Беспощадный, или Искатели смерти - Василий Головачев

Однако все его страхи оказались напрасными.

Анна Игнатьевна спокойно сидела в гостиной в своем уютном старом кресле и вязала.

– С вами все в порядке? – обрадовался он, сдерживая разогнавшееся сердце. – В магазин сбегать не надо?

– Да я уже сама сходила, – улыбнулась Анна Игнатьевна. – Тебе звонили из милиции, капитан Скы… Скир…

– Скрылев? – Андрей почувствовал, как напряглись мышцы живота. Интуиция его не подвела: что-то случилось. Но что? И с кем?

– Что он сказал?

– Просил позвонить, как только ты приедешь.

Андрей без лишних слов набрал номер мобильного телефона Скрылева. Кирилл Степанович был капитаном криминальной милиции, его сын занимался в спортивной секции в школе, где работал Данилин, и они были знакомы давно, уже несколько лет.

– Кирилл Степанович? Это Данилин. Вы мне звонили?

– Приезжайте на Советскую, срочно!

– Что случилось?

– Убиты ваши знакомые.

– Кто?!

– Лев Федоров и супруга.

Сердце оборвалось.

– Еду! – глухо проговорил Андрей, глядя перед собой невидящими глазами. Бросил трубку, зашагал к выходу.

– Что с тобой, Андрюша?! – всполошилась Анна Игнатьевна. – Случилось что?

– Леву убили… – выговорил Андрей замерзшими губами и стремительно вышел.

Возле дома Федорова стояли полицейский «уазик» с мигалкой и «Скорая помощь». У подъезда толпился народ. Тихо переговаривались мужчины, некоторые женщины плакали.

Андрей протиснулся сквозь толпу, по лестнице поднялся на третий этаж и на лестничной площадке, где беседовали какие-то люди в гражданской одежде и полицейские, был остановлен парнем в серой форме с погонами сержанта:

– Сюда нельзя.

– Там мой друг…

– Идет дознание, посторонним вход запрещен.

– Позовите капитана Скрылева.

Сержант хотел было привычно спровадить настырного гражданина, но встретил его взгляд, переменился в лице. Достал рацию:

– Товарищ капитан, вас тут спрашивают… Фамилия? – спросил он у Андрея.

– Данилин.

– Какой-то Данилин… понятно… – Сержант отступил в сторону. – Проходите.

Андрей вошел в приоткрытую дверь, наткнулся на работавших криминалистов, отметил беспорядок в прихожей: все вещи и одежда были разбросаны по полу, будто здесь шла нешуточная борьба. Из гостиной выглянул Скрылев в обычной гражданской одежде: распахнутый полушубок, свитер, шарф, форменные брюки. Увидев Данилина, мотнул головой:

– Они здесь.

Андрей вошел в гостиную и увидел сидящего на стуле Льва Людвиговича в окровавленной белой рубашке. Глаза инженера кто-то закрыл, поэтому казалось, он спит. Лицо его было спокойное, разгладившееся, только слегка удивленное и бледное.

– Пуля в сердце, – сказал Скрылев, наблюдая за Андреем. – Но умер он, судя по всему, не мгновенно. Очень сильный мужик был.

Андрей перевел взгляд на скорчившееся в кресле тело Елены. Было видно, что в нее стреляли с близкого расстояния, сзади, и пуля попала ей в затылок.

Эксперты, работавшие в квартире, мешали смотреть на погибших, Андрей шагнул было к ним, но капитан удержал его за локоть.

– Не подходите, затопчете следы. Пойдемте на кухню.

Они прошли на кухню Федоровых, где тоже работали молчаливые криминалисты.

– Их обнаружили случайно, соседка позвонила в дверь, хотела попросить отвертку, а дверь открылась. Но убили их давно, еще вчера вечером.

– За что? – глухо спросил Андрей.

– Похоже на ограбление, но истинные мотивы станут известны позже. Вы давно их знаете?

– Десять лет.

– Когда виделись с ними в последний раз?

– С Левой… Львом Людвиговичем – несколько дней назад, он звонил мне, и мы встретились. Лена была у родственников в Брянске, еще с лета…

– Федоров был инженером, кандидатом технических наук и даже лауреатом Государственной премии – мы тут нашли кое-какие документы. Над чем он работал?

– Над практическим применением УКС.

– Уголовного кодекса, что ли?

– УКС – это теория упругой квантованной среды. Лев строил летательный аппарат на основе антигравитации и проектировал реактор на базе эффектов УКС.

Скрылев, полный, лысоватый, с длинными рыжеватыми бачками, превращавшими его в шкипера, слабо улыбнулся.

– Фантастика…

– Я видел его модели в действии. Они летают. Это прорыв в науке и технике, можете быть уверены.

– Да я не возражаю. Его убийство может быть связано с его научной деятельностью?

– Не знаю.

– А коммерческой деятельностью Федоров не занимался?

– Насколько мне известно – нет.

Андрей вспомнил чье-то[10]изречение, которое любил повторять Лев Людвигович: «Либо вы часть проблемы, либо вы часть решения». Очевидно, жизнь Федорова в чем-то подчинялась этой формуле. Его убили за то, что он стал частью проблемы. Но чьей?

– Следы какие-нибудь нашли?

– Следов много, но отпечатков пальцев ни одного. Работали явно профессионалы. И на мой взгляд, это не просто ограбление.

– У них нечего было грабить, Лева вечно сидел без денег.

– Может быть, грабители приходили за его инженерными разработками?

– Возможно.

– Вы могли бы определить, что у него пропало? Патенты, изобретения, документы, чертежи какие-нибудь.

Андрей неопределенно дернул плечом.

– Не уверен.

– Сейчас следователь освободится, и мы посмотрим, что осталось у хозяина, а что пропало, не возражаете?

Данилин равнодушно кивнул.

Через несколько минут его пригласили в небольшой кабинет-спальню Федорова, где эксперты разбирали бумаги покойного. Однако помочь им Андрей ничем не смог. Лев Людвигович никогда не показывал ему свои чертежи и расчеты, за исключением последней встречи, поэтому судить о том, что именно пропало, а что нет, он не имел возможности.

Прощаясь с капитаном, Андрей спросил:

– Вы мне потом расскажете о результатах следствия?

– Вообще-то не имею права, – вздохнул Скрылев. – Но вам сообщу. Кстати, соседка вроде бы видела двоих мужчин и женщину, куривших на лестничной площадке в тот вечер. Женщина была молодая, высокая, скуластая, в зеленоватой дубленке. Еще соседка заметила, что у этой дамы были черные сережки в форме креста и длинные ногти с черным лаком.