Магический универ. Книга 2. Летняя практика - Галина Гончарова

Поливку мы закончили еще засветло. Промочили землю на шесть метров в глубину — с запасом. Поверхность плантации практически превратилась в болото. Да, деревьям не слишком полезен такой обильный полив, но все лучше, чем корчевка.

Я аккуратно слевитировала повыше — и запустила поиск.

Знаю, непрофессионально. Можно бы сделать макет плантации — и запустить поиск через него. Но!

Время!

Буздюк!

Левитация — не такое сложное искусство. Справлюсь.

Я впала в транс.

Серебро… серебро…

Я — серебро, я теку с водой, я прохожу сквозь почву, я впитываюсь… я возвращаюсь в родную мне землю…

Первая преграда!

Я щелкнула пальцами.

Есть!

Три скопления серебра были видны очень отчетливо!

Матки впитывали воду, но серебро их не устраивало! Не зря я неделю мучилась в лаборатории над кусочком шкурки, представляя себе доримолисов и едва сдерживая рвотный рефлекс!

Не зря считала!

Самое большое удовольствие для экспериментатора — это видеть, как подтверждаются его расчеты!

Я подпитывала силой ребят, которые занимали нужные позиции. И одновременно наблюдала за матками. Но пока они не проявляли активности.

Мальчишки тоже левитировали рядом с местами их залегания.

— На счет три — делаем! Один! Два!! Три!!!

И одновременно я почувствовала резкое… давление? С чем можно сравнить вытягивание из тебя силы?! С тем, как тащат из живого мяса сломанную кость? Или с выдиранием зуба? Хотя нет. Это — больно. А сила… когда делишься добровольно, это не так мучительно больно. Мне это было просто… неприятно.

Зато мальчишки внизу одновременно подсекли заклинаниями три куба земли — и выдернули их наружу.

Полетели в стороны несколько деревьев — словно они были не тяжелее щепочек. А Лерг, Лютик и Эвин принялись просушивать выброшенную землю раскаленными вихрями.

Слаженно. Как один человек.

Я координировала все действия. Бросила чуть больше силы Лергу, когда наш теоретик слегка дрогнул. Придержала Лютика — за ним пока доримолисы не гонятся. Приняла излишки силы от Эвина, распределяя их в общий котел.

А потом все кончилось.

Просушенная до состояния пыли земля осыпалась вниз. И на сетках остались лежать три большущих буро-коричневых комка. Вовремя успели! Еще дней двадцать — и они бы размножились.

Мальчишки тут же активировали еще два заклинания — и комки оказались плотно увернутыми в сети, так, чтобы наружу ни один муравьишка не пролез.

— Есть!

— Ур-ра-а-а!!! — грянуло снизу.

Я плюхнулась… то есть героически спустилась. Ребята уже левитировали комки к центру плантации.

— Э, минуту! — взвыла я. — А деревья кто восстанавливать будет? Эвин, если их немедленно не зарыть обратно, они же погибнут!

Оборотень вздохнул, передал свою сетку Лютику — и взялся возвращать деревья на место. Это удалось не сразу и только при моей подпитке. Но в конце концов вылетевшие с землей веласы вернулись на свои места.

— А уж все остальное пусть обеспечивают садовники…

— Для всего остального я вас приглашу потом, когда вы отдохнете, отлежитесь… и, разумеется, за отдельную плату, — встретил нас улыбкой Альмер.

Еще бы. Вместо всей плантации — от силы шесть деревьев. И те еще можно реанимировать, если хорошенько полить и подкормить.

— А теперь давайте делить добычу, — решила я.

Один доримолис был вручен друиду. Тот вежливо раскланялся со всеми присутствующими, принял добычу на вытянутых руках — и брезгливо понес в экипаж. Теперь ему надо было отправить эту гадость в лаборатории — на изучение.

Одну матку мы решили оставить себе. Приложим к отчету, если что.

Уничтожить эту гадость удавалось. А вот изловить живьем — и невредимой…

Мы будем первопроходцами!

Что делать с третьей маткой, я тоже уже знала. Лерг — догадывался. Оставалось поставить в известность Лютика и Эвина. Но ребята согласились сразу же.

И мы отправились во дворец. Втроем. Лютика отправили на станцию телепортации — договариваться о переброске матки в Универ. К друзьям. Альмер обещал оплатить доставку.

* * *

Третью матку мы несли со всей осторожностью. Высохнув снаружи, она стала хрупкой. Почти как яичная скорлупа. Но если мы уроним ее и эта зараза разобьется — доримолисы проживут еще часа два. И все это время будут жрать тех, кто случайно (или вполне закономерно) окажется рядом.

Во всяком случае, так говорили. А нам очень хотелось проверить. Подходящий образец был.

Не могли же мы простить Буздюку наглые вопли в наш адрес?

Это в мире техники всяким уродам почет и уважение. А здесь всегда можно расквитаться с нахалом.

Я не зря договаривалась с Лергом. Напротив буздюковского окна и рядом с его дверью теперь были установлены две следилки. А под потолком, аккурат на самом кончике пафосной люстры, — ма-ахонький такой амулет-телепортер, купленный мной в лавке года три назад. Я тогда сама еще не умела такие делать. Сейчас научилась, а тот так и не израсходовала. Вот и пригодится.

Пригодился.

У буздюковских покоев мы сняли сетку, аккуратно подвесили эту гадость левитацией, я примерилась — и активировала одновременно заклинание чуткого уха и амулет.

Все дальнейшие действия уложились в три секунды.

Первая!

Треск раскалывающейся скорлупы из-за двери и шорох, производимый множеством маленьких лапок.

Вторая!

На нас троих ложится покрывало невидимости, и мы отступаем к стене.

Третья!

Активация следилок.

Доримолисы тоже не дремали.

Спустя еще пять секунд из спальни послышался дикий вопль.

И Буздюк с голым задом вылетел через окно.

Мы опрометью бросились на галерею, по которой до самой ночи гуляли придворные. И в большой компании пронаблюдали шикарное зрелище.

Абсолютно голый Буздюк остервенело отдирал от себя доримолисов, не переставая вопить. Он был буквально весь покрыт ими в три слоя. И стоило отодрать одного, как его место занимал другой. Эвин прищурился — и начал по одному отстреливать тех доримолисов, которые летели вниз. Снайпер ты наш зубастый…

Мы с удовольствием наблюдали за спектаклем. Недолго.

— Высшие силы!!!

Визг над ухом принадлежал Березке. Я было развернулась, но подруга уже вытянула руку вперед:

— Hifjhafag kiijhfing l’kajhaadh lesg jekhedflisfidd!!!