Освободитель - Александр Прозоров

— Вот, черт! — раздраженно сплюнул Вожников. — Так влипнуть на пустом месте! Вот тебе и поговорили об истории с географией…

— Разве ты не ученый, друг мой Августин? — укоризненно покачал головой сарацин. — Разве ты понимаешь, что нельзя принимать на веру то, что опровергают твои глаза и уши? В наших землях никто не знает о войне с народом монголов!

— Сему парадоксу дано исчерпывающее и логичное объяснение многими историками, посвятившими себя познанию подробностей магольского нашествия, — заявил монах. — Они догадались, что все народы, проживающие в землях русских, татарских, булгарских и хорезмийских, были истреблены маголами до последнего дитяти и заселены захватчиками. Название же прежнее мертвых племен стало общепринятым обозначением маголов, их заклятых врагов. Победители поступали так с целью избежать возмездия со стороны божеств завоеванных стран. Они скрывали от своих детей их и свое истинное происхождение, и посему народы славянские, татарские и азиатские считают себя исконно местными обитателями, не зная, что на деле происходят от корня монгольского[23]…

— Отче, а тебя в нас с самаркандцем ничего, случайно, не смущает? — спросил Егор и оттянул пальцами края глаз, изображая узкоглазого азиата.

— Если ты станешь оспаривать истинность магольского нашествия, несчастный еретик, то закончишь свою жизнь на костре, — лаконично парировал аргумент Егора монах.

— Понял, молчу! — спешного бегства из Авиньона Вожникову вполне хватило. Срывать разведывательную вылазку из-за какой-то мелкой религиозно-исторической дурости он не собирался. — Уже забыл про все, и прошу прощения, если оскорбил чьи-то христианские убеждения. Обещаю поставить каменный пятишатровый храм в честь святого Августина в благодарность за свое чудесное спасение из… — Он хотел сказать «из лап церковной мафии», но вовремя осекся и поспешил сменить тему: — Куда мы держим путь, отец Августин?

— В Тулузу. Мыслю, в тамошнем университете вас примут с радостью, и мы сможем продолжить наши захватывающие беседы и диспуты… — получив извинения и обещание возвести церковь в свою честь, монах несколько поостыл и подобрел.

— Прекрасно, — кивнул Вожников. — Но подскажи мне, отче, пока опять не случилось очередной неприятности: каких еще тем нам не стоит касаться в разговорах с монахами и студентами? Они не донесут на меня в инквизицию, если я скажу, что не верю в призраков, что Земле миллионы лет или что она круглая?

— Не круглая, а шарообразная, — поправил его монах, словно студента-недоучку. — Никогда не слышал, чтобы Святая инквизиция испытывала интерес к Беде Достопочтенному, Блаженному Августину, Клименту Римскому или Иоанну Дамаскину. А ведь сии святые подвижники неоднократно указывали ученикам своим, что Господь создал Землю в виде шара, ибо такое тело имеет форму идеальную, наиболее достойную для божьего творения. Данный вопрос подробно разобран в «Шестодневе» Георгия Писиды и трудах Иоанна Грамматика. Архиепископ Кесарийский святой Василий Великий еще тысячу лет назад предположил, что шар земной покоится на подушке из сжатого воздуха в центре сферической Вселенной, и нам нет оснований не верить сему святителю…

— Я лучшее вообще буду помалкивать в тряпочку, — сделал радикальный вывод Вожников. — Похоже, я помню заметно меньше, чем все вы тут уже знаете.

Однако продемонстрировать скромность Егору не удалось. Через четыре дня, на полпути к Тулузе, обоз нагнал всадник. Он перекинулся с монахом парой слов и помчался дальше.

— Аббату университета в Тулузе предложено взять под стражу сарацинского проповедника и его сотоварищей, буде те появятся в стенах его обители, — перевела шевалье Изабелла. — Выходит, вас все же обвинили в святотатстве.

— Боюсь, друг мой, у меня для вас плохие известия. — Отец Августин подошел к саням с самаркандским географом. — Мой студент сказал, что Тулуза будет для вас опасна.

— Мы повернем на север, — решил за своего спутника Вожников. — Посоветуй, отче, где нам найти хороших алхимиков, чтобы узнать о тайнах трансмутации?

— Не знаю, какой город посоветовать… — задумался монах. — Хорошие ученые были в Клермоне. Там, помнится, они даже объединились в цех. В Сорбонне, в Париже, тоже прекрасные и опытные ученые. В Орлеане юный граф Жиль де Бриен увлекся этим искусством и собрал многих знатоков, в том числе двух раввинов. Он сирота, воспрепятствовать некому. Хотя, конечно… В одиннадцать лет… Но алхимики возле него знающие. К тому же в Орлеане прекрасный университет! За время смуты в него перебралось из Парижа очень много образованных преподавателей.

— Орлеан — это то, что нам нужно, — кивнул Егор. — Огромное спасибо за подсказку.

— Рад услужить, мудрые путники. — Монах горестно вздохнул. — Мне будет не хватать наших бесед, уважаемый Хафизи Абру. Мы могли рассказать друг другу еще так много!

— Надеюсь, ты не забыл о его просьбе снять копии с университетских книг по истории, географии и о прочих современных науках? — вмешался Вожников. — Ручаюсь, очень скоро найдется способ отправить их в Самарканд, в новый Дом Мудрости султана Улугбека. Об этом позаботятся крайне влиятельные лица.

— Мы исполним сие обязательство, — без особой уверенности сказал отец Августин. — Но это произойдет не быстро. После всего случившегося наш аббат может отказаться от данного обещания…

— В таком случае папа Мартин вскоре пришлет ему письмо, в котором велит оказывать тебе, отче, всяческое содействие в сем деле, — пообещал Егор.

— А тебя, сын мой, очень прошу быть воздержанным при высказывании своих мыслей, — сказал отец Августин. — Познавая тайну Божьего замысла, мы не должны забывать о священных словах его Писания. Сомнение даже в одном слове может вызвать сомнение во всех заветах Всевышнего! Ради твердости христианской веры любой правитель или священник пожертвует жизнью богохульника.

— Пожалуй, папа Мартин поручит тебе самолично отвезти снятые копии в Самарканд, — мстительно заявил Вожников.

— Ты молодец, — кивнул монах. — Тебе костер грозит, а ты шутишь. Однако не станем терять времени. Лучшее, что я могу сейчас для вас сделать, так это спешно вернуться в Авиньон и поведать там, что вы направились в университет Монпелье, из коего намерены морем вернуться в исламские страны, в Тунис или Египет. Надеюсь, после этого недруги потеряют к вам интерес и прекратят поиски. Удачи вам, друзья мои! Будьте осторожными.

Ученый священник перекрестил путников, каждого по очереди, поклонился еще раз, оправил длинный подол сутаны и засеменил по дороге обратно на восток.