Сырная магия, или Не хочу без любви! - Ольга Пашнина

Рикард спал на ходу и вообще словно находился не здесь. Только изредка он странно косился на сумку. Ну… а чего он хотел? Пальто тяжелые. Хотя, признаться, я не думала, что Рикарду будет настолько тяжело. Надо было разложить на две сумки.

На дальней площадке нас ждал частный дракон. Мы поднялись в кабину и практически сразу взлетели. Я не успела и взглядом окинуть драконпорт. А так хотелось вспомнить первые деньки в Эрстен-граде, когда я только приехала и искала жилье.

Мы с Рикардом устроились на одной скамье, а Дрю и сумка – напротив. Я смотрела в окно, где стремительно уменьшался в размерах Эрстен-град.

– Такой маленький, – вырвалось у меня.

– Азор-град побольше, – согласился Рикард. – Зато здесь море.

Да, море было просто потрясающее. С высоты полета дракона оно открывалось во всем своем лазурном многообразии.

– Ой, остров! – воскликнула я. – Надо спросить у Криса, что там такое.

– Сырочек… – позвал Рикард.

– Прости, – отмахнулась я. – Забыла, что тебе неприятно, когда я говорю о Крисе.

– Забудь о нем. Смотри.

Тут я уже заинтересованно повернулась и… Взгляды Дрю и Рика были устремлены на сумку, которая как-то подозрительно шевелилась.

– Это что?! – прошептала я.

Рикард действовал решительно. Открыл застежки и распахнул сумку, откуда тотчас показалась усатая серая голова.

– Котецио! – ахнула я. – Как он там оказался?

Котецио, оглядевшись и обнаружив себя в шаткой кабине на огромной высоте, заорал дурным котячьим голосом и полез на Рикарда, явно сочтя меня недостаточно авторитетным защитником.

– Он, наверное, спрятался в сумке, когда я выходила!

– Рад за него! – рыкнул Рикард.

– Ой, гиря! – радостно объявил Дрю, заглянув в сумку. – Ребята, а зачем вы взяли с собой гирю?

– Это не я-а-а, – простонала, медленно сползая под лавку.

Дрю вдруг замерцал и испарился – переместился в дом.

– Вот коты мне спину еще не царапали, – ругался Рик на Котецио, который в буквальном смысле сел ему на шею и лапы свесил. С высоты Рикардовой шеи котику было еще лучше видно бескрайнее море внизу, так что для полноты картины он орал. Я пыталась снять «зайца» и не слишком громко смеяться. Мы даже в гости слетать по-человечески не можем.

Между делом в кабину вернулся Дрю и доложил:

– Они не знают, как гиря попала в сумку. А еще потеряли Котецио.

– Ну а мы нашли, – мрачно сообщил Рикард.

Он наконец оторвал кота от рубашки, завернул в куртку на манер младенца и сунул мне. Кот такой поступок расценил как предательство, не меньше, и обиженно зашипел.

– Смотри, усатая морда, – позвал его Рикард.

А затем не без труда достал из сумки гирю – я едва удержалась от того, чтобы зажмуриться, – как-то неудобно было смотреть на голову его величества. Только успела удивиться – зачем Рик ее достал, как он открыл окно и… выбросил гирю вниз.

– Рикард! Ты с ума сошел?! – воскликнула я. – А если она на кого-то упадет?

– Там море, – отрезал Рик.

– А если на рыбаков?

– Тогда это очень невезучие рыбаки.

Следующая его фраза предназначалась Котецио:

– Хочешь так же? Нет? Тогда сиди спокойно.

Сказано это было так проникновенно, что я и сама решила помолчать. Во избежание. И только Дрю не боялся Рикардова возмездия. Призрак, не стесняясь, ржал.

В прошлый раз семь часов полета пролетели довольно быстро. Я была погружена в собственные страхи и обиды, старалась не привлекать к себе внимания и не вляпаться в еще большие проблемы. Сейчас мы летели только вдвоем… Ладно, втроем или даже вчетвером. Но время отчего-то тянулось медленно.

Я пыталась читать, Котецио пригрелся и уснул, завернутый в куртку, Дрю приник к окну, жадно наблюдая за сменой пейзажей. Рикард спал, растянувшись на лавке в меру возможностей. Иногда я поглядывала на него украдкой, пытаясь осмыслить поворот, который сделали наши отношения.

Как-то уж слишком сильно нас мотало. Сначала я вообще не воспринимала его как потенциально близкого человека, потом, едва восприняла, возненавидела, потом как-то незаметно он стал частью «Королевы сыра» и новой жизни, а теперь я вообще вроде как за Рикардом бегаю! Нет, это уже ни в какие ворота. Почему-то я думала, что, едва сдамся, Рик своего не упустит. А он фыркнул и сделал вид, будто не очень и хотелось.

И что теперь делать мне? Оставить все как есть или попробовать переломить ситуацию в свою пользу? Понять бы еще, где для меня польза.

Книга оказалась скучная, котик – теплым, а полет дракона спокойным и убаюкивающим. Я не заметила, как уснула, привалившись лбом к окну. И проспала так не меньше двух часов, из-за чего шея затекла и обещала начать болеть.

– Сырочек, вставай, – сквозь сон услышала голос Рикарда. – Скоро приземляемся, надо одеваться.

Странно, мне было совсем не холодно. Открыв глаза, я обнаружила, что укрыта двумя пальто, а Котецио уже сидит в сумке и осторожно из нее выглядывает. Наспех, не с первого раза попадая пуговицами в петли, застегнула пальто. Шапки никакой не взяла, да и сапожки не сказать чтобы были теплыми. Оставалось только надеяться, что я не заболею.

Выглянула в окно. Как это часто бывало в начале зимы, Азор-град укутался морозным туманом. Белесая пелена скрывала очертания зданий, но все равно от знакомых видов защемило сердце. Я любила этот город и сама не понимала, как сильно скучаю. Нет, море и тепло были потрясающими. Но порой очень не хватало снега.

Наконец дракон мягко опустился на площадку, и я первая выскочила наружу. Рикард немного замешкался с сумкой, а когда вслед за мной оказался снаружи, то обнаружил меня валяющейся в сугробе.

Раздалась такая тирада, что уши покраснели.

– Дите неразумное! – и это было самое мягкое, чем наградил меня Рик, вытаскивая за шкирку из сугроба. – Если заболеешь и помрешь, домой можешь не возвращаться.

Я хихикнула – Котецио огромными глазами смотрел на снег и дара мяуканья лишился от такого вида. Это была его первая зима, а к холоду котик явно не готов. И в столице, и в Эрстен-граде намного теплее, чем здесь.

Поэтому до дома мы шли чуть ли не бегом, и по дороге Рикард ругал дурацкие законы, запрещающие транспорт в центре города. А я просто смотрела на знакомые заснеженные улочки и чувствовала беспричинное счастье. Как все же хорошо вновь увидеть знакомые места!

Центральная улица, ведущая к управлению. Я уткнулась в воротник, чтобы скрыть улыбку. А вот и дом, такой же, каким я его оставила, улетая весной. Как быстро пролетело время и как много всего в моей жизни изменилось!

Я взбежала по ступенькам и постучала в дверь.