Факультет общих преображений - Ника Ёрш

Интересно даже, кого именно Дэфур Финрей считает моими друзьями? Отходить от окошка я не стала, высунув морду подальше, замерла в ожидании.

Первым вошел зевающий Торн. Хорошо, этого парня другом назвать можно. Вторым появился Юхо. Он тоже друг, и это бесспорно. А вот третья посетительница меня не обрадовала. Обнажив острые клыки, я зарычала, глядя на бледную эльфийку. Но девушка не убежала с криками о помощи, а невозмутимо шла дальше. Вот нахалка!

– Я не уйду. – Лени остановилась прямо напротив моей двери и сложила руки на груди, принимая решительный, непоколебимый вид. – Гони – не гони, а я останусь и буду здесь, пока ты снова не станешь человеком. Вот так. Ой, рычи сколько хочешь!

– А вы точно подруги? – профессор Финрей навис над эльфийкой и внимательно на нее посмотрел. – Вы сказали, что Бриана вас чуть ли не сестрой считает…

– Так и есть! – Лени уверенно глянула в большие глаза заместителя проректора и снова уставилась на меня. – Просто она сейчас злится на меня за то… В общем, это только между нами. И все!

Только я собралась всем своим видом продемонстрировать «сестре», где ее место, как вперед вышел Юхо и, привстав на цыпочки, погладил меня по носу.

– Лирая волчица, – с придыханием произнес гном. – Ну надо же, красавица настоящая.

Я довольно оскалилась, а друг невольно отшатнулся, извиняясь:

– Я не очень хорошо в темноте вижу, приходится магичить, в отличие от эльфийки и Торна, но твоя улыбка меня чуть не убила! Давай-ка, прикрой рот. Уф, так гораздо спокойнее. А теперь расслабься, подумай о хорошем и перекидывайся в чело-века.

Хм, «подумай о хорошем» – это, похоже, самая любимая фраза всех здешних мужчин. Я прикрыла глаза и… тут же вспомнила, насколько голодна. – Гр-р-р, как же есть охота! Почему меня не кормят?

– Отойди! – послышался голос Торна. – Ты все делаешь не так. Бриана, глянь на меня. Не отводи взгляд, потом перекусишь эльфийкой. Так вот, смотри на меня. Ага, теперь вспомни, какая ты прелестная девушка… была. Шикарная блондинка с голубыми глазами и большой… большим… эм-м… с оформленной фигурой! Ой, да не рычи так! Ухожу, ухожу…

– Дайте я! – Передо мной снова встала Лени и внимательно осмотрела мою злую морду. – Знаете, ребята, мне почему-то кажется, что наша Бри блондинкой уже не будет… Да и глаза не столько голубые, как раньше, сколько бирюзовые… Потрясающе, тебя родные точно не узнают. Если, конечно, ты человеческий облик вообще вернешь…

Ну все! Клацнув челюстями, я опустилась на пол. Надоели! Тоже мне, успокоили и подарили надежду! Гр-р-р… Даже погрызть нечего.

– Ну Бриана, прости нас, вернись! – Лицо Торна появилось в окошке для передачи еды. – О, а у тебя здесь мило, даже кушетка есть. Пустишь переночевать?

– Немедленно отойди от двери! – Профессор Финрей явно был вне себя. – Я думал, вы ее успокоите, а не цирк будете устраивать. Если бы знал, сколько от вас толку, не звал бы вовсе. Вон отсюда, по кроватям.

– Я остаюсь! – послышался звонкий голосок эльфийки. – Не нужно рукоприкладства! Вы хоть представляете, насколько нежная у меня кожа?! Напишу докладную… Обвиню в домогательствах!

– Что?!

– Что слышали! Или я остаюсь с ней, или иду будить проректора и писать жалобу на вас… Вот, уже и синяки проявляться начали!

– Я тебя пальцем не трогал!

– Теперь представьте, что будет, если потрогаете!

– Да ты!.. Оставайся на здоровье, можешь еще и в комнату к ней зайти, она как раз голодная, как зверюга. Сожрет тебя и навсегда волчицей останется. А вы чего уставились?! Вон, я сказал, пошли отсюда!

Ну, Лени, ну дает! У меня – талант людей до бешенства доводить, а она вообще рождена для этого! Послышались торопливые шаги и невнятное бормотание гнома – что-то о дисциплине и субординации. Лязгнула железная дверь.

Какое-то время было тихо, и я решила, что Лени ушла. Но тут кто-то поскребся в дверь, и в окошке появился точеный эльфийский носик.

– Бри, можно я к тебе войду? Ты ведь не станешь меня есть? У тебя там кровать, как я слышала. А здесь холодно и только одна табуретка…

Я подумала немного, высунулась ей навстречу и кивнула лохматой головой. Одной оставаться не хотелось.

Эльфийка счастливо улыбнулась, отодвинула засов с той стороны. Когда Лени вошла внутрь моего темного жилища и наши взгляды встретились, я невольно рыкнула.

Сейчас она здесь, не бросила меня одну, не испугалась войти, и это было очень важно. Но! Она не выслушала меня, когда я хотела поговорить. И еще та подножка…

Подруга осторожно попятилась и замерла на пороге.

Мы обе задумались, как вести себя дальше. Если честно, очень хотелось укусить ее или хотя бы напугать. Обида еще не прошла, засела занозой и при любом неловком движении саднила и причиняла боль. Эльфийка, кажется, поняла это. Перебарывая страх, она снова направилась ко мне. Затем опустилась на коленки и, взглянув в глаза, тихо зашептала:

– Знаешь, Юхо был прав, ты и вправду потрясающе красивая. А еще добрая и настоящая… Кому-то очень повезет заслужить твою любовь. Пусть даже Муну. Прости меня, я была не права. Так не права!

Бросившись мне на шею, девушка разрыдалась, громко хлюпая носом.

И я, конечно, простила. Слова умеют не только калечить, но и лечить душу лучше любых лекарств.

Лизнув подругу в щеку, я схватила ее за рубаху зубами и осторожно подтолкнула к кушетке.

– Хорошо, я посплю. Ты только скажи, между нами – мир? Или собираешься слопать меня – ночью?

Эльфийка погладила мою спину и, присев на кровать, сладко зевнула.

Я потерлась мордой о ее колени и оскалилась.

– Уф, а вот улыбка у тебя – о-го-го, мороз по коже! Спасибо за будущий ночной кошмар.

Я посмеялась, Лени передернула плечами и косо на меня посмотрела. Наверное, впервые наблюдала за хихикающей волчицей.

– Все, я – спать. – Подруга бесстрашно повернулась ко мне спиной и сонно забормотала: – Кстати, нам запретили к тебе подходить, пока ты не перекинешься назад. Завтра этот Финрей мне голову оторвет. Сколько же из-за твоего перевоплощения шума было! А Юхо до сих пор общаться со мной не хочет, сказал, что я – предательница и год буду для него девушкой без имени… И знаешь, он прав. Я слишком эмоциональна, это у нас в крови, понимаешь? Даже мой брат слишком подвластен чувствам…

Лени говорила и говорила, а я, примостившись с краю, погрузилась в легкую дрему.

Мне снился цветущий сад: яблони и груши доставали ветвями до самой земли, кусты малины позади так и манили к себе… Мама смеялась, глядя на мои неловкие попытки встать на ноги. Первые шаги давались нелегко, часто приходилось падать снова и снова. И вот очередное падение, а я так и не добралась до вожделенной ягоды. Такая досада! Маленькие ладошки ударяются о землю, волосы падают мне на лоб. Гр-р… Сейчас все равно встану!