Мемуары голодной попаданки - Наталья Владимирова

Василиса кивнула мне, повернулась на бок и пробормотала:

– Вы не переживайте, я буду полезной. Я и варить умею, и полы мыть, и шить, – последние слова уже граничили с невнятным бормотанием.

– Да-да, милая. Спокойной ночи, – я на цыпочках покинула комнату.

Уже прикрывая дверь мне пришло в голову, что стенные светильники в коридоре и в детской оказались весьма кстати, бегать со свечой мне до сих пор не с руки, уж больно я привыкшая к электричеству. Дом проявлял с каждым разом все больше заботы о своих обитателях. И точно в ответ на мои мысли, похожие бра я обнаружила в собственной комнате, вырастающие из стен медными завитками. Теперь можно не бояться случайно оставить свечку непогашенной, пожарная безопасность обеспечена. Я уж не говорю, насколько удобно иметь подобное освещение!

– Спасибо, дом! Ты – самый лучший, – непроизвольно вырвалось у меня. И он мне ответил одновременным миганием пламени всех свечей.

Во дела! Я счастливо рассмеялась, кружась по комнате. Ну, до чего же я везучая!

А на утро обнаружила полностью отремонтированный коридор и смежную с детской спальней комнату, которую разом определила под игровую и учебную зону для маленьких новоселов. Сегодня же куплю деткам игрушек и книг, а еще бумагу, карандаши, карту страны (вместе изучим)…

Я бы еще долго мысленно составляла список необходимых вещей, если бы не грохот внизу. Кухня? Что там могло произойти?

Я торопливо поскакала вниз, гадая, кого принесло в мою вотчину спозаранку. Сам Захарий после ночной смены в кабаке вставал ближе к обеду, посетителей перед закрытием обязательно выпроваживал, чтобы мне не приходилось с ними встречаться утречком, а за магическими снадобьями и вовсе народ подтягивался ближе к вечеру.

– И кому тут с добрым утром? – громко поинтересовалась я, залетая в кухню.

На меня уставились две пары испуганных детских глаз, вылезая из-под горшков и тазиков.

– Мы не нарочно, – едва слышно прошелестела Василиса, споро собирая по полу кухонную утварь, которую, уверена, рассыпал любопытный братец, опасливо выглядывающий в этот момент из-за ножки обеденного стола.

– Отлично спрятался, – усмехнулась я, доставая упирающегося сорванца и сажая на стул. – Успокойтесь, я не сержусь. Но могли бы меня разбудить, раз уж так сильно проголодались.

– Мы не проголодались. Вернее, конечно, мы не против… Но мы не поэтому, мы помочь хотели, пока все спят, – Василиса горько вздохнула и укоризненно глянула на Ванечку. Тот в ответ широко улыбнулся и нетерпеливо заерзал на месте. Вот непоседливая егоза!

– В таком случае помогайте! – щедро разрешила я, ставя на стол пустую тарелку и крупу. – Нужно перебрать от мусора, после чего сварим вкусную молочную кашу. Василиса понятливо кивнула и принялась демонстрировать братишке, как следует правильно выполнять задание. А я на скорую руку смешала песочное тесто, чтобы к чаю приготовить печенюшек.

С новой помощницей управились мы быстро. Ванечка, правда, больше мешал, чем помогал, но к Василисе у меня претензий никаких не возникло. Девочка старательно выполняла мои просьбы, хваталась за любую работу. Похоже, перспектива остаться в доме ее необычайно вдохновила. Что меня очень порадовало. Все-таки отправлять детей в приют, даже при Храме, или отпускать обратно в землянку мне категорически не хотелось, и полезность одного из ребятни хоть немного оправдывала перед Захарием будущие на них траты. А купить предстояло многое, начиная с детской одежды и заканчивая игрушками.

Сейчас оба ребенка надели свои прежние обноски, которые я вчера выстирала и высушила, но, надеюсь, ходить они в этом будут недолго. Я собиралась после завтрака быстренько навести порядок и организовать общий поход по рынкам-магазинам. И представьте только мое удивление, когда Василиса категорически отказалась покидать дом сама или хотя бы отпустить со мной Ванечку. На прямые вопросы она либо отмалчивалась, либо отворачивалась и отвечала односложно. И тут, наконец, меня осенило:

– Вы боитесь повстречать тех, кого не так давно грабили?

Девочка пожала плечами, из чего я сделала вывод, что моя догадка верна. Вот мне «повезло»! Дети под стать Захарию – из дома ни шагу. Ладно, сама справлюсь, только не сегодня. Пока оставлять малышню без присмотра не хотелось. Поэтому накормив, позвала обоих помогать мне с уборкой.

И снова Василиса меня поразила. Для нее не стало проблемой выискать веник или ведро с тряпкой, а также набрать воды из колодца. Пять минут, и девочка уже выдала брату ветошь с указанием протереть пыль с каждого окна, а сама принялась выметать осколки из-под столов в общем зале.

– Ты где научилась? – поинтересовалась я, вспоминая первый день пребывания у Захария и свою неловкость в обращении с хозинвентарем.

– Мы все делали вместе с мамой, – отозвалась Василиса, и в голосе послышалась плохо скрываемая горечь, – пока она не умерла.

Я не удержалась и погладила девочку по голове:

– Ты просто умница, мама бы тобой гордилась.

Девочка кивнула и постаралась улыбнуться. Правда, вышло не очень.

– С такими помощниками, – перевела я тему, – мне скоро и делать особо ничего не придется.

И оказалась права, уже к обеду мы справились с уборкой, а в печи томился борщ и допекался хлеб. Ароматы пищи разносились по всему дому, вызывая обильное слюноотделение не только у детей, но и у Захария, который несколько раз отвлекался от своих травок и настоек, чтобы уточнить, не пора ли к столу.

Я как раз доставала обед из печки, когда появился Колон. Да не один, а в компании незнакомого илора с рыбьими выпученными глазами. Оба мужчины были одеты в деловые дорогие костюмы и несли на лицах маски холодного отчуждения и преувеличенной серьезности.

К гостям пришлось выйти в одиночестве – Захарий колдовал над своими настойками, запершись в комнате, а Василиса, заслышав чужаков, схватила Ванечку и скоренько спряталась в кладовке.

– Илея Аня, – поприветствовал меня Колон, учтиво приложившись к моей ручке губами.

– Рада видеть вас, илор Колон, – радушно улыбнулась я, пригласительным жестом указывая на свежевымытые столы и выскобленные лавки. Скромная обстановка явно не соответствовала статусу посетителей, что не преминул продемонстрировать кислым выражением лица второй мужчина.

– Илор Лайон, мой деловой партнер, – представил мне незнакомца Колон.

– Добро пожаловать, илор Лайон, – стараясь быть приветливой, я изо всех сих сдерживала свое любопытство. Зачем заявились в это непрезентабельное заведение птицы столь высокого полета?

Высокомерный мужчина даже не повернул голову в мою сторону, осматривая помещение и все больше кривясь.

Колон выбрал столик у окна и устроился на жесткой скамье, изображая удобство и удовольствие от пребывания в заведении. Благодушно позвал спутника присесть рядом, и тот с видом большого одолжения развалился напротив, прислонясь к стене. Я поспешила сбегать за скатертью и накрыть хоть и чистую, но основательно потертую столешницу кружевной белоснежной тканью, увенчав центр вазочкой с утренним печеньем.