Кровь эльфов - Анджей Сапковский

– Эх, Ламберт, если б тебя услышала Трисс!

– Если бы да кабы во рту выросли бобы, то был бы нерот, а целый огород. Ну достаточно.

– Я не устала.

– А я устал. Сказал, отдых. Слезай с гребня.

– Сальто?

– А ты как хотела бы? Как курица с насеста? Давайпрыгай. Не бойся, я подстрахую.

– Ххаа-а!

– Ловко. Для девчонки очень даже хорошо. Можешь снятьповязку с глаз.

– Трисс, может, на сегодня довольно? А? Давай возьмемсанки и покатаемся с горки? Солнце светит, снег искрится, аж глазам больно!Прекрасная погода!

– Не высовывайся, вывалишься из окна.

– Пойдем за санками, Трисс! Ну Трисс!

– Скажи это Старшей Речью. Урок окончен. Отойди отокна, возвращайся к столу… Цири, сколько раз можно просить? Перестаньразмахивать мечом. Положи.

– Это мой новый меч! Настоящий, ведьмачий! Из стали,которая упала с неба! Правда-правда! Так сказал Геральт, а он никогда не лжет,ты же знаешь!

– О да. Знаю.

– Мне надо к этому мечу привыкнуть. Дядя Весемирподогнал его как раз к моему весу, росту и длине руки. Я должна приучить к немукисть и запястье.

– Приучай себе на здоровье, только во дворе. Не здесь.Ну слушаю. Кажется, ты собиралась предложить мне покататься на санках. СтаршейРечью. Ну предлагай.

– Хм… Как будет «санки»?

– Sledd – как предмет. Aesledde – как действие.

– Ага. Понятно. Va’en aesledde ell’ea?

– Так вопрос заканчивать нельзя. Это невежливая форма.Вопрос подчеркивают интонацией.

– Но дети с Островов…

– Ты изучаешь не скеллигский жаргон, а классическуюСтаршую Речь.

– А к чему она мне, эта Речь?

– К тому, чтобы ее знать. Полезно научиться тому, чегоеще не знаешь. Кто не знает языков – тот калека.

– Все равно все разговаривают на всеобщем!

– Верно. Но некоторые – не только на нем. Уверяю тебя,Цири, лучше причислять себя к некоторым, чем ко всем. Ну слушаю. Итак, полнаяфраза: «Погода у нас сегодня прекрасная, поэтому пойдем кататься на санках».

– Elaine… Хм… Elaine tedd a’taeghane, a va’en aesledde.

– Прекрасно!

– Ха! Ну пошли кататься.

– Пошли. Но позволь мне докончить макияж.

– Для кого это ты так размалевываешься, а?

– Для себя. Женщина подчеркивает красоту ради улучшениясамочувствия.

– Хм… Знаешь что? Я тоже скверно себя чувствую. Несмейся, Трисс!

– Иди сюда. Садись ко мне на колени. Отложи меч, я жепросила! Спасибо. Теперь возьми вон ту большую кисточку, попудри лицо. Не таксильно, дева, не так сильно! Глянь в зеркало. Видишь, какая ты красивая?

– Не вижу никакой разницы. Я подкрашу себе глаза,хорошо? Почему ты смеешься? Ты же всегда красишь глаза. Я тоже хочу.

– Хорошо. Давай наложи вот эти тени на веки. Не зажмуривайся,ты же ничего не видишь, размазываешь по всей мордашке. Возьми немного и толькочуточку махни по векам. Махни, говорю! Дай-ка я разотру. Закрой глаза. А теперьоткрой.

– О-о-о!

– Чувствуешь разницу? Чуточку теней не помешает дажетаким красивым глазкам, как твои. Эльфки знали, что делали, когда придумывалитени для век.

– Эльфки?

– Ты не знала? Макияж – изобретение эльфок. Мы многополезного позаимствовали у Старшего Народа. Чертовски мало дав им взамен.Теперь возьми мелок, тоненько обведи верхнее веко, у самых ресниц. Цири, что тыделаешь?

– Не смейся. У меня же веко дрожит!

– Немножко раскрой рот, дрожать перестанет. Видишь?Готово.

– Ого!

– Ну теперь пойдем повергнем своей красотой нашихведьмаков в шок. Не знаю ничего более приятного. А потом возьмем санки иразмажем весь макияж в глубоких сугробах.

– И раскрасимся снова!

– Нет. Велим Ламберту натопить баню и искупаемся.

– Опять? Ламберт говорит, что мы расходуем слишком многодров на наши купания.

– Lamberth caen me a’baeth aep arse.

– Что? Этого я не поняла…

– Со временем научишься идиомам. До весны еще успеешьмного чего узнать. А теперь… Va’en aesledde, me elaine luned!

– Ну что на картинке… Да нет, черт возьми, не на той…На этой. Это, как ты уже знаешь, гуль. Послушаем, что тебе известно о гулях…Эй, дева, а ну-ка глянь на меня. Слушай, что там у тебя, ядрена вошь, на веках?

– Хорошее самочувствие.

– Чего-чего? Ну ладно. Слушаю.

– Хм… Гуль, дядя Весемир, это чудище, которое пожираеттрупы. Встретить его можно на кладбищах, около курганов, всюду, гдепогребывают, не – погребают мертвецов. В не… некрополях. На местах схваток, напобоищах…

– Выходит, опасен он только для покойников, так, чтоли?

– Не только. На живых гуль тоже нападает. Когда голоденили разъярен. Например, когда идет бой… Много погибших людей…

– Что с тобой, Цири?

– Ничего.

– Послушай. Забудь о прошлом. Оно уже не вернется.

– Я видела… В Соддене и Заречье… Целые поля… Они лежалитам, их грызли волки и одичавшие собаки. Расклевывали птицы… Наверняка там былии гули…

– Потому ты сейчас и изучаешь гулей. Известноеперестает быть кошмаром. То, с чем умеешь бороться, уже не так страшно. Какбороться с гулем, Цири?

– Серебряным мечом. На гуля действует серебро.

– Что еще?

– Яркий свет. И огонь.

– Значит, с ним можно бороться при помощи света и огня?

– Можно, но опасно. Ведьмак не должен пользоваться нисветом, ни огнем. Это мешает видеть. Яркий свет отбрасывает тени, а тенизатрудняют о… риентацию. Драться всегда надо в темноте, при свете луны илизвезд.

– Совершенно верно. Правильно запомнила, понятливаядевочка. А теперь взгляни на эту гравюру.

– Уууу…