Вор Времени - Терри Пратчетт

Размытые фигуры бойцов стали парой нерешительных монахов, когда заметили Лю-Цзы.

Он поклонился им.

— Я прошу предоставить мне этот зал на короткий срок, пока мой ученик будет учить меня тому, как глупы старики, — сказал он.

— Я, правда, не хотел, — начал Лобзанг, но Лю-Цзы ткнул его локтем под ребра. Монахи нервно глянули на старика.

— Он ваш, Лю-Цзы, — сказал один из них. И они поспешили выйти, едва не запинаясь о свои собственные ноги, и то и дело оглядываясь.

— Время и его контроль — вот что мы должны познать, — сказал Лю-Цзы, глядя им вслед. — Боевые искусства лишь подспорье. Вот и все. По крайней мере, так задумывалось. Даже во внешнем мире хорошо тренированный человек может осознать в драке, как гибко время. Здесь мы можем это делать. Сжимать время. Растягивать его. Задерживать мгновение. Выбивание почек через ноздри всего лишь глупый побочный продукт.

Лю-Цзы взял со стойки обоюдоострый пищуховый меч и передал ошарашенному мальчику.

— Видел такое раньше? Они вообще-то не для новичков, но ты подаешь надежды.

— Да, Дворник, но…

— Знаешь, как им пользоваться?

— У меня неплохо получалось на тренировке, но они же сделаны из…

— Тогда бери и нападай.

Над их головами послышался шорох. Лобзанг посмотрел наверх и увидел, как в смотровую галерею над залом стекаются монахи. Среди них было несколько весьма высокопоставленных. В маленьком мире новости распространяются быстро.

— Правило Второе, — сказал Лю-Цзы. — Никогда не отказывайся от оружия.

Он сделал несколько шагов назад.

— Начнешь когда захочешь, мальчик.

Лобзанг неуверенно взмахнул изогнутым мечем.

— Ну? — сказал Лю-Цзы.

— Я не могу просто…

— Это доджо Десятого Дзиня? — спросил Лю-Цзы. — Почему, прости меня, мне так кажется? Это значит никаких правил, так? Ни в оружии, ни в стратегии… все разрешено. Ты понимаешь? Или ты попросту глуп?

— Но я не могу убить кого-то, просто потому что меня об этом просят!

— Почему нет? Что случилось с мистером Хвастуном?

— Но…

— Ты держишь орудие убийства! И безропотно отступаешь перед невооруженным человеком! Ты боишься?

— Да! Я боюсь!

— Молодец. Это Третье Правило, — тихо сказал Лю-Цзы. — Видишь, сколько ты уже знаешь? Я стер улыбку с твоего лица, правда? Хорошо, положи меч и возьми… Да, возьми дакку. Ею ты можешь только раскрошить мои старые кости.

— Я бы предпочел, чтобы бы вы надели защитные подушки…

— Ты так хорошо обращаешься с этой палкой, да?

— Я очень быстрый…

— Если ты не начнешь драться прямо сейчас, я вырву ее из твоих рук и сломаю о твою голову, — сказал Лю-Цзы, отступая. — Готов? Единственная защита — хорошее нападение, как мне говорили.

Лобзанг склонил палку в неохотном приветствии.

Лю-Цзы сложил руки на груди, и как только Лобзанг прыгнул к нему, закрыл глаза и улыбнулся себе.

Лобзанг вновь поднял палку.

И остановился в нерешительности.

Лю-Цзы улыбался.

Правило Второе, Правило Третье… Каким было Правило Первое?

Всегда помни Правило Первое…

— Лю-Цзы!

Главный Помощник аббата, задыхаясь, вбежал в зал и требовательно замахал руками.

Лю-Цзы открыл один глаз, затем другой и подмигнул Лобзангу.

— Счастливо отделался, а? — сказал он. И повернулся к помощнику. — Что вы хотели, взволнованный сэр.

— Вы должны явиться немедленно! И все монахи, тренированные для работы на Диске! В зал Мандалы! Быстро!

В галерее послышались звуки потасовки и несколько монахов протолкались через толпу.

— А, волнение, — Лю-Цзы забрал палку у Лобзанга, который и не думал сопротивляться, и поставил ее обратно на стойку. Зал быстро опустел. По всему Ой Донгу тревожно гремели гонги.

— Что происходит? — спросил Лобзанг, когда мимо пробежал последний монах.

— Я полагаю, нам скоро скажут, — сказал Лю-Цзы, сворачивая себе сигарету.

— Может нам лучше поторопиться? Все бегут! — Звук топота сандалий затих вдали.

— Ничего не горит, как мне кажется, — спокойно ответил Лю-Цзы. — Более того, если мы подождем немного, мы появимся там как раз к тому времени, когда все перестанут кричать и, возможно, разберутся, в чем дело. Пойдем Тропинкой Часов. Вид особенно хорош в это время дня.

— Но… но…

— Как было сказано: «Тебе следует научиться ходить, прежде чем ты сможешь бежать», — сказал Лю-Цзы, закидывая метлу на плечо.

— Опять миссис Космополит?

— Удивительная женщина. Подметала, кстати, тоже чертовски хорошо.

Тропинка часов вела от главного корпуса вверх, через террасированные сады, а затем вливалась в более широкую дорогу, ныряя в туннель под холмом. Новички всегда спрашивали, почему ее звали Тропинкой Часов, в то время как нигде не было ни намека на них.

Загудело еще несколько гонгов, но здесь их заглушала зелень ветвей. Лобзанг услышал, как кто-то бежит по главной дороге. А тут чирикающие птицы, совершенно чуждые любому беспокойству, перепархивали от цветка к цветку.

— Интересно, сколько сейчас времени, — сказал шагающий впереди Лю-Цзы.

Все проверка. Лобзанг оглядел лужайки.

— Четверть десятого, — сказал он.

— О, и как ты узнал?

— Ноготки на лужайке распустились, красная песчанка раскрывается, фиолетовый вьюнок закрыт, а козлобородник только закрывается, — ответил Лобзанг.

— Ты сам разобрался в Цветочных Часах?

— Да. Это же просто.

— Правда? В какое время открываются белые кувшинки?

— В шесть утра.

— Ты ходил посмотреть?

— Да. Вы высаживали их, так?

— Один из моих маленьких… экспериментов.

— Они прекрасны.

— Правда для точности они не подходят. Не так много ночецветников, которые хорошо растут здесь. А некоторые стоят открытыми по целым месяцам, сам понимаешь…

— Времени нравиться так измеряться, — сказал Лобзанг.

— Правда? Конечно, я не специалист, — ответил Лю-Цзы. Он затушил кончик сигареты и засунул ее за ухо. — О, ну пошли. Все уже, наверное, перестали спорить и перебивать друг друга. Ты сможешь еще раз пройти через Зал Мандалы?

— О, со мной все будет нормально… Я просто забыл о ней, вот и все.

— Правда? Ты и не видел ее раньше. Но время играет с нами всеми забавные шутки. Вот я однажды…