Рыцарь понарошку - Олег Бондарев

– Да это не я! – замахал головой Пижон.

– А кто же? – усмехнулся железный человек. – Я, может, сам на себя ору?

– Да я это! – подал голос Валентин. – Здесь, в центре зала стою!

Голем обернулся. Удивление на его лице сменилось довольной улыбкой.

– Гляди-ка, – сказал он, – мало им, что одного шулера прищучил, так они еще психа какого-то прислали!

– Психа? – фыркнул Валентин. – Я, если хочешь знать, старший купидон Небесной Канцелярии! Сердца соединяю!

– Да хоть почки, – отмахнулся гол ем. – Раз залез – сиди теперь здесь, пока не сдохнешь.

– Я-то вряд ли сдохну, друг-машина… А вот он – запросто. Мне его вытащить надо на свежий воздух, а то – гляди, какой он бледный, еще подохнет!

– Они все, кровососы, бледные, – переубедить искусственного человека было непросто. – Так что не сдохнет, и не отдам.

– Да не за так же, железный! – хмыкнул Валентин.

– А чего, взамен чего дашь? – заинтересовался голем.

– Ну, что ж, предвкушение штука хорошая, дождемся, пока у тебя по подбородку слюна побежит… Ты вот когда-нибудь любил?

– Что?

– Л-Ю-Б-И-Л?

– Нет. А что это такое?

– Ну… это не опишешь… Лучше скажи, ты бы хотел полюбить кого-нибудь?

– Наверное, – засомневался голем. Вид у него был как у ребенка, который никогда раньше не шалил, а теперь вдруг собрался устроить родителям пару вечеров головной боли и уже чувствовал, как это будет приятно; с другой же стороны, расплатой за сиюминутное веселье может оказаться отцовский ремень, иметь дело с которым совсем не хотелось…

– Так «наверное» или «точно»?

– Да точно, точно!

– Тогда… – Вал поднял руку, а потом медленно повел ладонь вниз, словно запуская длань в несуществующий ящик или мешок.

Пижон аж рот раскрыл от изумления: рука действительно исчезла. По самый локоть. Словно, и вправду, Вал засунул ее в невидимый, прозрачный мешок.

А через мгновение рука вылезла обратно, сжимая в ладони маленькую коробочку с горящими кнопками и еще ярче горящей картинкой посередине черной оболочки.

– На вот, разбирайся! – Валентин швырнул прибор голему.

Тот поймал его и с любопытством уставился на горящую желтым картинку. Под ней непонятными – а значит наверняка старинными – символами значилось название странного артефакта.

– Нажимай кнопки, дружок, и разговаривай с ним, – посоветовал Валентин. – А нас давай выпускай!

Голем как раз дослушал речь странного прибора и поднял глаза на старшего купидона. Рот его растянулся в широченной улыбке, которую мог бы увидеть только человек, разом смазавший все големские шестеренки.

– Спасибо тебе, старший… – начал железный человек.

– Купидон! – тут же напомнил ангел.

– Да, точно! Штука действительно полезная, да и голос такой приятный, добрый… Только вот говорит про какой-то баланс…

– Ну, это же очень просто! – фыркнул Валентин. – Это она про баланс в ваших отношениях!

– А… – задумчиво протянул голем. – Ясно… Ну, так чего тебе за него надо?

– Чтобы ты выпустил нас отсюда! – в который раз повторил Валентин.

– Ага, – сказал голем и повторил снова: – Ага…

– Чего «ага», железяка? – разозлился Валентин. – Давай показывай, где выход!

Голем нехотя щелкнул пальцами, и одна из стен отъехала в сторону, открывая широкую лестницу, круто уходящую вверх.

– Идите, вот… – Он махнул рукой в неопределенном направлении и снова принялся изучать новенькую игрушку.

Ангел и вампир переглянулись, Валентин пожал плечами, Пижон усмехнулся, и новые знакомцы – шулер и его небесный покровитель – пошли к выходу.

Поднимаясь, старший купидон бросил на увлеченно щелкающего кнопочками голема жалостливый взгляд и тоже, словно нехотя, хлопнул в ладоши. После чего еще быстрее засеменил по лестнице вверх.

А железный чурбан так увлекся изучением светящегося экрана и блестящих кнопочек, что не заметил, как прямо из воздуха появилась массивная волосатая рука. Не долго думая она сжала пальцы на шее голема, и голос, видимо принадлежавший хозяину длани, многообещающе заявил:

– Мобилу у брата моего забирать? Ну я тебя…

– Да я чего? – заикаясь, попытался возразить железный человек, но чей-то там брат только цокнул языком.

А потом рука втянула визжащего голема в… черт его знает куда, в общем!

И големское логово опустело. Навсегда.

– Фэт! Что с ней такое?!

– Да я откуда знаю?! У меня перед глазами как вспыхнет!.. Открываю – все плывет!.. Присмотрелся, а она на земле лежит! Тут Шаман мне орет…

– Ну, это уже и я слышал! – пробормотал Кушегар и снова приложил к ушибленному затылку мокрую тряпку. Охнул:

– Во гады! А еще маги! «Элита»!

– Знаем мы эту «элиту», – проворчал Шаман, суетясь вокруг лежащей на подстилке волшебницы. – По весне, как на практику отправят в леса, только успевай от этих ежиков убегать! А двое, помню, придумали магию свою объединить… Одного еж сожрал, не жуя даже, а второй только чудом успел мастера вызвать – тот на великана муравьев натравил, а те уж вмиг обожрали!

– Чего ж там за еж был, если всего мага заглотнул, не надкусывая? – изумился Фэт.

– Да с дом где-то будет, если в клубок свернется! – прикинул Шаман, на секунду оторвавшись от Элви. – Эти ж дураки на него весь имевшийся у них Сток – запас магии по-ихнему – за раз извели! Если б не мастер, глядишь, он бы всех зверюшек в лесу сожрал, да еще б василисками болотными позакусывал!

– Эх, Шаман, – горестно покачал головой рыцарь, – а если б не мастер, мы б через топи перешли – раз плюнуть!

– Во-во! – поддакнул Кушегар, не отнимая тряпки от головы. – А студенты – они народ мелкий, щуплый. Ежик бы ни за что не наелся – обязательно пошел бы к болоту!

– Чего рассуждать попусту? – вздохнул егерь и, махнув рукой, переключил внимание на белую как мел мордашку Элви.

Похоже, девушка действительно перестаралась с заклятиями: как сказал немного сведущий в магических штучках Шаман, «истощение Стока».

– И что с ней будет? – обеспокоенно глядя на лежащую без сознания волшебницу, спросил Фэт.

– Да ничего, – пожал плечами Шаман. – Дышит уже более или менее спокойно. Думаю, через денек отойдет.

– Денек? – поднял голову Кушегар. – А чего, меньше никак?

– Я тебе что, Бог? – фыркнул егерь. – Она раньше вряд ли вообще в себя придет!

– А что такое, Кушегар? Мы что, денек не подождем?

– Мы, может, и подождем, Фэт, да вот турнир подождет ли? Может, оставим ее здесь, а потом?..