Роа и тигр - Рина Лесникова

В комнате он уложил несопротивляющуюся ношу на кровать, укрыл одеялом, а сам стал расхаживать из угла в угол.

– Сегодня мы уже никуда не сможем поехать, у тебя большой упадок сил. Есть возможность их восстановить, но я даже боюсь её озвучивать.

Лина приоткрыла потяжелевшие веки и вопросительно глянула на говорившего.

– Понимаешь, пока ты не нашла заговор, мы являемся связанной парой. Это значит, что можем делиться энергией. Ну, ты должна понимать, как. Исключительно в лечебных целях! Жаль, – заключил он после того, как девушка опять прикрыла глаза и отвернулась к стене.

От упадка сил Лина впала в тяжёлое полузабытье. Она ещё чувствовала, как Норт набросил на неё все имеющиеся в комнате одеяла и пледы, вроде бы даже потребовал у хозяина ещё, но всё равно никак не могла согреться. В какой именно момент её накрыло теплом, девушка не поняла, но именно это позволило уйти в спокойный сон без всяческих сновидений.

Проснулась Лина от того, что ей было необычайно уютно и жарко. Очень жарко. И самочувствие резко улучшилось. За окном и в комнате было уже темно, поэтому не сразу удалось понять, что же такое пушистое щекочет лицо, а особенно ноздри. Неужели Норт накрыл её шкурой? Тихонько потрогала. Мягкое. Тёплое, можно даже сказать, горячее. Именно от этой приятной меховушки идёт живительное тепло. Совсем рядом смешно фыркнули. Пришлось осторожно обследовать то, что поначалу она приняла за шкуру животного. Кажется, эта шкура была на хозяине. И хозяин не имеет ничего против, если его немного обследуют. Какой же мех мягкий! Густой-прегустой. Пушистый-препушистый. Это, очевидно, пузико. Дальше к спине шерстинки становились грубее. Но всё равно такие… такие. Так хотелось почувствовать их всем телом. Прижаться и потереться. Когда ещё вот так запросто удастся приласкать огромную кошку. Добравшись пальчиками до шеи, девушка стала почёсывать её так, как всегда делала с домашней кошкой Фимкой, когда та будила хозяйку утрами, именно от неё требуя своей порции ласки. Огромная башка с наслаждением откинулась назад, давая возможность нежным пальчикам делать своё дело. Кажется, около уха даже раздалось довольное мурчание. Ну точно, Фимка! Только очень большая. Вернее сказать, большой. Большой полосатый и наглый тигрище.

– И кто ты сейчас – животное или человек? – всё же поинтересовалась Лина.

Тигр лизнул её в щёку своим шероховатым языком.

– Фу, плохой котик, – девушка слегка щёлкнула шалуна по носу.

Животинка смешно фыркнула и осторожно, чтобы не задеть свою ненаглядную пару когтями, прикрыла пострадавшую часть тела передней лапой, затем как-то смазалась, и вот уже на кровати сидит Норт, прижимающий к носу правую руку. К счастью, он был в одежде.

– Нос моё слабое место, – обиженно заявил он.

– Можешь же превращаться в одежде! – сразу же пошла в контрнаступление Лина.

– Могу, – подтвердил оборотень, откидываясь на подушки.

– Почему же ты вчера не сделал этого? – девушка не заметила, как перешла на ты. После того, как грелась о такую замечательную грелку и в благодарность чесала его шею, как-то неправильно будет называть его на вы.

– Видишь ли, дорогая, – начал Норт, устраиваясь удобнее в постели и одновременно придвигаясь ближе к ней. Лине пришлось отодвинуться. Понял и вернулся на прежнюю позицию. – Так у нас устроено, если оборот происходит под контролем человека, то при обратном превращении одежда остаётся. А если превращением командует зверь, то ему-то одежда без надобности, вот она и разлетается в клочья.

