Гибель Богов-2. Книга 1. Память пламени - Ник Перумов

— А если нет? Если он верует «не истинно» и сердце у него отнюдь не чисто?

— Тогда молись, волшебница Клара, тем богам, в кого ты веруешь, потому что, вернувшись, ты найдёшь тут одни развалины.

— Люди должны уйти из Поколя, — чародейка закусила губу.

— Нет, — вдруг возразила Иссор. — Если они уйдут, нас не удержит ничто.

— Как так? — Клара вытаращила глаза. Подобного ей слыхать не приходилось.

— Посмотри на те скелеты, волшебница Клара. Они боятся тебя. Забились в самый дальний угол погоста.

— Вижу. Но что ж из того?

— Мы помним, — печально прошелестело привидение. — Несмотря ни на что, мы помним. Даже они, — она кивнула в сторону ходячих костяков. — Даже те, что бросились на тебя и кого ты сразила.

— Что они помнят?

— Что живущие в Поколе — их внуки, правнуки и праправнуки. Это знание слабеет, оно может исчезнуть, но если люди уйдут из селения — орда вырвется на свободу, разбредётся, и тебе — или другим — придётся ловить их по одному. Сколько погибнет тогда ничего не подозревающих путников, людей по отдалённым хуторам — никто не скажет. Когда Поколь опустеет, рухнет то, что их сдерживает. Они почуют… великую пустоту. Поверь мне, чародейка. Иссор была дурочкой при жизни, но, оказавшись тут, на другой стороне, кое-чему научилась.

— Это страшный риск, — покачала головой Клара. — Оставлять столько людей рядом с разупокоенным кладбищем…

— Риск, да, — согласилось привидение. — Но сейчас все мертвяки как бы в клетке. Её вдобавок можно усилить — как я уже сказала, если истинно верующий в Спасителя священник наложит отпорный круг. Чары продержатся до твоего возвращения. Только пусть никто не подходит близко. И ни в коем случае не уходит из деревни. Спасителева магия держится на вере. Если не останется никого, кто верует… чары утратят силу.

— Да местные все разбегутся от ужаса, едва узнают, — мрачно бросила волшебница. — Я люблю наш Поколь и его жителей, но едва пойдёт слух…

— Охотящийся в ночи знал, что делает, чародейка Клара. Он хотел привязать тебя к этому месту, равно как и явить свою силу.

— Даром ему это не пройдёт, — посулила Клара. — Но, Иссор, скажи мне, что же сделать?

— Я уже сказала. Найди Охотящегося. Пусть это время погост будет окружён отпорным кругом. И пусть твой супруг вместе с детьми несёт стражу поблизости.

— Мой супруг? Мои дети? — удивилась Клара.

— Твой супруг. Твои дети. Ибо, кроме твоей магии да чар Спасителя, помочь сможет лишь драконий пламень, — в упор бросила Иссор. Сейчас она совсем не казалась призраком — с такой волей и силой сказаны были эти слова.

— Ты и про это знаешь, — вздохнула чародейка.

— Знаю. Но никому не скажу.

— Что ж, спасибо и на этом…

— Пусть драконы несут стражу. Если мы вырвемся с погоста, значит, все барьеры пали и нас надо истребить. Беспощадно.

— Я поняла, Иссор, — помолчав, сказала Клара. — Сколько у меня времени? Сколько продержатся отпорные чары?

— Время ещё есть. — Бесплотные рукава затрепетали, призрачные волосы взлетели, словно раздуваемые ветром мёртвых, неощутимым для живых. — Седмица, самое меньшее. А может, и десять дней, если священник окажется… настоящим. Но за неделю ты можешь не опасаться. Почти. Ворота кладбища надо запереть. Крепко-накрепко. Днём тут будет… относительно спокойно. А вот ночью…

— Неделя… это уже кое-что, — повеселела Клара. — Спасибо тебе, Иссор. Вновь и вновь. От всего села.

— Может, кто-нибудь хоть цветочков принесёт, — совсем по-девичьи вздохнуло привидение.

— Можешь не сомневаться, — пообещала Клара. — Моя семья придёт первой.

* * *

Клара возвращалась домой с утихомиренного кладбища медленно, словно разом лишившись сил. Ещё один враг. Ещё один бой. Да, вампира она обязана отыскать, на что способен голодный кровосос, да ещё с такими силами — представить себе нетрудно.

Но что с селением? С Поколем, что стал ей роднее полузабытой Долины? Довериться словам Иссор и оставить всё как есть?

Чародейка поёжилась. Если просочится хоть слово, паника неизбежна. Побегут не все, но многие, очень многие. И если придётся вступить в дело Сфайрату с Чаргосом и остальными, прощай, их инкогнито! Жители Поколя могли кланяться ей, мастерящей волшебные игрушки, но что случится, узнай они о драконах? И что предпримет достойнейший господин Гент Гойлз?

И так плохо, и эдак нехорошо.

Но их покой, их инкогнито, их мирная жизнь — ничто по сравнению с сотнями обывателей Поколя, мирно похрапывающих сейчас в собственных постелях. Может, и лучше, если они все уйдут отсюда, как можно скорее покинут эти места — чтобы дать неупокоенным открытый бой, ничего и никого не опасаясь, не трясясь ни за чью жизнь за твоей спиной?

Но этого мало. Мало просто заставить людей убраться куда подальше (а и то сказать, куда им особенно уходить?), мало даже покончить с этими мертвяками. И не только с этими — потому что завтра вампир разбудит ещё один погост, а потом ещё и ещё. И туда Клара Хюммель-Стайн уже не успеет.

Остаётся только одно, зато вернейшее средство упокоить кладбища — убить этого проклятого вампира, иного ничего не придумаешь.

Так что же, рискнуть? Броситься по следам «охотящегося в ночи», понадеявшись на заверения Иссор, на крепость отпорных чар да на Сфайрата с детьми, пока она не выловит проклятого кровососа?

Неделя. Неделя, обещанная Иссор. За неделю она, Клара, перевернёт вверх ногами все окрестности.

На заре она растолкает патера Фруммино, местного священника. Пусть работает. Вражды с толстым патером у Клары никакой не было, но и доверительности — тоже. Однако своих прихожан Фруммино в беде бы не оставил, надо отдать ему должное.

Неужто придётся всерьёз браться за некромантию?

От одной мысли об этом пробирала дрожь. Хотя, казалось бы, чего пугаться? Обычная магия, только работающая с не совсем обычным объектом…

Осторожно, Клархен, сказала она себе. С этого начинается путь… куда?

Во Тьму, высокопарно ответил бы мессир Архимаг. К великому Злу, с большой буквы. Некромантия изобретена людьми, добавил бы славный мэтр, изобретена теми, кто не в силах справиться с ужасом от осознания собственной смертности. Уже потом некроманты сообразили, что всякие там мертвяки и скелеты могут пригодиться и не только как предмет исследования. Начались всевозможные «армии Тьмы» или там «живых мертвецов», нашествия, завоевания, местные «царства ужаса» и тому подобные забавы. Кончалось всё это скверно, кое-кого из подобных чародеев, возомнивших о себе слишком многое, Кларе довелось прикончить собственноручно.

Но желающих покомандовать «легионами скелетов» не убывало. Счастье ещё, подумала волшебница, что Межреальность для них, как правило, закрыта.