История (не)любви - Ольга Герр

Лэрд уже был в дверях, когда я крикнула ему в спину:

— Не ждите меня этой ночью. Сегодня между нами уже ничего не будет.

Мужчина резко остановился, а потом развернулся и одарил меня взглядом из разряда убийственных. Я почувствовала себя отомщенной за то, что он со мной сделал. Не пристало мужчине брать женщину при свете дня. Мало того, что он сам поступил дурно, так еще меня втянул в свой грех.

— Я извещу, когда пожелаю снова вас видеть, — в тон мне произнес лэрд, прежде чем покинуть спальню.

Если все наши встречи будут проходить и заканчиваться вот так, я состарюсь раньше времени. Очень трудно выдерживать давление этого человека. Каждый раз после его ухода я чувствовала себя опустошенной и разбитой.

Я снова откинулась на кровать, думая о том, кто донес лэрду о визите Рика. Долго перебирать врагов не пришлось. Сердце подсказывало: постаралась леди Мелания. Доказательств у меня не было, но я не сомневалась в своей правоте. Ей одной выгодны наши с лэрдом ссоры.

Наверняка лэрд устроил Рику допрос, прежде чем выдворить его из Кингросса. Анрэй Вестор прекрасно знал, что с мужем у меня ничего не было, но решил на всякий случай напомнить, кто здесь главный. Что ж, урок я усвоила.

Этим же вечером, выходя из покоев, я заметила в коридоре у моих дверей сурового вида вояку – в кольчуге и с мечом. Ему даже в бой вступать не требовалось: один его вид отпугивал врагов. Лэрд оберегал свою собственность, а так как я была именно ею, то и ко мне приставил охрану.

Стало любопытно: воин здесь ради моей безопасности или для того, чтобы Анрэй Вестор знал, кто и когда меня посещает. Разумеется, я ничего не спросила, хотя так и подмывало.

А еще я испугалась, что теперь шагу не ступлю без охраны, но Берта быстро нашла способ: сбегать от соглядатая через запасной выход для служанок. Оттуда по черной лестнице на улицу. Само собой, я пользовалась этим способом лишь в исключительных случаях. В первую очередь для похода за настойкой. В остальное время меня сопровождал воин.

Вскоре лэрд выдвинул новое требование: он захотел ужинать со мной. Ничего такого, просто ужин в его личных покоях. Он объяснил это желанием общаться со мной. По его словам, моя компания доставляла ему удовольствие. В своих условиях я не оговаривала, как и сколько мы можем видеться в течение дня, и он этим воспользовался.

Вопреки ожиданиям ужины проходили в мирной обстановке. Лэрд выбирал для разговора нейтральные темы. Даже обсуждал со мной пару раз мелкие дела, и я вдруг поймала себя на том, что предвкушаю встречу: момент, когда мы только вдвоем, и Анрэй Вестор перестает быть лэрдом, превращаясь в обычного мужчину.

Этот мужчина был очарователен. Мне стоило больших трудов не попасть под его обаяние. Я постоянно напоминала себе, что имею дело с бессердечным и беспринципным типом.

В один из таких вечеров, когда мы только сели за стол, слуга объявил о визите леди Мелании с сыном.

— Проси, — кивнул лэрд.

Я внутренне подобралась. Выровняла спину до хруста в позвоночнике, чуть вздернула подбородок и приготовилась к встрече. Леди Мелания вошла как к себе домой и застыла, увидев меня. Скривив губы, словно вступила в кучу навоза, она присела за стол, а следом за ней подсел ее сын – Марион.

— Подай еще две тарелки, — велела женщина слуге.

Я покосилась на лэрда. Как он воспринимает ее поведение? Мужчина откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, с усмешкой наблюдая за Меланией. Своей позой он будто говорил: посмотрим, на что еще ты способна.

— Поприветствуй отца, — толкнула леди Мелания сына в бок.

— Добрый вечер, отец, — покорно отозвался мальчик бесцветным голосом, получив от лэрда в ответ кивок.

— Мне необходимо поговорить с вами, Анрэй, — заявила женщина.

Я едва сдержала улыбку. Это маленькое представление разыграно для меня. Она нарочно подчеркнула родство сына с лэрдом, хоть и на «вы», но назвала мужчину по имени. Так она обозначила свою близость к лэрду, намекая, что я здесь никто и ничто. Теперь уже и мне стало интересно, куда приведет этот разговор.

— Говори, — лэрд махнул рукой.

Но женщина тянула. Сначала она ждала, пока слуга расставит приборы. Когда он отошел, она в упор уставилась на меня. Я заерзала на стуле под этим взглядом. Первым о смысле своеобразного намека догадался лэрд.

— Чтобы ты не хотела мне сказать, Мелания, можешь говорить при Флориане.

— Но это личное! — возмутилась женщина.

— Пожалуй, мне в самом деле лучше уйти, — не желая быть причиной раздора, я приподнялась.

Меня остановил приказной тон лэрда:

— Сядь, Флориана. Ты никуда не пойдешь. Если Мелания не может говорить при тебе, мы обойдемся без ее важного разговора.

Ослушаться было невозможно, и я плюхнулась обратно на стул, а после замерла испуганной мышкой. Находиться между двух огней всегда неприятно. Я старательно избегала взгляда леди Мелании, зато наткнулась на взор Мариона. Надо сказать, он ни в чем не уступал матери. В его глазах я прочла ту же неприязнь к себе.

— Как вам будет угодно, — холодно произнесла женщина. — Я хотела обсудить посвящение нашего сына в мужчины. Мальчику уже двенадцать. Возраст подходящий.

— Когда ты планируешь посвящение? — уточнил лэрд.

— В самое ближайшее время. По правде говоря, я уже договорилась с распорядителем на послезавтра.

— За моей спиной? — мужчина нахмурился.

— Я не думала, что вы будете возражать, — пробормотала женщина. Под воздействием испуга с нее слетела вся спесь.

Но лэрд уже не смотрел на нее. Он изучал сына.

— Почему ты ешь, мальчик? — спросил он.

Марион захлопал ресницами. Вопрос застал его врасплох.

— Бен, — позвал лэрд слугу, — забери у молодого человека тарелку и приборы.

Я наблюдала за происходящим с недоумением. Какие еще законы горцев мне неизвестны? Мальчикам запрещено есть в присутствии мужчин? Но все оказалось прозаичнее.

— Перед посвящением необходимо поститься, — заявил лэрд.

— Пожалейте ребенка, он и так слаб, — вступилась за Мариона мать.

— Если твой сын, женщина, так слаб, как ты говоришь, то не лучше ли отказаться от посвящения? Возможно, он еще не готов стать мужчиной. Выбирай: либо посвящение пройдет по всем правилам – с постом, ночным бдением и молитвами, либо его не будет.

Мелания благоразумно склонила голову, принимая ультиматум, а Марион обиженно насупился. Он так и просидел до конца ужина, глядя на то, как мы едим.

У меня, признаться, аппетит пропал. Атмосфера была напряженной, но никто не осмеливался встать из-за стола раньше времени. Лишь когда лэрд отложил приборы, я поспешно откланялась. Меня отпустили величественным кивком головы. В присутствии других мужчина снова надел маску сюзерена – властного и сурового. Похоже, видеть его иным – моя личная привилегия.