Ведьма и закон - Евгения Чепенко

– Сказано было попросить выполнить порученное им обязательство. Я и попросил…

– Когтями по роже?

– Нет, это уже уговаривал.

– Хорошо сработали, – без обиняков подвел итог Лик, прерывая дальнейшие реплики, и обернулся к Мосвен. – Заканчивайте с демонстрацией и отправимся в джунгли смотреть, какие из нас профессионалы.

Кошка согласно кивнула и вернулась к прерванному занятию, Маруся же недолго думая соорудила из пыли планшет со всей необходимой по делу информацией и осторожно передала его Иму. Горица тут же склонилась к плечу аниото, жадно вчитываясь в текст на экране. Берегиню явно что-то беспокоило. Руся не определила бы это по ее эмоциональному состоянию – подобного стандартного среди созданий таланта у Козловой не водилось, но зато она умела наблюдать, когда хотела. А сейчас ведьма хотела и заметила очевидно странное поведение Горицы. Русалка притихла и совершенно не сопротивлялась сущности Иму, более того, то, как она прильнула к его плечу, рассматривая данные на планшете, – и вовсе событие из ряда вон для природы этих двоих.

Доли секунды длились размышления ведьмы, когда аниото повернулся и уставился ей в глаза. Зрачки леопарда не расширились, как это бывало при нападении, но пристальный немигающий взгляд желтых глаз по-настоящему испугал, хотя, казалось, и не выражал ничего. Мос была права, предупреждая о границах территории их штатного хищника. Маруся как можно мягче улыбнулась, стараясь показать себя максимально безобидной, отступила от пары на несколько шагов и перевела взгляд на Мосвен. Глупой ведьма не была никогда, хотя могла казаться порой, и основы взаимоотношений с оборотнями знала назубок – это первая тема в вузах по курсу теории безопасности взаимодействия.

Козлова настолько увлеклась своими наблюдениями и размышлениями, что не с ходу среагировала на начавшиеся передвижения в лаборатории. Лишь после третьего оклика женщина наконец очнулась:

– Чего?

Только задав этот вопрос, она сообразила, насколько невежливо и неуважительно он прозвучал, тем более по отношению к шефу.

Ликург холодно взглянул на подчиненную.

– Еще раз: группа отправляется на места захоронений. А вы, госпожа Козлова, идете со мной, точнее, летите. Не забудь свой чудо-транспорт.

– Ага, – кивнула Руся. – То есть – есть! В смысле да!

Зверобой тихо засмеялся и направился к выходу.

– Господа, прошу за Иму, поймаем избиенных и вытрясем из них по максимуму. Что, где, кто, когда и почему.

Группа быстро удалилась, оставив Марусю наедине с богом, в очередной раз ею разозленным.

– А Зверобой – ваш зам? – отважилась на вопрос ведьма, осторожно собирая в мешочек пыль от планшета, который ей бросил на ходу Иму.

– Нет. – Ликург, склонившись над костями, внимательно прислушивался к своим ощущениям. – В рабочих вопросах в мое отсутствие группу ведет тот, чьи возможности лидируют на конкретный момент. Если речь об охоте – ведет Иму, нужны детали и вероятные версии событий – Зверобой, допрос свидетелей – Клеомен, если фигурируют человеческие взаимоотношения – Горица.

– А Мосвен? – Руся подошла чуть ближе.

– Отойди! Ты мне закрываешь эмоциональное поле жертв.

– Извините. – Она поспешно отскочила. – Я запомню. Больше не повторится.

– Хорошо, – все так же прохладно-равнодушно констатировал Ликург. – Мос редко выезжает, она техник. Ее присутствие требуется только в исключительных случаях.

– А чем этот исключительный?

Шеф оторвался от своего занятия и вполоборота развернулся к ведьме.

– Тем, что трупы людей здесь. Пошли.

Козлова, готовая сорваться с места в любой момент, схватила в охапку метлу и поскакала вслед за шефом, стаскивая на ходу чехол. Требования новой работы определенно не дадут ей времени насладиться заработной платой. Быть безалаберной и невнимательной стало весьма проблематично, стоило начать менять подход к жизни и заключать Шута в более жесткие рамки до момента увольнения.

Руся была уверена, что в один прекрасный момент шеф найдет способ от нее избавиться без зазрений совести, и сделает это. Каждое мгновение, несмотря на свою мрачность или непредсказуемость, укрепляли ее в решимости бороться за полученную должность. Если она и могла где-то по-настоящему принести пользу и почувствовать себя значимой частицей мироздания, то именно здесь.

Выбежав из больницы, Маруся едва успела оседлать метлу и стукнуть каблуками по земле, когда Ликург вскочил на небольшой, местами протертый до дыр коврик, и взмыл над деревьями. От неожиданности женщина хихикнула. В этой забытой мирозданием дыре она ожидала, что бог проявит свою сущность и за неимением иного средства передвижения заставит работать на себя те природные стихии, что подчинены ему, но никак не добудет неизвестно где дряхлый ковер-самолет. Этот половичок под его весом в воздухе рассыплется как пить дать.

– Твоя метла выглядит столь же нелепо, – сквозь шум встречного ветра прокричал Лик.

– Извини. – Маруся попыталась унять рвущийся наружу смех. С таким начальником совсем не помыслишь свободно, и напрасно она посчитала, будто он не слишком контролирует своих людей. Контролирует, и еще как.

В попытке отвлечься ведьма принялась рассматривать проносящиеся под ногами виды. Любоваться в общем-то, на взгляд Руси, было не на что: джунгли, джунгли, снова джунгли, потоки мутных рек, спускающиеся со склонов дремлющего вулкана, волны черной лавы, поднимающиеся из недр земли и продолжающие по сей день создавать остров, – на этом ландшафт исчерпывал свои красоты. Городские пейзажи как-то привлекали всегда больше, особенно вечерами, когда загорались искусственные огни. Козлова порадовалась действию нового зелья, разработанного доком специально для нее, – летит змий знает на какой высоте, а акрофобии словно и нет. Джунгли пугали, и сильно, зато высота – нисколько. Женщина облегченно вздохнула и тут же напряглась.

Джунгли пугали ее!

Нарастающая паника начала подниматься из глубин сознания. В голове сама собой возникла мысль о возможности упасть среди деревьев и остаться один на один с темным, неприветливым, неосвоенным миром, где к тому же бродит неизвестной породы хищник, жестокий… Неуловимый хищник… И еще все эти местные боги, демоны, духи и прочая плотоядная живность!

– Здравствуй, гилофобия, – прошептала женщина, впиваясь влажными ладонями в черенок метлы. – Док будет рад встрече. Он нас со всеми вами очень любит. Причем вас, похоже, скоро будет любить больше, чем меня.

– Прилетели, – донесся до Руси оклик шефа.

Козлова как можно усерднее постаралась затолкать панику обратно в глубины своей не совсем здоровой психики и сосредоточиться на работе. Вышло вполне сносно. К ее радости, посреди искусственно созданной площадки на склоне горы, прямо над обрывом возвышался каменный дом с крышей и стенами частично из темно-алого триплекса. Солнечные лучи, проходя сквозь стекло, создавали внутри иллюзию заката длиною в день.