Ноги из глины - Терри Пратчетт

— Да так… — ответила она вслух. — Ну, как насчет выпить?

— Только не пива, — быстро сказала Шельма. — И желательно, чтобы там не пели. И не хлопали себя по коленям.

Ангва понимающе кивнула.

— То есть обойдемся без шумной гномьей компании?

— Э… да…

— Там, куда мы сейчас направимся, гномов не будет. Это точно, — успокоила Ангва.

Туман быстро сгущался. Весь день он провел в темных проулках и подвалах, но теперь, с приближением вечера, опять начал наглеть. Он поднимался над землей, спускался с небес, облекая мир в плотное колючее одеяло противного желтого цвета. Словно река Анк вдруг решила распространяться воздушно-капельным путем. Туман просачивался сквозь щели и вопреки всякому здравому смыслу скапливался далее в ярко освещенных комнатах, заставляя глаза слезиться, а свечи — потрескивать. Идущий навстречу прохожий представлялся неким неведомым чудовищем, а каждая тень несла угрозу.

Свернув с какой-то занюханной улочки в столь же занюханный проулок, Ангва наконец остановилась и, расправив плечи, толкнула дверь.

Когда она шагнула через порог, атмосфера в длинном темном зале мгновенно изменилась. На миг наступила напряженная звенящая тишина, но только на миг, затем люди слегка расслабились и повернулись обратно к столам, за которыми сидели.

Да, они сидели. И даже были похожи на людей. Отчасти.

Шельма подступила к Ангве поближе.

— Как это место называется? — прошептала она.

— Вообще-то, никак, — пожала плечами Ангва, — но иногда мы называем его «Заупокоем».

— Снаружи оно совсем не похоже на какой-нибудь трактир. Как ты его нашла?

— Никак. Его не находят, сюда… притягивает.

Шельма нервно оглянулась по сторонам. Она понятия не имела, куда они с Ангвой забрели. Знала только, что в этом районе города торгуют всевозможной скотиной. В окрестных переулках легко было заблудиться навсегда.

Ангва подошла к стойке.

Из темноты выступила неясная тень.

— Привет, Ангва, — изрекла тень низким перекатывающимся голосом. — Фруктовый сок, как обычно?

— Да. Охлажденный.

— А как насчет гнома?

— Его она съест сырым, — сказал чей-то голос откуда-то из темноты.

Над столами пронесся смех. Некоторые смешки показались Шельме слишком… нетипичными. Они никак не могли сорваться с ОБЫЧНЫХ губ.

— Мне тоже фруктовый сок, — пискнула она.

Ангва бросила взгляд на новообретенную подружку, ощутив странную благодарность. Булавообразная голова капрала Задранец даже не дернулась. Ангва отстегнула свой значок и подчеркнутым жестом положила его рядом собой, после чего, чуть склонившись вперед, показала иконографию человеку за стойкой.

Или не человеку. Шельма пока не определилась с этим. Надпись над стойкой гласила: «Со Сдачей Не Заржавеет».

— Ты знаешь все, что происходит, Игорь, — сказала Ангва. — Вчера убили двух стариков. А еще недавно у тролля Вулкана похитили кучу глины. Что-нибудь слышал об этом?

— А тебе какой интерес?

— Убивать, хоть и стариков, — это против закона, — ответила Ангва. — Конечно, есть еще много чего противозаконного, поэтому у нас много работы. Но мы предпочитаем заниматься ВАЖНЫМИ делами. Чем ловить за руку всякую мелочевку. Ты меня понимаешь?

Тень понимала.

— Выбирайте стол, — буркнул трактирщик. — Я принесу напитки.

Ангва направилась к столику, расположенному в стенной нише. Завсегдатаи трактира уже не обращали на них никакого внимания. Застольные беседы возобновили свое течение.

— Что это за трактир такой? — прошептала Шельма.

— Тут… всякий может немного побыть самим собой, — медленно ответила Ангва. — Всякий, кто в иных местах должен соблюдать осторожность. Уловила?

— Нет…

Ангва вздохнула.

— Вампиры, зомби, страшилы, вурдалаки и так далее. Одним словом, всякая нежи… — Она вовремя прикусила язык. — Те, кто живет иной жизнью, — поправилась она. — Среди обычных людей этим, э-э, людям приходится вести себя очень осторожно, чтобы не возникло каких-либо проблем. А здесь можно расслабиться. Таковы правила: не высовывайся, трудись себе тихонько, не пугай никого, иначе одной прекрасной ночью к твоему дому пожалует толпа с вилами и ярко пылающими факелами. Но иногда так хочется пойти туда, где на тебя никто не будет коситься…

Глаза Шельмы немного привыкли к тусклому свету, и она уже могла различить некоторых из посетителей трактира. У кое-кого были острые уши и длинные морды. Кто-то вообще не был похож на человека.

— А кто эта девушка? — спросила она. — Она выглядит… вполне нормальной.

— Фиалка. Зубная фея. А рядом с ней страшила, его зовут Шлеппель.

В дальнем углу дремал некий господин в огромном плаще и высокой, широкополой, остроконечной шляпе.

— А это кто?

— Старина Лихо, — сказала Ангва. — И если не хочешь больших неприятностей, лучше тебе его не будить.

— А… вервольфы тут есть?

— Присутствует парочка, — ответила Ангва.

— НЕНАВИЖУ вервольфов.

— О?

Но самая странная клиентка сидела одна за маленьким круглым столиком. Древняя старушка в шали и соломенной шляпке, украшенной цветочками. С отсутствующей добренькой улыбкой она смотрела прямо перед собой, что в данных обстоятельствах пугало даже больше, чем все необычные посетители трактира вместе взятые.

— А она?… — тихонько указала Шельма.

— Ее зовут госпожа Шамкинг.

— И кто она такая?

— Ты думаешь, что она тоже какой-нибудь вампир, вервольф, зомби или страшила? Ничего подобного. Самая обычная старушка. Частенько заходит сюда выпить стаканчик винца и пообщаться. Иногда мы… ОНИ поют песни. Старые песни, которые она помнит. Кстати, она почти ничего не видит.

Огромное, неуклюжее, волосатое существо остановилось рядом с госпожой Шамкинг и поставило на ее столик бокал.

— Прошу, госпожа Шамкинг, — прогромыхало существо. — Портвейн с лимоном, как заказывали.

— Твое здоровье, Чарли! — воскликнула старушка. — Как твои водопроводные дела?

— Вашими молитвами, госпожа Шамкинг, — ответил страшила и растворился в темноте.

— Он и вправду водопроводчик? — изумилась Шельма.

— Конечно, нет. Я знать не знаю, кто такой этот Чарли. Наверное, умер уже лет сто как. Но госпожа Шамкинг искренне уверена, что страшила — это Чарли. А кто мы такие, чтобы разубеждать ее?

— Она что, не знает, что это место?…

— Слушай, она ходила сюда еще во времена, когда этот трактир именовался «Корона и Топор», — пожала плечами Ангва. — Зачем менять старые традиции? Кроме того, госпожу Шамкинг все любят. И даже… приглядывают за ней. Кое-чем помогают.