Стратегия. Возвращение - Вадим Денисов

А место зачетное. По факту: единственное из ближних, где можно творить темные дела, никто не увидит да и не услышит.

После обыска ничем существенным не разжились. Дерьмовые ножи, карманный хлам.

Эх… Жаль, что скутеры пришлось утопить — концы в воду. Думали мы, думали и ничего толкового придумать не смогли. Нельзя машинки светить, никак нельзя, пока что в Китае никому не доверишься. Трупы зарыты глубоко в лесу, следы подчищены, замыты ливнем. Не было тут ничего, Вечность поглотила дурные порывы.

Широченная водная лента провоцировала на безрассудные поступки.

Трахома, законопатить, домазать, вырезать пару весел — и в путь!

По течению! Один лежит кверху пузом, другой на веслах, лениво подправляет лодку. Через каждые шесть часов перерывчик на берегу. А можно и без графика, останавливаться по требованию желудка либо при обнаружении чего интересного. Солнце греет, ветерок ласкает, позади тащится блесна… Прелесть же!

Судя по выражению лица Гоблина, напарник думал примерно о том же.

Вот плывем, значит, плывем… Вдруг вдали показались патрули Альянса — что делать двум благородным донам? Известно что, вытаскиваем лодку на берег! Грандиозный обнос получается, однако. Но ничего, Гоблин справится, я в него верю. Итак, он прет, а я иду в заслоне и с мелодичным свистом срываю ромашки, жую орешки. Но тут мне становится… Ох, что-то нехорошо, не тот орешек съел! Отравился, трахома! Перед глазами пелена, все начинает расплываться, исчезать, похоже, хреновы мои дела… Друг-белок, источник жизни. А Мишка, как на грех, голодный, и у него целых два ножа. «Студнем или живаком? У нас важнейшее задание. Я падаю от нехватки сил, падаю я, понимаешь? Мне ведь потом мир спасать!»

— Сука ты, Сомов…

— Охренел, что ли?!

— Да просто вспомнил, как ты меня сожрать хотел.

— Брось, дело житейское. Что дальше, командир?

Теперь уже и я жрать хочу, жуть как хочу, прямо как в детском летнем лагере, и до меня докатилось!

Скорее бы в город, да в тот чудный кабачок, где подают шанхайские пельмени «сяо лонг бао», по форме напоминающие грузинские хинкали. Они тоже готовятся на пару, только вместо мантышницы используются маленькие плетеные корзины, в них блюдо и подается на стол. И начинка там особая — почти сплошной бульон! В Новом Китае распространены «шанхайцы», в которые вместо фарша кладется своеобразный холодец — во время готовки на пару он плавится, образуя бульон с кусочками мяса. Если в жарких странах используется желе, то в здешнем климате — холодец, это вообще круть! Насыщенный обжигающий сок выпивается через трубочку и заедается тестом.

Клянусь Великим Пещерником, мне будет не хватать в родных местах этого замечательного блюда. На Кордоне готовят исключительно традиционные пельмени, так что придется мне разлюбезную нашу Евдокию Ивановну просвещать, подкупать, уговаривать на иноземные эксперименты.

— Дочищаем на причалах, а потом в таверну, пельменя есть.

— Костя! Давай сначала на улицу Хэншаньлу, помнишь оружейный магазинчик? Я там прицел подходящий видел.

— Не украдет никто твой прицел, он уже пылью покрылся.

— Да ты что! Такая вещь!

— Мишка, прекрати нести детское, я есть хочу, как медведь после спячки… Подожди, ты что, пошамал чего втихушку?

— Я те в репу вштырю за такие крысиные подвесы! Сам голодный!

— Голодный — значит злой. Поехали на зачистку.

Гоблин все смотрел на воду.

— Можно будет вытащить позже, — неуверенно бросил он.

— Ага. Приедем из России еще раз и вытащим!

— Че ржешь? Еще удивишься, насколько быстро мы с Китаем торговать начнем! Альянсу рыльник надолбашим до соплей — и начнем.

— Прямо сейчас начнем долбашить?

— Диверсию совершу, — хмуро буркнул напарник.

Он способен, знаем. А если я буду держать его за поясок, то диверсию можно учинить конкретную. Только сейчас не это является первоочередной задачей группы.

— Ну вот и совершишь. На причалах. К машине, Скорцени!

Проехав мимо рыбачьих причалов, я остановился, спрятав машину между сараями.

Мне на дело идти нельзя: если сволочной Турсун узреет живого клиента — он либо экстренно смоется, напев лишнее родственничкам, либо поднимет рев на месте. Вряд ли родня, если знает, находится в большом восторге от такого опасного ремесла, однако подстраховаться стоит. Раз начали все делать чисто, надо чисто и закончить. Интересно, были у разбойников удачные операции? Следов прошлых преступлений лично мной не замечено. Машин на просеке в ближайшее время действительно не было.

Автомат до поры придется закрыть в гостинице, такая подстраховка нужна.

Новенькие китайские «Калашниковы» — это уж точно не рядовое оружие.

Остается только гадать, где незадачливые гопники с большой дороги добыли такой шикарный ствол. В локалке его не возьмешь, категорически исключаю. Поставкой Смотрящих не получишь, разве что в порядке бонуса за свершения. Украли из машины патруля? Может быть. Прирезали военного где-то в темных подворотнях пригорода Нового Китая? Нет, эти ребята точно не из ОПГ, те так топорно действовать не стали бы, представляю, какой шмон учинили власти после пропажи…

У местных охотников имеются «маузеры», так что оптический прицел можно покупать смело, никто не обратит особого внимания, но я и винтовку закрою, тем более что в населенке длинное оружие нам не пригодится.

— Гоб, давай, что ли…

— Я быстренько! — уверил он с ухмылкой.

— Ты не быстренько, а аккуратненько.

— Поучи меня!

— Сталкер Сомов, дело очень серьезное, прошу без ухарства и суперменщины!

— Да все нормально будет, шеф, в первый раз, что ли…

Солнце спряталось за холмы, возвышающиеся на противоположном берегу Хуанхэ, начало темнеть. По реке опять пошла движуха, ушедшие днем флотилии начали стягиваться в родной порт. В принципе оперативная картина подходящая. Вот и тук-туки поползли, сейчас начнется шум и гам, вечерний улов — основной.

Там этот черт или нет? Насколько быстро напарники должны были сообщить Турсуну об удаче или сбое?

Мишка ушел, а я замер в ожидании и тревоге.

Прошло сорок тревожных минут, и наконец Сомов возник возле пассажирской двери.

— Олрайт, бикфордов шнур, Костя! Усе прошло по плану. Поганец прямо в своей кандейке обкурился кальяну, ему поплохело сердцем, скантовался, и Всевышний со спокойной душой отправил скотину в ад.

— Без ножа?

— Без, грудинку поджал, ну, ты знаешь, вот мотор и встал. Ехай, что ли, к пельменям!

К таверне «Дин Тай Фанг» я причалил уже через восемь минут, чувство голода — лучший ускоритель. Сели мы в пустом верхнем зале, поудобней переставив глубокие плетеные стулья, заглянули в меню и отодвинули — пельмени тащите! Окна были приоткрыты, и в маленькое помещение залетали шумы вечерней улицы, редкие тарахтенья проезжающих машин, разговоры мужчин на первом этаже, заливистый женский смех. Большинство лавочек уже пусты, а кабаки полны.