Божественное безумие - Юлия Фирсанова

Одновременно с излучением колоссальной энергии сознания богини с мягкой властностью коснулась направленная мысль, сдобренная ощущениями радости (ну наконец-то!), симпатии и любопытства:

– Здравствуй, богиня!

– Приветствую вас, Силы Двадцати и Одной! – купаясь в изливающейся на нее благодатной мощи, торжественно ответила Элия, зная, как падки создания чистой энергии на помпезные встречи. – Благодарю за то, что вы откликнулись на мой зов!

«Как нам приятно, что ты позвала!» – теплой лаской погладило излучение Сил принцессу, Двадцать и Одна отозвались:

– Мы принимаем твою благодарность!

– Надеюсь, вы не откажете в помощи, – Элия присела в коротком реверансе.

– Спрашивай, богиня, – милостиво, пусть и с легким неудовольствием из-за того, что обмен формальностями был столь краток, велели Силы.

– Я прошу вашего ходатайства об аудиенции у Сил Равновесия нашего Уровня, – четко сформулировала свою просьбу женщина, и недоуменно-печальный, даже чуточку оскорбленный, ревнивый всплеск энергии стал ей ответом прежде слов: «Вызвала нас, чтобы договориться о встрече с другими!» Чутко уловив настроение Сил, отозвавшееся пощипыванием в печати на ладони, Элия продолжила: – Я ни в коей мере не стремилась обидеть вас, дорогие! Но мне больше не к кому обратиться за помощью! Рассчитывая на ваше великодушие и милосердие, я осмелилась на такую вольность – просить Двадцать и Одну ходатайствовать перед Силами Равновесия об аудиенции! Увы, я не могу пойти путем подачи петиции, время может быть безвозвратно упущено, – богиня говорила страстно, она даже позволила Силам в полной мере почувствовать ее тревогу и страх за Лейма.

Гнев Сил улегся так же быстро, как разгорелся, осталось лишь смутное недоумение, перекрываемое неподдельным любопытством, однако проблески оскорбленного самолюбия не исчезли.

– Чем могут помочь тебе Силы Равновесия, что недоступно нашей власти? – вопросили они.

– Мой брат Лейм сильно изменился. Он стал дик и опасен. Ни наш Источник, ни мы сами не в состоянии определить корень болезни и исцелить бога романтики. Что-то происходит с равновесием энергий в его душе, – выбирая слова, чтобы не выдать запретной информации, поведала о сути проблемы Элия. – Он лишился покоя.

– Среди нас есть Силы Исцеления, – с мягкой снисходительностью к напуганной богине напомнили Двадцать и Одна, – разве нам не по силам любой недуг?

– Смотрите, я буду только рада, если это так, – сочтя дальнейшие пререкания бессмысленными, женщина воспроизвела слепок с тонких структур принца и вручила его Силам.

Двадцать и Одна подхватили «подарок» и, мгновенно изучив его, потускнели. Самолюбие Сил, оказавшихся бессильными исполнить невысказанную просьбу о помощи, было уязвлено.

– Ты уверена, что он болен? – еще раз недоверчиво осведомились они.

– О да, – печально кивнула богиня, прижимая руки к сердцу. – Но не знаю чем, и как это лечится, нам тоже неведомо. Боюсь, лишь Силам Равновесия, чувствительным к малейшим нарушениям баланса в любой из сфер, по плечу отыскать корень недуга. Помогите!

– Твое слово услышано, богиня, – погладило ее сочувственное излучение. – Мы постараемся помочь! Подожди!

– Спасибо, да пребудет с вами благословение Творца, – искренне поблагодарила Элия и замерла. Ощущение присутствия Двадцати и Одной на несколько минут потускнело, а потом вернулось сторицей.

Силы были донельзя горды собой и рады:

– Явись в Храм Равновесия мира Ладларфа, тебя ожидают немедленно!

– Тысяча благодарностей, дорогие мои, – от всего сердца сказала богиня, и ее слова были Силам приятнее самых изысканных славословий.

– Ступай, – милостиво велели они, чувствуя не только горячую признательность, но и нетерпение богини. – Не следует заставлять Силы Равновесия ждать.

Последовав мудрому совету, Элия, ни разу в жизни не бывавшая ни в Ладларфе, ни в тамошнем Храме, да что греха таить, даже не слыхавшая об этом месте, воспользовалась Законом Желания, чтобы переместиться по заданному адресу.

Ее приняло темное, не черное, а какое-то совершенно лишенное запаха ровно-серое холодное помещение, чьи стены и потолок, если они существовали, терялись в тусклом сумраке столь быстро, что на глаз невозможно было определить размеры. Только собственное дыхание и шелест шагов, тонувший в пространстве, точно муха в янтаре, подсказывали принцессе, что она находится в физическом мире, а не угодила в абстрактное «нигде».

То был странный Храм странных Сил, никогда не нуждавшихся в фанатичном поклонении, не вербующих верующих, никогда и ничего не требующих от миров, кроме соблюдения Законов Равновесия. Эти Силы уважали, опасались, старались избегать, хоть и принимали их существование как одну из самых неизменных реалий Вселенной. Желающих служить им добровольно, в силу внутренних убеждений, почти не встречалось, как правило, на Силы Равновесия «работали» весьма специфические, не ведающие иной жизни создания вроде Жнецов, Исчезающих, Теней либо наемники поневоле, преступившие Закон и вынужденные платить дань искупления. Силы никогда не одаривали своих последователей, они были равно справедливы ко всем, хоть справедливость эта, не людского и даже не божественного толка, больше напоминала форменное безразличие.

– Говори, богиня Мира Узла, – бесплотный, исполненный абсолютной мощи нейтральный голос проник в каждую клеточку ее тела.

– Я прошу Силы Равновесия вызвать для разговора моего дядю, Жнеца Моувэлля, ибо у меня есть основания полагать его виновным в недуге, постигшем его сына – бога романтики, покровителя техники Лейма Лоулендского, – по существу вопроса выпалила Элия. Слишком неуютно было богине в сплошной серости, чтобы разводить придворный политес, да и вряд ли Силы Равновесия нуждались в пустом славословии.

– Жнеца? – почти удивленно переспросило пространство.

– Да, – уверенно кивнула Элия. – Я знаю, что Моувэлль жив, он оставил семью ради служения.

– А ведомо ли тебе, богиня, что над Слугами Творца не имеют власти кровные узы? И Жнецы не врачуют недугов?! – после многозначительной паузы вопросили Силы.

– Ведомо, – смиренно согласилась принцесса и в свой черед поинтересовалась: – Но знают ли об этом узы? Можно ли приказать крови забыть о родстве? Мы полагаем, что в Лейме пробудилось наследие отца, и только Моувэлль может подсказать нам, как быть.

– Доказательства? – коротко и уже задумчиво, без прежней категоричности уточнило серое нечто.

– Он сильно покалечил, едва не убил бога войны принца Нрэна и собирался убить Повелителя Межуровнья, – с ехидством бросила принцесса, скрестив на груди руки.

– Это серьезный повод признать справедливыми твои претензии, – поразмыслив, констатировали Силы Равновесия. – Мы подтверждаем за тобой право на призыв.

В нейтральных их интонациях не прибавилось тепла, однако богиня смогла уловить оторопь и беспокойство. Но не в обычае у Сил Равновесия было преподносить свои услуги в дар страждущим клиентам. Как правило, шли к ним от полной безысходности, получив отказ в более благосклонных и доброжелательно настроенных инстанциях, поэтому и пререкаться с «последней надеждой» просители не осмеливались.