Путь Шамана. Поиск Создателя - Василий Маханенко

– Фи, какая невоспитанность! – в голове возник голос Предвестника-Эльфа. Причем голос был настолько пренебрежительный и брезгливый, что я поежился. Что странно, никогда не думал, что у Эльфов есть Шаманы. Мне казалось, они больше Друиды, Охотники, Маги, но никак не Шаманы. Но нет! Мало того что среди Эльфов нашелся как минимум один Шаман, так он еще и Предвестник!

– Ругающийся Шаман, что может быть хуже? Корник, ты что, не рассказывал ему про общий канал Предвестников? – вторил Эльфу Предвестник-Дворф.

– Что вы хотите от выскочки, ставшего Предвестником всего за год? – вновь Эльф. – Ни стати, ни опыта, ни капли уважения к старшим и опытным коллегам. Дракон, что с него взять!

– Я снимаю с Махана возможность общаться с Предвестниками на сутки, пускай подумает о своем поведении, – резюмировала Нашлазар, после чего голоса смолкли. Перед глазами пронеслось сообщение о блокировании мыслеречи с Предвестниками. Мне осталось только недоуменно поднять брови, обращаясь к самому себе: что это было? С какой стати меня выкинули на улицу, словно нашкодившего котенка, указав положенное мне место? Нет, Шаманы – определенно странные существа. Общение с Духами так просто не проходит – какую-то часть их адекватности они все же сожрали. Причем безвозвратно.

– Ты закончил возиться со своими Шаманами? – насмешливо уточнил голос, заставивший меня оторваться от рассматривания горизонта в поисках вселенской справедливости. Кнуклеар. Монах сидел в позе лотоса и неторопливо перебирал зубами палочку. Убедившись, что я смотрю на него, толстяк кивнул головой на стражников: – Ты зачем притащил сюда этих бедолаг?

– Хочу вернуть их к жизни. Есть информация, что ты знаешь, как это делать, – честно выпалил я, отказавшись от политики хождения вокруг да около.

– Хочешь? – передразнил Монах. – Ты их спрашивал? Они сами, вообще, хотят становиться живыми?

– Конечно! – словно по команде выпалила вся шестерка, а брат стражника из тюрьмы добавил: – Нам нужно обратно к родным!

– Ладно-ладно! Раскричались, – недовольно поморщился Кнуклеар. – Положим, вы действительно думаете, что хотите стать живыми, вернуться к службе в страже и вспоминать об этом происшествии, как о страшном сне. Я верно угадал?

Шестеро стражников начали согласно кивать, вызывая очередную ехидную усмешку Монаха. Что же ему нужно? Просто так НПС никогда не язвят, следовательно, на это есть причина. Но, черт меня побери, я совершенно ее не мог понять!

– Так! Пойдем по-другому. Скажи мне, мальчик, – толстяк обратился к Оглобле, – каково это – видеть предрасположенность других разумных? Видеть их стремления и тайные желания? Понимать, что тревожит или беспокоит? Каково это – быть Жрецом?

Оглобля опешил от такого вопроса, недоуменно уставившись на Монаха. Вот! В клане ничего не понимающих существ прибыло! Теперь я не одинок в своем невежестве.

– Ты будешь Жрецом до тех пор, пока останешься Зомби. Понятия не имею, почему так получилось, но, если ты вернешься к предыдущему состоянию, вновь станешь Воином. Ты готов к этому?

Глаза Оглобли превратились в два огромных блюдца, он отшатнулся от Монаха, отрицательно покачивая головой, споткнулся о торчащий из земли корень и рухнул на землю. Страх и шок от возможности потерять новообретенный класс были настолько огромны, что Оглобля не обратил внимания на падение, стараясь уползти подальше от угрозы.

– Вот и я о том же, – философски заметил Кнуклеар, с усмешкой следя за тем, как Оглобля спрятался за деревом. – Что делать-то будем? Из Небытия вернулось шесть Зомби, в нашем мире витает шесть Духов. Чтобы превратить всех в живых, необходимы шесть тушек, а у нас вроде как отказник намечается.

Оглобля растеряно выглянул из-за дерева. Стражники угрюмо уставились в землю – казавшаяся реальной несколько минут назад возможность вернуться к привычной жизни со скоростью экспресса шла под откос.

– То есть без меня никто не станет живым? Никто не вернется домой? – столь жалобным голосом спросил парень, что я растерялся. Неужели быть Жрецом так притягательно, что он готов забыть о матери?

– Шесть Духов, шесть Зомби, – безапелляционно отрезал Кнуклеар. – Причем решиться нужно сейчас – чем дальше, тем Духи слабее.

– Махан, что мне делать? – посмотрел на меня Оглобля. – Я не хочу становиться Воином.

Обновление задания «Возвращение погибших стражников»… Время на принятие решения: 60 минут.

– Ты чего? – удивился парень, когда я смачно и витиевато выругался. Какой бы выбор сейчас ни был, результат все равно скажется на Репутации и Привлекательности. Скажу, что нужно всем превращаться в людей – Оглобля зачахнет, начнет корить себя и меня, что не остался Жрецом, и Лиза будет недовольна. Скажу, что нужно оставаться в текущем состоянии – пятеро других Зомби будут страдать, корить меня и… опять меня, что сделает отношение части НПС в Анхурсе крайне негативным по отношению ко мне и моему клану. Засада со всех сторон, решить которую мне нужно в самое ближайшее время.

– Так, бойцы – ваше желание какое? – для начала я обратился к стражникам. Получив единогласное бурчание, что им в Анхурсе лучше, но они примут любое решение господина Графа, я сморщился – текущая ситуация может еще и на мой социальный статус повлиять. Оглобля робко попросил оставить его Жрецом, если такое возможно, но против товарищей он не пойдет. Ибо это неправильно.

– Что скажешь? – всего через минуту спросил меня Кнуклеар, явно подталкивая к принятию решения. – Будем превращаться или нет? Шесть Духов – шесть Зомби. По-другому никак.

Проигнорировав вопрос Монаха, я уже собрался просить помощи у Насти, как безумная идея мухой залетела ко мне в голову и мне не удалось убить ее мухобойкой. Когда мысли надоело жужжать, она уселась на мозг, словно на сахар, и принялась его с чавканьем жевать, требуя немедленных действий. В воображении возникла удивительная картина – ошарашенные хомяк и жаба стоят с выпученными глазами, в то время как муха, обвешанная цепями и блестками, словно известный исполнитель рэпа, сидит в огромных солнцезащитных очках на диване, уминая кусочки мозга в качестве попкорна, и требует продолжения фильма. Мысль явилась на представление и требует действия.

Амулет связи появился у меня в руках, словно по волшебству.

– Слушаю! – послышался ответ, вызвавший у меня вздох облегчения. Гарантий на то, что моя ученица находится в игре, не было никаких.

– Флейта, это Махан. У меня для тебя…

– МАХАН! – Визг в амулете заглушил все, что только можно. – ТЫ ГДЕ?!

– Не кричи ты так, – недовольно пробурчал я. – Прямо сейчас я у учителей Зомби-Монахов. В Картосе и мне…

– Стой на месте, я сейчас! Пять минут! Никуда не уходи! Я быстро! – проорало мое недоразумение, отключая амулет. Я растерянно посмотрел на выключившийся прибор связи. Что это было?

– Что скажешь? – вновь спросил Кнуклеар, заставляя меня вернуться к действительности и отмечая окончание очередной минуты ожидания.