Арейла. Месть некроманта - Елена Картур

Возможно, он мне когда-нибудь расскажет об этом.

Тем временем продолжалась подготовка к празднику. Как оказалось, эльфийки по такому случаю всегда шьют особые национальные костюмы. Я, конечно, совсем не эльфийка, но мне было предложено то же самое. Посмотрев на образец такого костюма, я с удовольствием согласилась. В подобном и на бал к императору было бы не стыдно, платье состояло почти полностью из живых цветов, они особым образом крепились на шелковые шнуры и не вяли в течение нескольких дней, цельные куски ткани на таком платье были только в двух местах — в качестве крошечного топика и суперкороткой юбочки. Вообще мы неожиданно подружились с портным. Этот эльф был не ремесленником, а настоящим художником, причем, что уж совсем странно, адекватным художником. Видимо, на Арейле еще не дошли до такого, когда именитые кутюрье выставляют на подиум нечто настолько авангардное, что воспринимать это как одежду невозможно в принципе. Правда, относиться как к произведению искусства тоже получается… не всегда. Нет, Лессаль пусть и старался творить красоту, но она не была оторвана от реальности и потребностей клиента. Вероятно потому, что в ином случае он легко мог бы остаться без работы.

Ко всему прочему, Лессаль активно интересовался историей моды, причем не только эльфийской, но и других народов. А я для него стала источником сведений об Империи. Не то чтобы я, конечно, многое могла рассказать по этому вопросу, но что-то все-таки знала. И даже кое-как смогла нарисовать то, о чем рассказываю, хотя, честно признаться, художник из меня… ну, на уровне школьных уроков рисования. Но эльфийскому кутюрье хватило с лихвой. Он-то как раз рисовал отлично и идею подхватывал, с ходу сразу ее развивая.

Мне стало интересно, почему Лессаль не пытался расспросить жену Таналя, все-таки она прожила среди эльфов несколько месяцев, и ей наверняка шили одежду по местной моде. Было время пообщаться. Осторожно поинтересовалась. Осторожно, потому что у меня закрались нехорошие подозрения, что бедняжку держали взаперти и не давали общаться с внешним миром. С Таналя бы сталось, но углубляться в эти проблемы мне не хотелось абсолютно.

Оказалось, ничего подобного, девушка сама не желала общаться, то ли никак не могла привыкнуть к чуждому окружению, то ли была слишком высокомерна, чтобы болтать по душам с портным. У некоторых аристократок такое бывает. Впрочем, не важно уже, если подумать.

Мне стало немного стыдно. Я уже тоже начинаю думать плохо о Танале, переняв мнение о нем окружающих. Этак еще немного — и верить ему перестану.

За день до праздника со мной наконец связался Раш, и разговор у нас вышел нелегким, хоть и коротким.

Я понимала, что муж, скорее всего, на взводе, к тому же еще и наговорили ему наверняка всякого, так что на грозный рык вместо приветствия я не обиделась:

— Диана, что это за глупая выходка с побегом?!

— Никаких побегов, — отвечаю спокойно. — Я просто отправилась в гости. В конце концов, я устала от постоянной работы и учебы, имею право позволить себе небольшой отдых. Или ты решил, что можешь уехать на войну, а я буду, как примерная жена, сидеть дома и вздыхать у окошка? Ошибаешься, дорогой! Я женщина свободная, и даже ты, уж не говоря о твоих родителях, мне не указ. Захочу — в гости отправлюсь, захочу — и вовсе в Империю вернусь.

— А предупредить ты не могла? — слегка сбавил обороты пришибленный моей отповедью муж.

— Вот когда хоть кто-нибудь начнет считаться с моим мнением, так сразу и начну предупреждать. К тому же, знаешь ли, я была не уверена, что меня не попытаются задержать и не причинят вреда.

— Диана, что за чушь, никто тебе вред причинять не собирался! — Раш опять начал сердиться, это сразу можно было определить по пробивающемуся рычанию, но и я уступать не собиралась.

— Если твой отец давит на меня своей силой и мне от этого плохо, я прихожу к выводу, что вред мне уже причинили.

— Ладно, я с этим разберусь. Где ты?

— У Таналя, — сообщаю хладнокровно.

— Да что ж тебя тянет к этому проклятому эльфу! Немедленно возвращайся домой, — вот тут уж Раш точно сорвался, мне показалось, что от его яростного рыка мебель подпрыгнула. А мне стало обидно.

— Может, меня к нему тянет, потому что Таналь единственный в этом мире, кто не пытается давить на меня, поставить в безвыходное положение и заставить делать то, что я не хочу? Вернусь, когда посчитаю нужным. И не смей разговаривать со мной в таком тоне. — Сама не знаю, как мне удалось выдать всю эту тираду ровно и холодно, когда очень хотелось сорваться на безобразные вопли. Не дождется!

Прервав связь, я несколько раз прошлась по комнате, успокаиваясь. Да ну к черту! До конца праздника отвечать на вызовы не буду, вот просто из принципа. Было противно до слез и немного страшно. Так мы еще не ссорились. А если не получится помириться? А если наши отношения уже никогда не будут прежними? Но все равно нельзя было сдаваться, потому что уступи я сейчас, и тогда меня точно до конца жизни запрут в четырех стенах.

Очень хотелось с кем-нибудь поговорить, а точнее — поплакаться в жилетку. Но с кем? Глория далеко, да и хотела бы я обсуждать такие вещи через амулеты, что-то у меня к ним некоторое недоверие. Можно, конечно, и Таналя от его важных дел оторвать, я почему-то уверена, что он выслушает и даже посочувствует. Однако… он все-таки мужчина, наверняка посчитает, что я раздуваю из мухи слона, хотя, может, вслух этого и не скажет. Вздохнув, отогнала эти мысли, сама справлюсь. Всегда же справлялась. Мы с Рашем оба остынем и поговорим снова, и все будет хорошо. Ну просто обязано все наладиться, семейные ссоры — это же обычное дело. И не важно, что до сих пор их у нас не было.

Настроение, впрочем, несмотря на самоуспокоительные мысли, было не радужным, и Таналь это заметил.

— Ничего неожиданного, — коротко сообщила в ответ на его вопрос. — С Рашем поссорилась.

К тому моменту я уже успела слегка успокоиться и переборола неуместное желание поделиться своими проблемами с первым, кто проявит участие.

— Все будет хорошо, — уверенно пообещал Таналь. — Скоро помиритесь. Орки — народ горячий, но отходчивый. Остынет, первый извиняться будет.

Как ни странно, я опять поверила.

Но, видимо, мрачное настроение до конца так и не улетучилось, потому что меня впервые за эти дни заинтересовал вопрос, которым до сих пор я предпочитала не задаваться. А именно, как у эльфов обстоят дела с той самой загадочной болезнью? Ведь если жена Таналя от нее умерла (предположим, это правда), то и другие болеют?

Таналь подтвердил, что да, может быть, эльфы пока и болеют чуть меньше других из-за своей магической силы, но тем не менее погибшие уже есть. Однако праздник из-за этого никто отменять не собирается. Скорее уж наоборот — в этот раз его будут отмечать с особым размахом, потому что День осенних цветов имеет для эльфов еще и обрядовое значение, привлекая здоровье и удачу на весь следующий год.

И вот наконец наступил праздник.