Истории оборотней - Галина Черная

— Кстати, немножко разочаровательно, да? — начала я, вприпрыжку догоняя Алекса. — Я думала, Крысиный король как в сказке — с семью головами. Как это крысы смогли соединиться хвостами? И зачем им это нужно? А может, они просто запутались? Как мыши в «Коте Леопольде», когда их связало хвостами в стиральной машине, ну или где там это было…

Но Профессор тут же пояснил сие непонятное явление, а вернее, привел историческую справку:

— Крыс, сращенных хвостами, в народе называли Крысиным королем. В 1899 году в одном из музеев Франции появился любопытный экземпляр из семи крыс, туго связанных хвостами. Если человек встречал такую крысу, он в панике старался поскорее убить ее или убежать подальше. Склеенные хвостами крысы, конечно, не могут передвигаться отдельно. Бытовало мнение, что Крысиного короля кормят другие крысы, отчасти и поэтому тоже его назвали королем. А в двадцатом веке в Эрфурте был найден Крысиный король, состоявший из двадцати семи крыс. За два года до рождения Гофмана на мельнице у одного немецкого города работник мельника нашел такого мутанта из шестнадцати крыс. Естественно, батрак, впав в панику, как и все до него, тут же прикончил их топором. Трупы достались одному художнику, который выманил их у батрака под предлогом того, что хочет запечатлеть чудовище на холсте для потомков, а сам стал показывать крыс в балагане за хорошие деньги. Батрак узнал об этом и жутко обиделся. Он подал жалобу в местный суд и получил своих крыс обратно вместе с денежной компенсацией, потому что суд признал его претензии обоснованными. И еще одна особенность: почему-то Крысиных королей всегда засекали только в зимний период и перед Рождеством. Считается, что именно эти крысы и дали Гофману идею Мышиного короля.

— Откуда столь исчерпывающая информация? — уныло поинтересовалась я.

— Из памяти, деточка. Я развил ее специальными упражнениями, по три часа каждую ночь с компьютерным тренажером по повышению интеллектуальных способностей. Учил наизусть Тредьяковского, запоминал внешние отличия шерсти хоббитов и еще многое другое, чего тебе не предлагаю, у тебя ни ума, ни силы воли не хватит.

И он вальяжно взмахнул хвостом, как бы ставя в воздухе жирную точку в знак того, что разговор окончен.

На этот раз я не набросилась на него с пинками, не подумав даже обидеться, только расстроилась. Видя мою неадекватную реакцию, Алекс решил, что дело серьезно, и, чтобы вернуть мне настроение, пошел на предательство друга (вот как он меня любит!):

— Не комплексуй, родная, он просто пять минут назад прочел все это по своему КПК.

— Но я же собирал информацию! — возмутился «мозговой центр» нашей команды.

— Это да, мой пушистый вруша, — обрадовалась я. — Иначе говоря, скачал из первого же сайта о Гофмане в Интернете, где все систематизировано, иллюстрировано, да еще и подано в увлекательной форме для детей.

— Но это не о нем, а о редчайшем в природе феномене под названием Крысиный король! — надулся кот.

— А вот это мне уже глубоко безразлично, — беспечно отмахнулась я.

Пусик зарычал от бессильного гнева, сжимая мягкие кулачки. Я торжествующе улыбнулась, постаравшись добить его окончательно. Заслужил так уж заслужил…

— А вот и Гофман, — первым увидел его Алекс.

Писатель, беззаботно размахивая сачком, ловил толстых марципановых бабочек.

— Я сама ему все скажу! — безапелляционно заявила я, засучивая рукава и ускоряя шаг навстречу увлеченному делом сочинителю.

— Только помягче, пожалуйста, — неохотно подвинулся кот, уступая мне соблазнительную роль глашатая дурного известия.

— Я женщина, поэтому не надо меня учить тактичности, — снисходительно напомнила я и, посеменив к Гофману, бросилась ему на шею и закричала самым истеричным голосом: — А-а-а! Беда! Трагедия! Драма! Плачь, Германия и окрестности, крысы похитили Юлию, держат в подвале и обещают загрызть, если вы…

Но великий писатель не дослушал. Он выронил сачок, схватился за голову и запрыгал по поляне, высоко задирая острые коленки.

— Юлия у них! О, горе мне! Они пленили ее! Но я вступлю в бой с этой зловредной темной силой, крысиным воинством, я освобожу ее! — возопил он, потрясая кулаками, и ускакал в сторону леса, только полы фрака на ветру колыхались, как крылья какой-то большой худющей птицы.

— Что он задумал? — провожая его взглядом, встревоженно спросил Алекс. — Дворец Крысиного короля вроде в другой стороне?!

— Не знаю, он же гений, а они все со странностями, — пожал плечами агент 013, — но оставлять его одного нельзя.

И мы наперегонки кинулись догонять Гофмана.

— Позволите ли вы нам помочь вам в сем до чрезвычайности трудном деле? — выбежав перед ним и сделав книксен, спросила я.

— Конечно! Милая фройляйн, вам я не могу отказать ни в чем. Прискорбно, но мне, вероятно, действительно понадобится помощь, — с горечью признался он, притормаживая. — Но только вашего мужа и вашего кота! Увы, не место женщине на поле брани.

— Да ну, бросьте, ради вас я с радостью поквитаюсь с этими противными налетчиками, — заметила я, но только себе под нос, чтобы лишний раз не волновать Гофмана и не выслушивать его возражений. — Как скажете, маэстро, мои мужчины вам помогут!

— О, как я вам благодарен, мои русские друзья!

Уф! Ну, это другое дело. Нельзя оставлять классика одного. Мы сами виноваты в том, что он здесь застрял, — не успели предотвратить похищение, должны уберечь его от злокозненных крыс и вернуть домой в целости и сохранности. А теперь еще и вместе с Юлией.

— Милостивые судари и вы, фройляйн, любезнейше прошу прощения, но мне нужно раздобыть саблю! — вдруг заявил он.

И, взлетев над землей, скрылся за деревьями.

— У него там что, арсенал хранится или гномы работают, куют оружие? — задыхаясь, обернулась я к Профессору. — Ты ведь был с ним в лесу, колись!

— Ничего такого я там не видел, и не надо ко мне приставать! — неожиданно раздраженно отреагировал наш товарищ. — Извини…

И он сконфуженно отвернулся. Только когда получасом позже мы отправились на поиски все не возвращающегося Гофмана и нашли его на полянке, бесчувственного от пунша, стало понятно поведение кота. Он не хотел выдавать слабости товарища по пьянке. Кругом валялись разрезанные пополам лимоны, чайники, полные ароматного напитка, и разноцветные бокалы причудливых форм, полупустые, опорожненные и опрокинутые. А вот обещанной сабли не было и в помине. Кажется, он вообще про нее забыл. Мне стало искренне жаль несчастную Юлию. Знала ли она, как квасит ее учитель на самом деле…

Мой муж с трудом помог ему встать. Пьяный Гофман вел себя не лучше напившегося Пусика на балу у дожа Венеции.

— Може мне ще пор-сыю пунша, эт-того восхи-хиэ-льнейшего напит-ка бохов? — бормотал он, тянувшись к бокалу.

— Немного же ему надо, чтобы надраться. Кажется, вы уже отпили свое, маэстро!