Сновидцы - Маккензи Каденхэд

Вспоминаю, что Уэса расстроило что-то на столе, и спешу туда. Источник его гнева нахожу сразу. У меня перехватывает дыхание и темнеет в глазах от всего, что я вижу… По столешнице разбросаны мои фотографии из клиники. Те, что она прилепила к шкафчику, и куча других. Тут же валяются ножницы и клей. И все это сверху усыпано клочками темных волос. Моих волос. Тех, что она срезала без разрешения. Тех, что она приклеила кукле, чтобы опозорить меня в школе. Чтобы доказать и мне, и другим, что я – чудовище, чокнутая. Что я как личность ничего не значу, потому что я больная…

Это уже слишком!

Мурашки по коже, такие же, как когда я была внутри Грейди, усилились десятикратно. Может, оттого, что я увеличила дозу «Дексида», или оттого, что каждая клеточка теперь буквально кричит от злости. Не важно…

Как ты там, Джиджи, говорила? Никаких правил? Никаких границ?

Рывком открываю ящик стола и легко нахожу отличное орудие мести.

В этот раз даю волю своему гневу. Зажав в правой руке ножницы, решительно направляюсь к зеркалу в полный рост, откуда на меня смотрит разъяренное лицо Джиджи. Ухватив приличный клок волос почти у лба, подношу ножницы к самым корням и режу. Прядь за прядью кромсаю длинные ниспадающие волосы, пока на ярко-белой коже не остаются лишь неровные проплешины серо-желтого цвета.

На столе – розовая помада. Хватаю и огромными печатными буквами на гладкой поверхности зеркала небрежно пишу:

Это судьба, сука!

Потом с криком хватаюсь обеими руками за зеркало, запрокидываю голову и впечатываюсь лбом в раму.

Шших.

Хлоп.

Возвращаюсь в шаблонный сон Джиджи, Уэс помогает мне подняться на ноги.

– Головешки, – поясняет он, и я слышу стук в дверь с веранды.

Бросаю последний взгляд на Джиджи, которая сидит на полу. Длинные красивые волосы уже далеко в прошлом.

Улыбаюсь.

Уэс выводит меня из кухни, и мы сбегаем через гараж. Монстры свирепые, но не особенно умные. И пока они в поисках нас рыщут по дому, мы успеваем убежать достаточно далеко.

Несемся, не останавливаясь, через темные поля, которые окружают дом.

Рука об руку.

Не сбавляя темпа.

Без устали.

Всю ночь напролет.

– Трижды! Уже трижды! Ты можешь в это поверить?

Тесса фыркает, листая один из тех глянцевых журнальчиков, что она выписывает.

– Верх наглости считать его своим парнем! Саму сколько раз ловили, как целовалась с другим. И ладно бы один раз, а то три!

– Угу, – соглашаюсь я.

Было, конечно, давно понятно, что в мои обязанности лучшей подруги входит прикидываться, что мне интересна запутанная личная жизнь киношных старлеток и богатеньких охотниц на мужей, которых Тесса так высоко ценит, но сегодня я притворяться не в состоянии. Мы сидим на школьном дворе, греемся на утреннем солнышке. Сейчас март, и уже достаточно потеплело, чтобы считать это время года весной. Всматриваюсь в толпу учеников, ищу того, чья личная жизнь мне в принципе не безразлична.

На дальнем конце заросшего травой пустыря Джейми со Зверем играют в футбол, за них болеют три девчонки из группы поддержки. Невдалеке от них Пит (новая добыча Эмбер) спорит со своей бывшей – Дженни, судя по внешнему виду, уже достаточно длительное время ничего не ела. Рядом с мусоркой примостилась наша отличница – Эми Лоуренс, мирно читает книгу. Вскоре рядом с ней плюхается Киара. Она, может, и без башни, но далеко не дура, на лабораторных они всегда работают в паре. Эми что-то ищет в сумке. Киара же хлопает ее по плечу, но слегка перебарщивает. Со стороны кажется: задира подкараулила за школой заучку.

