Танец с богами и драконами - Александр Сухов

Извилистый тоннель, непроницаемый мрак – создавалось ощущение, что я снова лечу в толще скалы, но это было не так – на уровне какого-то чувственного сверхтонкого восприятия я понимал, что меня тащит по гладкой каменной кишке, уходящей далеко в недра горы.

«Все, Коршун, тебя проглотили, – внутренне я саркастически улыбнулся. – Сейчас попадешь в желудок, где твою бессмертную душу зальют желудочным соком и начнут переваривать, и не видать тебе последующих воплощений, как своих ушей».

Действительно, в конце своего полета я оказался в огромной пещере, по форме напоминающей желудок какого-то фантастического существа. В кромешном мраке я не мог разглядеть ее стен, но опять же на подсознательном уровне был абсолютно уверен, что эту подземную полость при желании можно было бы приспособить под концертный зал на пару-тройку тысяч зрителей.

В самом центре пещеры мой стремительный полет резко оборвался. Я сразу же почувствовал пристальное внимание к своей персоне. Создавалось впечатление, что чей-то тяжелый взгляд внимательно изучает меня не только снаружи, но и изнутри. Определить, из какой точки меня разглядывают, не представлялось возможным. Казалось, сами стены пещеры – один огромный глаз, способный не только видеть мою внешнюю сущность, но и проникать во все скрытые даже от меня самого потаенные уголки моей души. Сказать, что процедура изучения меня неповторимого очень мне понравилась – покривить душой. Представьте, что вы корзина с грязным бельем, и ваше содержимое решили перетряхнуть и рассортировать по кучам для последующей стирки. Вот-вот, именно так я себя чувствовал. Наконец бесцеремонность неведомых хозяев мне надоела, и я громко крикнул в темноту:

– Эй!.. Нельзя ли быть чуть повежливее! Может быть, у вас в порядке вещей так обходиться с гостями, но у нас за подобное обращение можно и по физиономии схлопотать!

В ответ на мои слова раздался оглушительный хохот. Определить конкретное направление источника звука мне не удалось – поскольку отраженное от стен эхо создавало иллюзию восторженной толпы, которой популярный юморист показал палец.

Возмущенный явно издевательским отношением я хотел было разразиться очередной гневной тирадой и даже успел сформулировать в голове основные тезисы выступления. Однако демонстрировать чудеса ораторского искусства мне не довелось – метрах в пяти от меня воздух замерцал сначала тусклым, еле заметным светом, затем все ярче-ярче, и через какие-то мгновения передо мной маячили два больших круглых глаза с кошачьими зрачками и ухмыляющаяся пасть, усеянная двумя рядами острых зубов. Вид распахнутого в широкой улыбке «ротика» и леденящий душу, немигающий взгляд никак не вязались друг с другом в единое целое, создавалось ощущение того, что Пасть и Глаза не принадлежат какому-либо конкретному созданию, а существуют во времени и пространстве как бы сами по себе.

– Привет, Вызванный! – произнесла Пасть и растянулась во всю ширь своей зубастой улыбки. – Рад видеть тебя!

Если Пасть и была рада нашей встрече, Глаза безмолвно говорили совсем другое: «Что за насекомое стоит передо мной? Стоит ли тратить драгоценное время на разговоры с этой инфузорией, а не отправить ли ее прямиком в желудок?»

– Кто вы? – преодолев смущение, спросил я.

– Всему свое время, – ответила Пасть. – Сейчас у нас всего лишь предварительное знакомство. Не утерпел, понимаешь, очень уж мне захотелось взглянуть на очередного претендента…

– Претендента куда или на что? – не удержался я и невежливо перебил хозяина.

– Ох уж эти людишки – все хотят знать заранее и во всех подробностях, – проворчала Пасть, впрочем, без всякой злобы, скорее выражая недовольство непочтительностью гостя.

– Прошу прощения, если ненароком обидел вас, но я здесь не по собственной воле и действительно хочу знать если не все, ну хоть что-то…

– Повторяю еще раз для особо «сообразительных»: всему свое время! – раздраженно прошипела Пасть. – Помолчи – мне нужно еще немного посмотреть на тебя!

«Не насмотрелся, пока разглядывал меня в темноте! – возмущенно подумал я. – Едва не вывернул наизнанку»!

Однако то, что, по моему мнению, было «выворачиванием наизнанку», оказалось цветочками по сравнению с тем, что мне предстояло испытать. Равнодушный взгляд немигающих глаз полностью сконцентрировался на моей сущности. Из самого центра вертикальных зрачков на меня обрушился мощный обволакивающий и всепроникающий поток ледяного пламени, вселяя в душу первобытный ужас – совершенно необъяснимый, иррациональный по своей сути страх. Невыносимый холод сковал мои виртуальные члены. Во всей необъятной вселенной не осталось ни пространства, ни времени – ничего, кроме этих двух ужасных Глаз и слабого, теряющего рассудок комочка нематериальной субстанции, бывшей давным-давно, тысячи, миллионы, а может быть, миллиарды лет назад бессмертной душой одного неуловимого вора. На меня давила воля Сверхсущества – Демиурга, способного лишь одной силой мысли создавать и разрушать звезды и галактики, да что там галактики – целые вселенные или домены, где вселенная – всего лишь элементарная частица, подобная электрону в нашем мире. Еще мгновение, и я начну проваливаться внутрь самого себя и, словно выгоревшая до последнего атома водорода звезда, пройду все стадии гравитационного коллапса перед тем, как превратиться в черную дыру. Я был полностью раздавлен навалившейся тяжестью и готов подчиниться всесокрушающей воле неведомого мне существа.

Внезапно где-то на самом краешке моего принявшего материальные формы безумства всплыл строгий взгляд огромных изумрудных глаз, обрамленный прядями живого огня. Эти пряди скрутились в толстенные золотые жгуты и протянулись ко мне, постепенно оттесняя волну голубого холодного пламени.

– Коршун, быстро хватай и действуй сам! – прокричала Патриция. – Я больше не могу здесь оставаться!..

Едва я успел взять в руки два золотых хлыста, как образ моей спасительницы бесследно растаял. Не теряя времени, я начал что есть мочи размахивать ими, стараясь посильнее ударить в то место, откуда истекал поток губительной энергии.

Наконец я почувствовал, что кокон чужой воли начал ослаблять хватку. Движение потока времени вернулось к своему нормальному состоянию, появилось ощущение пространства. Я снова находился в темной пещере, а напротив меня лишь Пасть и пара Глаз. Фонтан враждебной энергии иссяк, но я на этом не успокоился – взмахнул хлыстами, чтобы окончательно разобраться с наглым созданием.

– Постой, Вызванный! – испуганно заверещала Пасть. – Давай поговорим!

Превозмогая желание бесповоротно расправиться с коварным хозяином, я опустил «руки», готовый при этом в любой момент перейти к активным действиям – неизвестно, на какую подлость способно каверзное существо.

– Ну что же, можно и поговорить, – стараясь сдерживать бушевавшую внутри эмоциональную бурю, спокойным голосом ответил я. – Однако предупреждаю, – продолжил я, постепенно повышая тон до угрожающего, – если ты еще раз задумаешь «посмотреть» на меня подобным образом или учинить какое другое безобразие, не жди пощады!