Ахашверош, или Приключения Вечного Жида - Александр Холин

– У меня недалеко отсюда есть дом, в котором вам троим, удобнее всего будет пожить некоторое время, – Меделак на секунду обернулся к приятелям. – Можно было бы и в моей городской квартире, но там вы мне будете просто мешать. Единственная к вам просьба: не вступать в разговоры с соседями, не открывать случайным посетителям и не отвечать на звонки по мобильным телефонам, ибо в наше время местонахождение мобильного телефона можно легко вычислить. Связываться с вами я буду по городскому телефону. В общем, отдыхайте пока. Пообщаемся, когда у меня выпадет свободное время.

Автомобиль свернул влево, оставляя позади аэропорт. Дорога пролегала как раз посередине меж горой Кармель и Хайфой, но выходила по всей вероятности прямо к морю чуть южнее города. Однако до моря автомобиль не доехал и свернул ещё раз на малопроезжую дорогу, ведущую к коттеджному посёлку, ограждённому высоким глухим забором. Само двухэтажное здание с прилегающим к нему садом, открытым бассейном и полем для гольфа показалось беглецам раем, в котором прятаться от государственных ищеек одно удовольствие.

Профессор Меделак при отъезде больше ничего вразумительного беглецам не сказал, да и что говорить, когда всё происходящее надо было сначала взвесить и оценить. Единственно в чём признались беглецы – это несколько документов, вероятно написанных самим Иисусом Христом, которые Шимон успел припрятать в банке «Америкен Корпорэйшн». Ключ от банковской ячейки и код замка Шимон назвал профессору без малейших колебаний. Он почему-то доверял родственнику, как самому себе. Илона и Ярослав не возражали. Только девушка недоверчиво покачала головой, дескать, ничего из этого не выйдет. Любого, кто попытается забрать документы из банка, тут же арестуют и навесят столько нераскрытых однотипных дел, что любой суд, а тем более Израильский, засудит безвинно на всю оставшуюся жизнь.

И через две недели безвыездного проживания в доме профессора Илона опять вернулась к интересующей всех теме. А скорее всего на девушку повлияло вынужденное бездействие, когда одним реальным занятием для всех был только телевизор, музыкальный центр и бассейн. Ярославу с Шимоном бездействие тоже не нравилось. Шимон даже несколько раз пытался дозвониться до родственника по городскому телефону, но безрезультатно.

Правда, у Илоны где-то среди багажа имелись ещё не совсем исследованные документы, так сказать «дневники», написанные Иисусом Христом, но девушка старалась не вытаскивать пергаменты в неизвестной обстановке. Ярослав вполне понимал свою начальницу, так как сам не любил выполнять какую-либо работу в подвешенном состоянии. А на Илону неизвестное будущее оказывало довольно-таки отрицательное давление.

– Вам не кажется, что профессор Меделак отправился в банк за капсулой с документами, которую припрятал Шимон, и его давно уже арестовали? – обратилась она к друзьям как-то за завтраком.

– Илона, ты из-за этих бумаг начинаешь меня просто ненавидеть! – взвился Шимон. – А украли мы эти бумаги с Ярославом вместе! Так что нечего на мою больную голову всё сваливать, лишь бы найти козла отпущения!

– Успокойся, Шимон, тебя никто не обвиняет, – прихлёбывая кофе, спокойно произнёс Ярослав. – Просто Илона волнуется за твоего родственника. Ведь, правда?

– Правда, – кивнула девушка. – И ещё, не вечно же нам здесь сидеть?! Я тоже по работе соскучилась, но делать что-либо здесь не хочу. Вся работа пойдёт коту под хвост.

Илона до этого помешивала свой кофе миниатюрной серебряной ложечкой, но в сердцах бросила её на блюдечко, тут же откликнувшееся недовольным дребезгом. Вслед за этим пожаловала напряжённая тишина, которой, к счастью, недолго позволил царствовать в столовой не слишком громкий, но слышимый звук автомобильного мотора. Беглецы, не сговариваясь, повернулись к окнам и увидели, что ворота автоматически открылись, впустив во двор ожидаемый «Лексус» Меделака. В следующее мгновенье у Илоны вырвался вздох облегчения, будто приезд профессора мигом решал накопившиеся проблемы. Во всяком случае, Вера с Надеждой затрубили во все имеющиеся у них трубы и лица беглецов просветлели.

Троица высыпала на крыльцо встречать вернувшегося хозяина, а тот деловито вынимал из багажника автомобиля множество коробок, свёртков и банок различного калибра. Подоспевшие Шимон и Ярослав принялись помогать Меделаку, перетаскивая припасы в кладовую возле кухни.

Надо сказать, что профессор и на этот раз явился к беглецам в «протоколе», то есть в чистейшей белой сорочке с приспущенным красным галстуком и чёрных брюках в полоску. Такой же полосатый пиджак висел в машине. Видимо, одежда для хозяина дома была уже давно отработанным, запротоколированным и утверждённым каноном, да и звание к этому обязывало.

– Ну, как вы тут без меня? – улыбнулся Меделак Илоне, спускающейся к нему с крыльца. – Извините, что не предупредил по телефону, только в нашем положении лучше меньше высвечиваться. Не соскучились? Настроение бодрое?

– Как вам сказать…, – девушка ответила такой же очаровательной улыбкой. – Мы, конечно, не очень-то беспокоились, потому что у вас всё должно получиться без сучка и задоринки. Иначе вы никогда не стали бы профессором.

– Надо же, куда загнула, – покачал Меделак головой. – Хочешь, не хочешь, а с проигрышем не приходи. А знаете ли вы, как прощались с жёнами македонцы, уходя на войну?

– Что-то не припомню.

– Не удивительно. Это было во времена Александра Великого. Воин говорил женщине: «Со щитом или на щите!», то есть либо с победой, либо мёртвым он вернётся домой. Третьего не дано.

– Ну а вы?.. – ноздри Илоны хищно затрепетали от участившегося дыхания.

– Но ведь я же вернулся! – профессор картинно ударил себя кулаком в грудь, будто на том месте должен был висеть щит и воин, ударяя мечом, возвещал о своей победе.

– Значит со щитом? – уточнила Илона.

– Ещё как! – браво подтвердил Меделак, и очередной раз ударил себя кулаком в грудь. – Победа у меня грандиозная! То есть у нас.

Он снова отправился к машине, вытащил из кабины довольно вместительный портфель и вернулся в дом. Потом при всеобщем молчании он принялся медленно раскрывать кожаный сейф и вытаскивать из него какие-то пакеты. Три из них он сразу бросил на стол перед беглецами, внимательно следящими за его манипуляциями.

– Это для вас, – пояснил Меделак и в подтверждение своих слов показал пальцем на пакеты.

Шимон осторожно взял один из них, открыл и вынул оттуда израильский международный паспорт, чековую книжку, билет на самолёт и несколько проспектов гостиниц городов Ирака, Индии и Пакистана. В других пакетах было то же самое, только паспорта предназначались каждому из присутствующих беглецов, но под вымышленными фамилиями.

– Кто я теперь? – сразу поинтересовалась Илона.

– Сара Вульф, – хмыкнул Шимон. – А ты, – передал он паспорт Ярославу, – ты теперь Мойша Бондер. Так что поздравляю с новообращением из москаля в исторического предка. Кстати сказать, один из твоих родственников с укороченной фамилией Бонд до сих пор скрывается в павильонах Голливуда.