– Хороший у тебя зверь, – промолвила Лина, но потом поняла, как это прозвучало в контексте, и спешно добавила: – Я не про одежду, я только про то, что хороший! Я бы себе хотела такого.

– Оставляй! – воодушевился оборотень. – Вернее, даже не так. Зверь и так твой. Ты только не гони его.

– Потерпите, я верю, что найдётся возможность вам помочь. Вот доберёмся до ваших школ и их библиотек, и я сразу же возьмусь за книги. Вот увидите, всё будет хорошо!

– Я тоже верю, что у нас всё будет хорошо, – ответил Норт, затем поднялся и вышел из комнаты.

Неужели обиделся? Но Лина действительно хочет ему помочь. Мужчина отсутствовал недолго. Вскоре дверь открылась, и в комнату, мило улыбаясь, зашла подавальщица, та самая, что ещё утром строила ему глазки. Перед собой она катила тележку, на которой стояли закуски, несколько зажжённых восковых свечей и пара кувшинов с напитками. Заметив, что постель пригласившего её столь поздно одинокого привлекательного мужчины уже занята, девица с удивлением глянула на хозяина комнаты. Мол, неужели он предпочитает игры втроём? Но Норт сухо поблагодарил работницу подноса и постели и мягко, но решительно выставил её за дверь. «И зачем я отращивала волосы? – подумала Лина. – Больше, чем есть, позора уже быть не может».

– Давай поужинаем, а то мы пропустили обед, – мужчина оглядел принесённую еду и в предвкушении потёр руки.

– Мне не хочется, – Лина отвернулась.

– Родная, ну что опять случилось? Только не молчи, иначе я не смогу тебе помочь, – Норт сел на краешек постели и мягко прикоснулся к её волосам. Той самой рукой, с рисунком роа.

– Скажи, ну вот зачем ты перед каждым выставляешь меня своей постельной грелкой?!

– Грелкой? – не сразу понял оборотень. – Я не грелся об тебя! Я же сам… Стоп. Ты считаешь, что я излишне афиширую наши отношения?

– Какие отношения? Их нет! Ни отношений нет, ни нас нет! Есть два человека, которые помогли друг другу в сложной ситуации, Норт! Да, я не скрываю, что использовала тебя, чтобы получить родовую силу ведьмы. Но и ты получил не меньше. Много у вас в Ошеконе тигров? Нет? Вот и не старайся получить больше, чем получил. Наши пути случайно пересеклись и побежали дальше. Каждый в свою сторону! Завтра же отправляемся в путь. Ищем формулу отворота и продолжаем жить каждый своей жизнью. Я даже пожелаю тебе удачи!

– Ты не можешь мне простить твоего первого раза?

Что можно было ответить на этот вопрос? Тем более, если это была правда. Лина помнила каждое его слово, каждое движение. Помнила ту боль, что он причинил. Да, пусть он видел перед собой Маритку, но душа болела именно у неё, Лины. И обида терзала именно её.

– Не простила, – Норт вздохнул. – Ну что ж, изменить того, что случилось, я не в силах. Просто знай, что я и мой зверь готовы вечно просить у тебя прощения. А сейчас ужинай и ложись отдыхать, рано утром отправляемся в путь, – с этими словами он вышел за дверь.

Не иначе, как к той разбитной девахе и ушёл. Ну и пусть идёт! Сколько их было до неё, сколько ещё будет. Лина оглядела тарелки с едой и обнаружила, что в основном там было мясо. Да ей столько мяса не съесть за месяц! Кажется, она оставила без ужина своего тигрика. Жаль было именно его. Такого пушистого, такого милого, такого беленького и полосатенького, такого… её. Нет, нельзя привыкать к зверю, у него своя дорога, пусть ей и следует. Но покормить беднягу нужно. Девушка соскочила на пол, подбежала к двери и выглянула наружу. Пара слабеньких светильников давала достаточно света, чтобы понять, что коридор пуст. Ушёл. Ну и ладно. Кухонная работница не даст пропасть с голоду.