Магический универ. Книга 4. Дорога домой - Галина Гончарова

— А я — могу продать вам душу? Вы говорили…

Терн благосклонно кивнул.

— И чего ты хочешь? Говори.

— Отпустите ее.

— Что!?

Элвар вполне правдоподобно разыграл изумление.

— Зачем тебе это надо? Ты же ее все равно не любишь!

— Да. Но… я…

— Обязан? Никому ты не обязан! Это было просто ее решение! И она понесет за него ответственность!

— Меня никто и никогда так не любил.

— И что?! Зачем тебе эта идиотская любовь!? Ни денег, ни связей, ни-че-го! Лучше закажи себе миллион в долларах — и все красотки мира будут у твоих ног!

— Мне они не нужны. Они будут у ног миллиона.

— А какая тебе разница? Чего ты вообще хочешь, смертный!?

— Оставьте ее. Заберите лучше меня.

Я выдохнула. Вот ради таких моментов и стоит жить! Наркоман (бывший, но все-таки) — и все же оставшийся человеком. Пусть даже он считает все происходящее наркотическим бредом — неважно! Важно другое. Даже в бреду отдавать себя ради другого человека — это очень много значит.

— Что ты хочешь, смертный?

— Возьмите меня, вместо нее.

Терн задумался. И из темноты выступил непонятно-белый полупризрачный и сияющий силуэт. Типа простыни, вывешенной на лампочку.

— Оставь их. Они готовы пожертвовать жизнью и душой друг ради друга. Их любовь сильнее смерти! Сильнее твоей власти!

Керрон не выдержал — и отвернулся. Плечи его дрожали. Я понимала, что элвар давится от хохота. Да и сама я удерживалась с большим трудом.

— Э, нет. Я что — должен остаться без добычи!?

— Они любят друг друга. Ты не властен над теми, кто отдает жизнь за други своя, — строго повторил силуэт. Я понимала, что это работа Лерга. Но впечатление все равно было неплохое.

— Не властен!? Может быть! Но кое-что могу и я! Слушай меня, ничтожество!!! Если ты еще раз сделаешь хоть один глоток спиртного, хоть пальцем прикоснешься к наркотику — твоя душа навсегда останется моей! А это тебе — чтобы лучше меня помнил!

Из темноты вылетел Эвин — и от души цапнул бывшего наркомана за ногу. За голень. Тот взвыл и откатился в обморок. Мы переглянулись.

— А что хорошо получилось?

Ребята опять активировали маскировку и заулыбались. Я отпустила Татьяну, и та рванулась к своему «зайчонку». Надо будет еще раз ее проинструктировать, чтобы ничего не напутала.

— Просто замечательно, — услышала я дорогого супруга. — Он все запомнит. Сейчас он не верит в реальность, но несколько дней в больнице с укусом сильно помогут ему. Да и шрам останется.

Я кивнула. Почему-то в мире техники считают, что укушенный оборотнем — сам станет таким же. Ага, щас! Это — кровь. И через укусы не передается. Как беременность — через поцелуи. Разве что болеть будет. И заживать намного дольше. Но так и лучше. Убедительнее.

— Зачем!? — выкрикнула Таня, пытающаяся пережать кровь.

Я вздохнула, опустилась рядом с ней и ловко наложила повязку. Из той простыни, которой воспользовался Лютик.

— Мы сейчас поймаем тебе такси. А версию, которую надо ему рассказать, ты помнишь.

— Да. Я продала душу дьяволу.

— А потом за его и твое самопожертвование даже черти вынуждены были отказаться, ага?

— Я все-все сделаю, как вы сказали.

Глаза Татьяны были преданными, как у кокер-спаниеля.

— Она не врет. Она жутко боится. И за себя и за него…

— И чего нас бояться? Мы же такие добрые?

— И крылатые.

— Она же этого не видела!

— Тем лучше. А то мы бы ее и не догнали.

Терн фыркнул, но возражать не стал. Зрелище действительно было для сильных духом.

— Все. Мы прощаемся. И больше не звони по этому номеру. Вам дан шанс. Но никто не подряжался разгребать ваши проблемы до скончания веков. Ясно?

— Ясно.

— и последнее. Если решишься от него рожать — погоди хотя бы пару лет. Организм должен окрепнуть и окончательно очиститься.

— Хорошо. Я все-все сделаю, как вы сказали. Спасибо вам!!! СПАСИБО!!!

Послышался шум мотора и из подъехавшего такси выпрыгнул Лерг.

— Вот. Тяпнула какая-то сволочь — и удрала. А парня надо везти в больницу.

— А он у меня на заднем сиденье не сдохнет? — мрачно поинтересовался шофер такси — крепкий мужичок лет сорока.

— Тогда довезешь до морга, — я сунула ему сто долларов. — Вопросы?

— До какого именно морга?

— при инфекционке. Таня, заползай.

Ребята тем временем кантовали любимого Пашеньку, как комод с клопами. Загрузили на заднее сиденье, Таня села на переднее — и машина растворилась в ночи. Мы переглянулись — и пошли гулять по ночному городу. А почему бы нет?

Спать пока не хотелось. А вот воспитать местное поголовье хулиганов…

* * *

Рассказывает Лоррелайн ан-Астерра.

Внучка уехала. А я осталась в мире магии. И отчего-то мне было ужасно тоскливо. Почему? Не знаю. Тоскливо, грустно, тошно и страшно. Почти как тогда, когда они с Терном пропали в неизвестности.

Но ведь сейчас все должно быть в порядке? Подлечится и вернется?

Умом я понимала это. А сердце — сердце не хотело слушать доводы рассудка. И я решилась явиться в кабинет директора.

Мы с ним очень подружились за последние несколько лет. Встречались, разговаривали… сначала — по организации учебного процесса, потом просто чтобы поговорить… внучка еще посмеивалась, что после смерти Директор специально останется привидением, чтобы со мной не расставаться. Зря она это. Тяжело жить неприкаянной душой.

Директор встретил меня ласково.

— Добрый день, Лорри.

— Если бы он был добрый, — я зависла над креслом и сделала вид, что сижу. Почему-то хотелось походить на человека. — Я волнуюсь за свою внучку. Вы ничего не чувствуете?

— У меня сердце не на месте.

У меня тоже. Вообще-то оно в фамильном склепе. Но от ехидства воздержалась. Нахваталась я от внучки, м-да…

— Но что ей может там угрожать?

— Не знаю. Вроде бы с ней Терн, с ней телохранители…

— Она без магии.

— Лорри, она и без магии на многое способна.

Согласна. Но…

— Мне все равно страшно! Я ничего не могу с собой поделать, я боюсь за нее! Шеф, вы не можете сходить к ней, туда?