Так держать, сталкер! - Алексей Калугин

– Что мы делаем здесь? – посмотрел на приятеля Шатун. – А, Кривошип?

Кривошип безразлично пожал плечами.

Шатун, пока извинялся перед Суицидом за поломанную мебель, успел у бармена работку подцепить. Нужно было очистить от спиногрызов заброшенную фабрику по производству памперсов. Фабрика и прилегающая к ней территория принадлежала фракции «Патриоты». Эти господа предпочитали делать всю грязную работу чужими руками. Вот и попросили Суицида нанять вольных сталкеров для отстрела вконец распоясавшихся тварей. А то за последние пару недель потери среди «Патриотов» максимально приблизились к боевым.

– Ну, что, двинулись?

План был простой. Сначала зачистка памперсной фабрики – до нее сутки ходу. Оттуда до Тыквенной Поймы, где, если верить карте, спрятан контейнер с грибами, прямиком два дня топать. Путь чистый, если не считать того, что нужно будет срезать угол по территории «каменщиков». «Каменщики» – они народ странный. Могут пропустить, а могут и охоту на чужака устроить. Говорят, у них с мозгами не все в порядке, потому что на их территории расположен Колодец Душ, из которого временами доносится Голос. Непонятно кому принадлежащий, да и бормочущий всякую чушь. Но раз услыхав этот Голос, человек терял рассудок и начинал вытворять что-то невообразимое. Что именно – никто не знал. Да и знать не хотел. Голос из Колодца Душ был одним из зловещих проклятий Зоны. А еще были Большая Выгребная Яма и Логово Белого Червя. Много чего было в Зоне – обо всем и не расскажешь. И все по большей части весьма мерзопакостное.

Шатун передернул затвор своего «ПП-2000» с плечевым упором, мигнул зеленым огоньком лазерного прицела и нажал на курок. Сухо щелкнул ударивший в пустоту боек. Шатун довольно осклабился и коротким ударом ладони загнал в рукоятку магазин на сорок четыре патрона.

– Пошли!

Сталкеры разом поднялись на ноги, закинули на спины рюкзаки и не спеша, размеренно зашагали вперед, топча подошвами тяжелых армейских башмаков серую, пожухлую траву и ползающих в ней насекомых-мутантов.

– Эй!.. Сталкеры!.. Подождите!..

Сталкеры разом повернулись.

Следом за ними, спотыкаясь, бежал странный тип в широкополой шляпе, темных солнцезащитных очках, расшитом блестками черном френче и узких, плотно обтягивающих худые ляжки, черных штанах.

Сталкеры недоумевающе переглянулись.

– Он что, собирается вернуть нам деньги за концерт? – высказал кажущееся ему вполне уместным предположение Кривошип.

– Нет, – качнул головой Шатун. – Думаю, это мы ему что-то должны.

– Разве? – Кривошип озадаченно почесал заросшую черной щетиной щеку. – А что, разве мы вчера?..

– Нет, – не дал ему закончить Шатун.

– Так чего же?.. – рукой указал на бегущего к ним артиста Кривошип.

– Щас узнаем, – безразлично сплюнул в сторону Шатун.

Не в пример приятелю, Шатун по природе своей был невозмутим и спокоен.

– Сталкеры!.. Товарищи!.. Братцы!..

Добежав до сталкеров, Джексон кинул на землю плотно набитый рюкзак и длинный брезентовый чехол, после чего сложился пополам, оперся ладонями о согнутые колени и несколько раз глубоко вздохнул.

– Ну, чего тебе? – набычившись, сурово посмотрел на Майкла Кривошип.

Джексон пришел в себя быстрее, чем можно было ожидать. Отдышавшись, он выпрямился, как бойцовый петушок, прижал локотки к ребрам, подпрыгнул на месте, быстро обернулся вокруг себя на пятке и шляпу на нос сдвинул. Тонкие, напомаженные губы расползлись в коварной улыбке отравителя.

– Братья-сталкеры, вы в Зону идете?

– А здесь, куда не иди, всюду Зона, – усмехнулся Кривошип.

– Возьмите меня с собой!

Сталкеры удивленно посмотрели друг на друга. Чего угодно ожидали они от бежавшего за ними следом Майкла Джексона, только не этого. Всем известно, что Майкл давно уже с катушек слетел. Но не до такой же степени!

– На фиг он нам нужен? – спросил приятеля Кривошип.

Шатун молча пожал плечами.

– На фиг ты нам нужен? – Кривошип задал тот же вопрос самому Майклу.

– Это мне нужно, – продолжая зловеще улыбаться, приложил руку к груди Джексон. – Мне непременно нужно в Зону.

– Зачем это? – подозрительно прищурился Кривошип.

– Говорят, что в самом центре Зоны есть Великая Глыба, исполняющая любые желания.

– Ну, допустим, не все, а только заветные, – уточнил Шатун.

– Отлично! – бойко кивнул Майкл. – Мне это подходит!

– А ведомо ль тебе, что далеко не каждому сталкеру удается добраться до Глыбы? – церемонно, как предписывали неписаные правила, осведомился Кривошип.

– А из тех, что доходят, немногие назад воротятся, – в том же духе продолжил Шатун.

– Слышал я это, – кивнул Джексон. – Но я готов рискнуть.

– Слыхал! – прикладом автомата ткнул приятеля в бок Кривошип. – Он готов рискнуть!

– А мы, выходит, за просто так должны свои животы надрывать, – закончил мысль приятеля Шатун.

Нижняя челюсть Майкла удивленно отвалилась, но он рукой тут же поставил ее на место.

– А вы сами?.. Вы разве не к Глыбе идете?

– Далась нам это Глыба! – махнул рукой Шатун. – У нас и без нее дел выше крыши.

– Но как же так? – вконец растерялся Майкл. – Разве вы не хотите, чтобы Глыба исполнила все ваши желания?

– Тебе ж русским языком говорят, Майки, Глыба выполняет лишь заветные желания. Врубаешься? – Кривошип показал Джексону палец с широким грязным ногтем. – Заветные!

– Ну, да, – быстро кивнул Майкл. – Конечно! Самые заветные желания!

– Конечно, – скривившись, передразнил его Шатун. – А ты знаешь свое заветное желание?

– Конечно! Я хочу…

– Да тебя не спрашивают, чего ты хочешь! – не дослушав, перебил Майкла Кривошип. – Речь идет о том, что в самой глубине твоей души сокрыто! Врубаешься?

– Ну-у… – озадаченно протянул Джексон.

– Ни черта ты про свою душу не знаешь, – в сердцах махнул на него рукой Шатун. – И никто не знает. Поэтому мужики с понятием предпочитают не рисковать. Черт знает, что из твоей души выползет?

– Точно! – подтвердил Кривошип. – Натворить можно такого, что потом ни один ваш Суперхрен не исправит!

– Но я-то точно знаю, чего хочу! – убежденно хлопнул себя ладонью по груди Джексон.

– И чего же, если не секрет?

– Хочу стать прежним!

– То есть черным и кудрявым?

– Нет, богатым и знаменитым.

– А-а… – протянул многозначительно Шатун. – Тогда – понятно.

– Давай возьмем его, – решил неожиданно Кривошип.