Простые волшебные вещи [= Темная сторона ] - Макс Фрай

— Со смертью тоже легко договориться, — сурово сказал старик. — День за днем, на протяжении столетий, мы говорим ей: «Только не сегодня», — и она соглашается и отступает. Одно удовольствие иметь с нею дело! И только однажды смерть поступает по-своему, но этого вполне достаточно…

— Какой ты молодец, Файриба! — восхищенно улыбнулся я. — Ты все правильно сказал о смерти… И обо мне, наверное.

— Да, и о тебе, — согласился старик. — Но сейчас я хотел говорить о другом. Твои люди привезли тебе подарки. Они не знают твоих предпочтений; кроме того, теперь я понимаю, что ты вряд ли нуждаешься в наших дарах. Но мы поступаем так, как требует обычай. Я хочу попросить тебя принять наши дары, даже если они тебе не понравятся. Когда царь отвергает подношение своего народа, на людей падает проклятие. Я не думаю, что ты желаешь нам зла, но ты вырос среди варваров и не знаешь всех законов своей земли. Мы устали жить под тяжестью проклятия — такая жизнь недорого стоит. Постарайся не навлечь его на нас, владыка!

— Ни в коем случае! — пообещал я. — Никаких проклятий, даже если вы приволокли мне весь конский навоз, который смогли собрать за последнюю сотню лет!

— Мы никогда не стали бы поступать подобным образом, владыка, — изумленно ответил Файриба. — Что за странные вещи ты говоришь!

Он повернулся к своим соотечественникам, все еще дисциплинированно налегающим на пирожные, — ну да, приказа «хорошо питаться» я пока не отменял!

— Принесите дары. Владыка готов принять их.

И меня завалили гостинцами. Для начала появились несколько корзин с какими-то экзотическими плодами. Больше всего меня обрадовало наличие огромной дыни: у меня богатейший опыт знакомства с кухней Соединенного Королевства, но дынь я до сих пор здесь не ел и даже никогда не видел. Я принюхался и понял, что это была самая настоящая дыня, хотя ее гигантские размеры превосходили мои представления о возможностях матери-природы.

— Здорово! — восхитился я. — Знали бы вы, как я люблю эту штуку… А как она называется?

— Это же степная ягода. Неужели ты даже это забыл?!

Старик укоризненно покачал головой. Сейчас он был похож на учителя ботаники, которому выпала незавидная миссия экзаменовать двоечника.

«Ягода»?! Ну-ну…

Я попробовал было оторвать «ягоду» от земли, но первая попытка завершилась позорным провалом, а новых я не предпринимал.

Плодами земными дело, однако, не ограничилось. Мне пришлось стать счастливым обладателем целой стопки трогательных тонких ковриков ручной работы и огромного количества пестрых платков, коротких штанов и прочей экзотической мануфактуры. Некоторые вещи казались новыми, прочие выглядели поношенными. Кажется, перед тем как отправиться на встречу со мной, члены официальной делегации раздели догола всех, кто остался дома. Я внутренне содрогнулся, но вслух, конечно, слова не сказал: обещал ведь дедушке Файрибе, что буду вести себя прилично…

Моя выдержка была вознаграждена: один из кочевников подвел ко мне огромного лохматого пса. Роскошная версия белоснежного бобтейла размером со взрослого бегемота, добродушный великан с высунутым от восторга угольно-черным языком.

— Грешные Магистры, что за красавец! — умилился я. — Всю жизнь мечтал завести собаку, да так до сих пор и не собрался… Наверное, просто предчувствовал появление этого чудища!

— Это лучшая из моих овчарок, — с гордостью сказал Барха Бачой. — Такие овчарки всегда жили при царском доме. Мы знаем, что тебе, повелитель, нет нужды иметь несколько сотен псов для охраны, поэтому привезли только одного, просто чтобы соблюсти традицию.

— И правильно сделали. Он хорош, но несколько сотен — это, пожалуй, слишком…

Я присел на корточки возле собаки и осторожно положил левую руку ей на загривок. Пес восторженно взвизгнул и перевернулся на спину, подставляя мне мохнатое пузо.

— О, оказывается ты еще помнишь, как следует укрощать этих зверей! — одобрительно заметил старый Файриба. — Теперь он умрет за тебя, если ты этого захочешь.

— Еще чего не хватало! — возмутился я. — Не нужно ему за меня умирать, я уж как-нибудь сам с этим справлюсь… А этот пес мне нужен живым!

— Это большая удача для нас — угадать твое желание, владыка! — обрадовался Барха Бачой. — Надеюсь, наш последний дар тоже тебе понравится.

Я поднял глаза и увидел, что передо мной стоят три долговязые, тощие, совершенно одинаковые девицы, перепуганные до полусмерти. Огромные черные глазищи, очаровательно длинные носики, коротко подстриженные темные волосы (позже я узнал, что все женщины Пустых Земель предпочитают короткие стрижки, поскольку считают, что возня с прической унижает их достоинство). Грешные Магистры, эти близняшки были похожи не только друг на друга: передо мной стояли три почти точные копии великой Лайзы Минелли. Именно то, что надо человеку, чтобы быстро и безболезненно сойти с ума!

Я так и сел на пол рядом со своим новым четвероногим приятелем, который тут же исхитрился подсунуть лохматую башку под мою руку. Я машинально погладил собаку, к ее неописуемому восхищению.

— Что это за юные леди? — наконец спросил я.

— Это твои жены, владыка, — невозмутимо ответствовал Файриба.

— Жены?! — с ужасом переспросил я. — Вот уж не было печали!

Да, такое могло случиться только со мной, это и есть мое фирменное везение! Я уж было собрался прочитать этим простодушным людям короткую, но эмоциональную лекцию о недопустимости гнусных попыток испортить личную жизнь своего монарха. Но умоляющий взгляд старика заставил меня заткнуться. «Ладно, — подумал я, — пока обойдемся без скандала. Вряд ли у этих ребят хватит нахальства залезть в мою спальню и проконтролировать дальнейшее развитие событий… Но пусть хоть объяснятся!»

— А что, разве у моего народа принято, чтобы у мужчины было много жен? — спросил я.

— Иногда такое случается, владыка, — сдержанно ответил старый Файриба. — Когда женщины считают, что так нужно.

— Вот оно что. — Я уже окончательно перестал что-либо понимать. — А эти юные леди действительно считают, что им позарез нужно выйти за меня замуж, всем троим сразу — так, что ли?

Три любительские копии Лайзы Минелли молчали, как юные партизанки. Кажется, они приготовились грохнуться в обморок. Вот уж никогда не подозревал, что меня можно так бояться!

— Это тоже традиция, — объяснил старик. — Эти женщины — не совсем обычные женщины. Они дочери самой Исноури.

— Ну да. Это, конечно, совершенно меняет дело! — саркастически отозвался я.

Старый Файриба наконец решился задать вопрос, который с самого начала крутился у него на языке:

— Ты не прогонишь их, владыка?

— Неплохая идея! — сердито сказал я. — Ладно уж, я же обещал не навлекать на вас проклятий… Только, пожалуйста, больше никогда не привозите мне никаких жен, ладно? Того, что я уже получил, мне с лихвой хватит до конца жизни… А теперь будь так любезен, расскажи мне, кто такая эта Исноури. Должен же я получить хоть какое-то представление о биографии своей новоиспеченной тещи!