Аленушка и братец ее козел - Елена Вилар

Тарелка с еще дымящимся жареным мясом и нарезанными тонкими ломтиками овощами заставила сглотнуть вязкую слюну.

– Садись, – указала Мила на соседний табурет. – Чай или кофе?

– Кофе, – кивнула я.

Голод был сильнее любых других чувств, а потому, опустившись на табурет, я протянула руки к столовым приборам. Лишь когда первый, тщательно прожеванный кусочек мяса упал в желудок, на моих губах мелькнуло подобие улыбки. Милена поставила большую кружку кофе с молоком, как раз в тех пропорциях, которые я любила: не слишком забеленный, но и не карамельно-темный.

Когда тарелка опустела, а напиток выполнил свою миссию, приятно согревая и заставляя кровь достигать мозга в два раза быстрее, что, в свою очередь, включило блуждание мыслей, рыжая, согнув руки в локтях и переплетя пальцы, примостила на них подбородок.

– Я люблю твоего брата, – произнесла Милена.

– И? – вздернув правую бровь, уточнила я.

– И тебе лучше смириться с этой мыслью. Я его не отпущу, никогда…

– Совет вам да любовь, – усмехнулась я. – Только этот рогатый еще институт не закончил, – предупредила я.

– Это не проблема, – усмехнулась рыжая. – Он не может выйти из квартиры, и рога…

– За это украшение на кальцинированной основе скажи своему отражению спасибо, – насупилась я.

– Я могла бы извиниться… – начала Мила, и я ее тут же перебила:

– Не мешало бы.

– Но не буду, – усмехнулась ведьма. – Ален… Доверься мне, не все так просто, я уже вчера сказала, что ты бы все равно попала в ад.

– Ну, скажем так, с твоей помощью я не просто туда попала, я там застряла, – пожала плечами я.

– Я же не отказываюсь тебе помочь, – вскинулась рыжая. – Я прочла твой контракт, возможности досрочно расторгнуть его нет. Но… Понимаешь, это не простой контракт, складывается ощущение, что тебя к чему-то готовят, но я не понимаю к чему.

– Кроме моей отработки, – начала я, – есть еще сны.

– Сны? – заинтересовалась Милена.

Кивнув, я поведала ведьме и о своих приключениях, и о снах, что видела после каждого дня отработки, включая тот, что взбудоражил меня сегодня.

– Хм, значит, скинул, – усмехнулась рыжая, глаза которой на мгновение блеснули. – Что же, если все так, как ты говоришь, то за эти семь дней ты должна пройти семь кругов ада. Ярость, страх и лень уже прошла…

Ведьма задумалась и, медленно встав, подошла к окну, наблюдая, как солнышко, прощаясь, медленно заползает за соседний дом.

– Тоска, ненависть, жестокость и злоба, – Милена обернулась и, смерив меня напряженным взглядом, продолжила: – Интересно, что тебя ждет сегодня?

– А вот мне неинтересно, из того, что ты тут перечислила, я не хочу ничего испытывать!

– Раз вчера была лень, значит сегодня будет или злоба, или жестокость, или… хотя для ненависти нужен повод… Поэтому ненависть разжечь не так просто. Мой тебе совет: держись подальше от всего, что может вызывать у тебя эмоции, особенно от мужчин. Ты слишком агрессивно реагируешь.

Ведьма невольно напомнила мне об инциденте с братом, и я, залившись румянцем, смутилась. Проигнорировав вопрос в глазах рыжей, я встала и направилась в комнату брата, несмотря на то что продолжала считать его озабоченным козлом, почему-то хотела извиниться. Ну, мало ли, вдруг я все-таки сдохну в этом аду, а так хоть одним грехом будет меньше.

– Можно? – спросила я, постучав в дверь.

– Да, – раздался приглушенный голос братика.

Открыв дверь, я замерла, не желая переступать границу, что сама же и воздвигла. Ванька поднялся с дивана и, поморщившись, от того, что рога потянули в сторону, все-таки подошел ко мне.

– Прости… – выдохнула я, видя, как неудобно и больно мелкому.

– Это ты меня прости, – отозвался брат. – Ты права, я не должен был так поступать, но Мила… Она обещала все исправить.

– Увы, все закончится тогда, когда закончится, – максимально лаконично ответила я.

– Просто знай, что я очень за тебя переживаю.

Ванька приблизился и, осторожно обняв меня, тут же ударился рогом о косяк, отчего протяжно взвыл, чуть не оглушив меня.

– Ой! – отстранилась я, спасая свое ухо. – Лучше полежи, осталось четыре дня. Справлюсь…

До восьми часов вечера мы с Милой обсуждали возможные варианты проверок в аду, а также попытки с наименьшими потерями для моей психики их пройти. Увы, мы не знали, что ждет меня за дверью.

Ровно в двадцать один ноль-ноль я одернула джемпер нежно-голубого цвета, поправила джинсы, улыбнулась наличию кроссовок на ногах и, перекинув косу за спину, нажала на ручку.

* * *

Яркий свет на мгновение ослепил. Сделав шаг, я тут же сморщилась, ибо обилие звуков просто обрушилось на мое сознание, поглощая его целиком. Распахнув глаза, я увидела в нескольких шагах от себя стойку ресепшена и уже знакомых мне демониц, которые, витиевато ругаясь, объясняли высокому сухопарому мужчине, что вакансий на должность помощника Смерти уже тысячу лет как нет.

– Нет, ну он точно дебил! – обиженно произнесла Анита, нервно постукивая ноготками по белоснежной поверхности стойки. – Если таких будут брать к Смерти, то забор душ превратится в фарс!

– Ну и что ты воздух сотрясаешь? – усмехнулась Натали, дернув хвостом, вроде как убирая лишнюю пыль.

Именно в этот момент взгляд демоницы остановился на мне, и алые губы медленно расползлись в подобии улыбки, блеснув едва заметными клычками.

– Ты глянь – Светлая! – выдохнула Натали.

– Что светлая? – не поняла Анита, раздраженно распечатывая темно-серый конверт.

– Да не что, а кто! – воскликнула девушка, бесцеремонно ткнув в меня пальцем. – А почему снова к нам?!

– Где?!

Анита подняла взгляд и, увидев меня, почти приветливо улыбнулась.

– И правда, Светлая! Хотя чему радуешься?! Вспомни, как Злата нас в прошлый раз отчитала, так что чур меня! Алена?! – обратилась она ко мне. – Вали отсюда, еще не хватало за тебя выговоры получать.

– Погоди! – перебила демоницу Натали. – Уж не знаю, почему тебя забросило сюда, но тебе и правда лучше поторопиться, Злата терпеть не может, когда кто-то опаздывает.

– Спасибо, – пролепетала.

И поспешила к лифту, тем более что кабина уже порывалась закрыть двери. В итоге, влетев в последний момент, я уткнулась в молодого, скорее всего, человека. Мужчина, удерживая меня за предплечья, смерил мою тушку пристально-изучающим взглядом своих темно-синих очей, вот только я поспешила выпутаться из захвата и нажать на табло манящую циферку тринадцать. Лифт плавно заскользил наверх, а я же смущенно таращилась в пол, так как смотреть на набор тестостерона, что стоял в одних брюках и сапогах, демонстрируя великолепие мужского тела, было выше моих сил. Кабина замерла на требуемом этаже, и, шумно выдохнув, я выскочила в еще не до конца открывшиеся двери.