Дневной Дозор - Сергей Лукьяненко

В прошлом году, на исходе лета, я выбралась вЮрмалу. Не знаю, почему именно туда — может быть, хотела оказаться в неуютномместе. С этим мне повезло: август выдался дождливый, холодный, унылый. Чопорныелатыши-официанты мгновенно начинали говорить по-русски, едва оценив суммузаказа, сервис в гостинице был по советскому прост, несмотря на всечетырехзвездочные претензии. Я бродила по всей Юрмале: подолгу сидела в пивномресторанчике в Майори, гуляла по мокрому песку безлюдного пляжа, вечерамивыбиралась в Ригу. Дважды меня пытались ограбить, один раз — изнасиловать. Явеселилась как могла… у меня были способности Иной, и ни один человек в мире немог причинить мне вреда. На душе было тоскливо, пусто, зато Силы — хотьотбавляй.

А потом все это опротивело. Разом, в одиндень. Может быть из-за двух оперативников Ночного Дозора, задержавших меня вДзинтари, и долго пытавшихся навесить какое-то нераскрытое преступление смагией третьего порядка. Они были безупречно вежливы, и абсолютно непреклонны.Наверное, такими были красные латышские стрелки, а чуть позже — «лесныебратья». Очень последовательный народ, латыши, уж если отдаются какому-то делу,то до конца…

От обвинений я отбилась, они и впрямь былибеспочвенны. Но уже следующим утром улетела в Москву. Так ни разу и неискупалась за все лето.

Зато теперь меня ожидал реванш.

Все шло нормально, все шло своим чередом. Явстретилась с начальницей «Лазурного» — очень милая женщина, по хорошемуделовая и краткая в разговоре. Кажется, мы расстались вполне удовлетворенныедруг другом.

Может быть из-за того, что сегодня я наделатонкие летние джинсы, а не вызывающее мини?

Я наконец-то позагорала и искупалась. Пляж в«Артеке» был чудесный, вот только слишком много детских воплей. Но это, как никрути, неизбежное зло. Мои девочки вполне профессионально крутились подсолнцем, добиваясь ровного загара. Почти у половины были крема от загара ипосле загара, которыми они щедро делились с друг другом — так что вечернейвозни с обожженными плечами и спинами не предвиделось.

Если бы еще не надо было приглядывать задевчонками… Я представила, как заплыла бы километра на два, на три, раскинувруки легла на воде… глядя в прозрачное небо, качаясь на легких волнах, не думаяни о чем, и не слыша ничего…

Но нет. Приходилось следить. Приходилось учитьАню плавать, а Верочку, с ее первым взрослым разрядом, наоборот, удерживать отзаплывов. Приходилось загонять девчонок в тень — крема кремами, а распорядок —распорядком… В общем, ситуация была такая, что к прекрасному морю я получила внагрузку восемнадцать капризных, крикливых, неугомонных подарочков. Толькомысль о сегодняшней ночи заставляла меня улыбаться. Вот когда настанет моевремя рассчитаться с самыми надоедливыми — я уже решила, что ими будут Верочка,Ольга и Людмила! Сегодня ночью я не буду подбирать случайные огрызки Силы. Япосею зерна, которые взойдут в их снах.

А потом я увидела Игоря.

Нет, тогда я еще не знала, как его зовут.Просто, лежа на теплом песке, и поглядывая по сторонам, обратила внимание накрепкого парня моих лет. Он возился в воде со своей мелюзгой — мальчишками летдесяти-одиннадцати. Швырял их в воду, подставлял плечи как трамплин дляпрыжков, словом — веселился вовсю. Он был совсем незагорелый, но ему этопочему-то шло — в окружении смуглых детских тел парень выделялся словно… словнокоролевский белый слон, снисходительно шествующий мимо толпы темнокожихиндусов…

Красивый парень.

У меня сладко заныло внизу живота. Все-такинедалеко мы ушли от людей. И вроде бы понимаю я, что между Иными и людьми —чудовищная пропасть, что этот парень мне не ровня, и никаких длительныхотношений у нас не получится, но все равно…

Нравятся мне такие: накачанные, русоволосые, сумными лицами. Никуда не денешься.

Впрочем, а стоит ли куда-то деваться?

Я все равно собиралась завести себе приятеляна лето…

— Олечка, ты не знаешь, как зовут этоговожатого? — спросила я жмущуюся ко мне девчонку. Олечка явно преисполнилась комне симпатии за то, что я хоть чуточку выделяла ее из толпы, и теперь неотходила — старалась закрепить успех. Смешные они, люди, особенно дети. Всем имхочется заботы и внимания.

Олечка присмотрелась и замотала головой:

— Это четвертый отряд, только у них раньшедругой вожатый был.

В глазах у девчонки появилась тревога — будтоона боялась, что ее неосведомленность заставит меня в ней разочароваться.Наверное, и на самом деле боялась…

— Хотите, узнаю? — спросила Олечка. — Я таммальчишек знаю…

— Давай, — я кивнула.

Девочка вскочила, разбрызгивая песок, ипобежала к воде. Я отвернулась, пряча улыбку.

Ну вот. У меня уже появилась перваяосведомительница. Затюканная, тощая, жадно ловящая мои взгляды маленькаядевочка.

— Его Игорь зовут, — неожиданно сказаласидящая рядом Наташа. Та самая девочка, которая ночью видела во сне мальчишку.Она и загорала не по-детски — сидела вытянув ноги, запрокинув назад голову иопершись руками о песок позади себя. Позу, наверное, углядела в каком-нибудьмодном журнале или в кино. А может быть, просто сообразила, что в такомположении ее маленькие грудки начинают отчетливо выделяться под купальником.Далеко пойдет…

— Спасибо, Наташа, — поблагодарила я. — Мнепоказалось, что я с ним знакома.

Девчонка скосила на меня глаза и улыбнулась.Мечтательно произнесла:

— А он красивый…

Ну и молодежь пошла!

— Только старый, да? — попробовала я ееподразнить.

— Не, еще ничего, — заявила девочка.

И тут же поразила меня окончательно, заявив:

— Он надежный, правда?

— Почему ты так думаешь?

Наташа секунду поразмышляла. Лениво ответила:

— А не знаю. Так кажется. Мне мама говорит,что в мужчинах самое главное — надежность. Красивыми им быть не обязательно, аумными тем более.

— Это смотря для каких целей… — уступатьодиннадцатилетней умнице мне не хотелось.

— Да, — легко согласилась Наташа. — Красивыетоже должны быть. Но я же не про глупости всякие говорю.

Какая прелесть! Я подумала, что если этадевочка случайно окажется Иной — обязательно возьму ее в ученицы. Шансовнемного, конечно, но вдруг?