевьева немало гордилась славным именем ордена, а нрав у нее и в лучшие времена был достаточно крутой. Другу короля следовало бы поаккуратнее выбирать слова.

Мэрик, беспечно рассмеявшись, взмахом руки указал на воина, стоявшего рядом с троном:

— Это Логэйн, тейрн Гварена. Не знаю, слыхали ли вы о нем у себя в Орлее.

Женевьева коротко кивнула:

— Герой реки Дейн. Да, конечно же, всем нам знакомо это имя.

— Слыхал? — шутливым тоном окликнул король Мэрик своего друга. — Ты, оказывается, весьма знаменит в империи. Тебя это должно порадовать.

— Я просто в восторге, — сухо отозвался Логэйн.

— Если тейрн имеет в виду наше изгнание из Ферелдена, случившееся две сотни лет назад, — начала Женевьева, — я могла бы дать исчерпывающие объяснения…

Логэйн одарил ее ледяным взглядом:

— Уж в этом я не сомневаюсь.

Женевьева стиснула зубы с такой силой, что стоявший позади Дункан увидел, как натянулись жилы у нее на шее. В тронном зале надолго воцарилась неловкая тишина. Слышно было, лишь как потрескивает огонь факелов.

Первый Чародей поспешил вмешаться в эту перепалку.

— Но ведь нам нет никакой нужды спорить сейчас о том, что случилось столько лет назад! — примирительно проговорил он. — Что бы ни совершила тогда командор Серых Стражей, это не имеет ни малейшего отношения к нынешним событиям!

С этими словами маг умоляюще поглядел на короля Мэрика.

Тот кивнул, хотя вид у него был недовольный. Дункан не мог определить, что именно больше не нравилось королю — явная злоба тейрна или ответное поведение Женевьевы.

— Совершенно верно, — пробормотал король.

— В таком случае у меня есть вопрос, который уж точно касается нынешних событий! — прорычал тейрн Логэйн. — С какой стати вы заставили нас так долго ждать? Если бы я приложил столько усилий, чтобы добиться приватной аудиенции Мэрика, я бы, уж верно, вылез из кожи вон, только бы не рассердить его. Особенно если бы собирался попросить его о какой-то услуге… так ведь?

Король пожал плечами:

— Логэйн, они пока еще ни о чем не попросили.

— Ну так попросят. К чему иначе им потребовалось бы официально представляться тебе? К чему иначе весь этот спектакль?

— Логично.

Женевьева с явным трудом подбирала подходящие слова для ответа.

— Король Мэрик, — наконец проговорила она, — один из моих спутников совершил в твоем городе преступление. Мне пришлось уладить это дело прежде, чем оно приняло неприятный оборот.

Дункан похолодел от ужаса. “Ну вот, началось”, — обреченно подумал он.

Логэйн, казалось, уже готов был гневно высказаться, но король опередил его. Он выпрямился, подался вперед, всем своим существом выражая неподдельный интерес.

— Преступление? Какое?

Женевьева тяжело вздохнула и, повернувшись, жестом велела Дункану выйти вперед. Взгляд ее при этом неотступно сверлил его. “Посмей только сейчас что-нибудь выкинуть, — казалось, говорила она, — и я превращу всю твою оставшуюся жизнь в кошмар, которого ты не забудешь и на том свете”. Дункан судорожно сглотнул и торопливо встал рядом с ней.

— Этого юношу, — сказала Женевьева, — зовут Дункан. Он был призван в орден всего пару месяцев назад прямиком с улиц Вал Руайо. Боюсь, он попытался вспомнить на вашем рынке свое прежнее ремесло, а когда за ним погнались стражники, вступил в драку с одним из них. Стражник был ранен, но остался жив.

— Я мог бы убить его! — запальчиво перебил ее Дункан. Перехватив полный ярости взгляд Женевьевы, он поспешно отвесил испуганный поклон королю. — Но не убил же! Мог, но не убил! Вот что я хотел сказать, ваше… э-э… высочество… милорд…

— Ваше величество, — поправил его Логэйн.

— Мои стражники порой проявляют избыточное рвение, — добродушно заметил король. Дункан не сразу сообразил, что обращается он не к Женевьеве, а именно к нему, Дункану. — Логэйн преисполнен решимости превратить Денерим в самый законопослушный город юга. По правде говоря, мне кажется, что все эти меры приводят только к одному — загоняют преступников в подполье.

— Я и сам был бы не прочь там отсидеться, — пошутил Дункан, но тут же прикусил язык, потому что Женевьева стиснула кулаки в латных перчатках с такой силой, что он расслышал едва различимый скрежет металла. Дункан приложил все усилия, чтобы придать себе смиренный вид.

— Он весьма искушен в своем ремесле, король Мэрик, — сухо пояснила Женевьева. — Я, однако, подозреваю, что этот молодой человек надеется, будто, если он напроказит, мы освободим его от исполнения долга. Он заблуждается.

Короля ее слова явно заинтриговали.

— Тебе не нравится быть Серым Стражем? — спросил он, обращаясь к Дункану.

Тот не знал, что и ответить. Его поразило, что король Ферелдена снова обратился напрямую к нему. Даже самый захудалый орлесианский барон скорее позволил бы окунуть себя в масло и поджечь, чем показать, что он обращает хоть какое-то внимание на простолюдина. Тем проще было обчищать карманы орлесианской знати. Может, потому, что все они Серые Стражи, король не сообразил, что Дункан принадлежит к низшему сословию? Юноша пришел к выводу, что должен чувствовать себя польщенным, хотя и сильно сомневался, что чрезмерное внимания короля пойдет ему во благо.

Женевьева неотрывно смотрела на короля Мэрика, и лицо ее оставалось подчеркнуто бесстрастным. А потому Дункан переминался с ноги на ногу, между тем как король с любопытством смотрел на него и ждал ответа. Неужели он не мог привязаться к кому-нибудь другому? Все равно к кому, только бы к другому? Наконец тейрн Логэйн кашлянул:

— Мэрик, может, перейдем к тому, ради чего они сюда явились?

— Если только король не пожелает, чтобы юноша был предан в руки закона, — совершенно серьезно отозвалась Женевьева. — Пребывая в вашей стране, мы обязаны подчиняться вашим законам. Серые Стражи исполнят желание вашего величества.

Сердце Дункана гулко ухнуло в пятки, однако тревожился он зря. Король отмахнулся от этой идеи, словно от назойливой мухи:

— Не думаю, что в этом есть необходимость. Камеры в форте Драккон и так переполнены.

Логэйна явно так и подмывало высказаться, однако он смолчал. Дункан наскоро отвесил пару поклонов и, пятясь, вернулся туда, где стояли прочие Серые Стражи. На лбу у него выступили крупные капли пота.