Другими словами, для всех день как день. Но не для меня. И не для Уэса. В груди поселилась мучительная боль, и с каждым новым учеником, который появляется во дворе, она лишь нарастает. Колени трясутся, ногти я сгрызла в кровь. Ну, где же он ходит?..

– Сара, – Тесса сует мне журнал. – Это не ерунда. Я провожу важное социологическое исследование относительно образа жизни людей, ставших богатыми и знаменитыми по воле случая. Это мое будущее! Должна же я быть в этом смысле подкованной.

– Прости, – извиняюсь я.

– Ладно, забей, – пожимает она плечами. – Хотя обычно ты неплохо притворяешься, что тебе не пофиг.

– А мне не пофиг, – оправдываюсь я. – Просто отвлеклась.

Тесса протягивает руку и забирает журнал.

– Где-то около Западных ворот… – дразнит она.

Западные ворота. Как я могла так сглупить? С чего я решила, что Уэс здесь, во дворе, когда все предыдущие наши встречи проходили там? Судорожно заталкиваю в сумку книжки и встаю. Боль в груди перерастает в радостное возбуждение.

– Я пойду… Совсем забыла, мне кое-куда нужно… – запинаясь, бормочу я.

– Куда тебе нужно? Сара, я пошутила. В пять классный час. У тебя нет уже ни на что времени.

– Увидимся в классе, – отвечаю я, неуклюже пытаясь застегнуть на сумке молнию. Я так отчаянно спешу, что ноги меня не слушаются. В итоге делаю только один корявый шаг на полусогнутых, и тут же врезаюсь во что-то твердое. Выпрямляюсь и на уровне глаз вижу широкую грудь во фланелевой рубашке.

Я чувствую, как моего лица касаются сильные руки и приподнимают подбородок. Мой взгляд устремляется вверх, мимо четко очерченных скул, пухлых губ, носа с горбинкой. Останавливается на проницательных зеленых глазах, в которых мечутся искры.

Уэс прижимает свои губы к моим. Я отвечаю на поцелуй и закрываю глаза.

Прижимаюсь к нему бедрами, колени подкашиваются. Обнимаю Уэса, притягиваю его еще ближе. Он тяжело дышит, не отрываясь от моих губ. Потом разжимает руки, отпуская лицо. Проводит ладонью по моим волосам и прижимает меня к себе сильнее. Другой рукой обвивает талию. Я наслаждаюсь им, а он – мной. Моя спина выгибается, с губ слетает еле слышный стон. Неприлично. Конечно, всего лишь намек, но… Надеюсь, что слышал только Уэс. Ему и предназначалось…

Если бы у меня осталась хоть толика здравого смысла, способность думать в этот момент о ком-то кроме себя, я бы заметила широченную ухмылку Тессы, которая едва сдерживает смех. Я бы побеспокоилась о том, чтобы Джейми не увидел нас, не промазал по мячу и его сердце не разбилось бы вдребезги. Задумалась бы, какое позорище устроили мы с Уэсом и что нам не помешало бы соблюсти хоть капельку приличия. Но случай был не тот. В этот момент существовали только Уэс и я. А еще – наш дурманящий первый поцелуй…

Кажется, что пролетели дни, недели, месяцы, годы… Мы отодвигаемся. Смотрим лишь друг на друга: никаких смущенных взглядов в сторону. Глаза в глаза. Губы. И снова глаза. Он прерывисто дышит. Я задыхаюсь, краснею… Плевать! Уэс протягивает руку – она такая твердая, знакомая – и ведет меня в здание, не отводя глаз. Удивительно, как никто из нас не впечатался в стену и не споткнулся о мусорный бак. Мы скользим, плывем, летим как одно целое. Собственно, так и есть. Мы с Уэсом Ноланом – целое. Мы предназначены друг другу судьбой…