Лёгкое пёрышко. Как песня тишины - Мара Вульф

– Что это? – мне пришлось орать, чтобы перекричать шум. Голос Кассандра стал еще пронзительнее.

– Это грабители, нам нужно вызвать полицию, – я выудила из кармана телефон, но Кассандра выхватила его у меня так быстро, что я и моргнуть не успела, и прижала палец к губам.

– Они здесь не в первый раз? – прошептала я.

Кассандра покачала головой, широко раскрыв глаза.

– Они приходят с тех пор, как умер папа. Не оставляют меня в покое, но здесь мы в безопасности, – ее слова превратились в пение.

Я посмотрела на потолок, мечтая, чтобы шум стих. Я лелеяла надежду, что там устроили разборки обычные грабители. Было трудно не поддаться искушению и не начать раскачиваться, как Кассандра. Я не знала, прошло несколько минут или часов, но раздавшийся злобный крик пронзил меня до костей. Грохот сотряс дом. Кто бы ни был там, наверху, казалось, он крушил мебель. Я сидела на стылом каменном полу в таком напряжении, что не чувствовала своих рук и ног.

Наконец стало тихо. На мой взгляд, даже слишком. Я сглотнула и схватилась за горло, прижав другую руку к груди. Тишина была такой же необычной, как и шум. Казалось, Кассандра еще глубже ушла в себя и даже сделалась меньше. От страха у меня перехватило горло. Все кричало, что худшее еще впереди. Я прижала голову к коленям. Так крепко, что за закрытыми веками у меня вспыхнули огни.

Снаружи послышались шаги. Как парализованная, я уставилась на дверь и ждала, что ее сорвет с петель. Я до боли укусила ладонь. Конечно, они нас нашли. Они точно знали, где прячется Кассандра. Почему я, идиотка, не осталась дома? Я нащупала телефон, который валялся на одеяле. Руки настолько замерзли, что я едва могла его удержать. Сигнала не было, но я посветила на стены в поисках пути к отступлению. Дрожащий луч света выхватывал из темноты нарисованные символы. Из этой комнаты не сбежала бы даже мышь.

– Кто это? – выдохнула я.

Кассандра потеряла рассудок. Ее покачивания становились все более лихорадочными. Она запрокинула голову и широко раскрытыми глазами уставилась в потолок. Изо рта доносилось бульканье.

Я отошла от нее и прижалась спиной к влажной стене, не обращая внимания на холод. Кассандра была такой же жуткой, как и все вокруг. Даже мантикора не наводила на меня такой ужас. Впрочем, тогда рядом был Кассиан. Где он сейчас? Он знал, в какие неприятности я вляпалась. Почему он подвел меня? Почему никто не пришел на помощь? Квирин, Рэйвен? Я бы не возражала даже против Ларимар. Сейчас я не стала бы привередничать. Должен же быть тот, кто одолеет стоящего за дверью. Сердце колотилось о ребра. Еще немного, и, кажется, оно выскочит из груди. Если я натрусь солью с головы до ног, это поможет? Мама частенько проводила такую процедуру с солями Мертвого моря. Это должно быть полезно для кожи. И почему я вспомнила об этом, подумала я в панике, взяв щепотку соли пальцами. Я осторожно потерла ею лицо.

– Касси, – прошелестел мягкий голос за дверью. – Мы знаем, что ты там. Впусти нас. Ты знаешь, что принадлежишь нам. Мы хотим вернуть тебя. Идем с нами.

Соль высыпалась у меня из рук, я зажала ладонями уши и затрясла головой. Я была готова описаться от страха. Прижала руку ко рту, чтобы не закричать. Соль обожгла губы.

– Касси, малышка моя, пожалуйста, – прошептал другой голос. Женский. Я с ужасом смотрела, как Кассандра встала и сделала шаг к двери. Будто невидимые нити тянули девушку.

– Мамочка? – ее голос дрожал.

– Я здесь. Открой мне. Я заберу тебя с собой. Больше я тебя не оставлю одну.

Что-то не так. Мать Кассандры умерла. Кому бы ни принадлежал этот голос, это определенно не она. Если только она не воскресла из мертвых. А такую возможность я отказывалась рассматривать.

– Слава богу! – всхлипнула Касси. – Не уходи, мамочка. Я открою тебе.

Она сделала три шага по хрустящей соли, когда я дернула ее назад и упала сверху. Она брыкалась и пиналась. Несмотря на худобу, Кассандра оказалась удивительно сильной. Я схватила ее за запястья и прижала к земле. Соль впилась мне в кожу. Она кричала и извивалась, но я не поддавалась.

– Впусти ее! – закричала Касси. – Это моя мамочка. Она хочет мне помочь.

– Это точно не она. Твоя мама умерла, – прошипела я. – Они хотят выманить тебя.

Снаружи раздался смех. Его вибрация ощущалась сквозь щель под дверью, он наполнял комнату ледяным холодом.

– Мы еще увидимся. Кассандра, ты знаешь, что от нас не убежишь. Мы терпеливы. Печать принадлежит нам, как и ты. Ты не сможешь бороться с судьбой. Тебя больше некому защитить. Ты совсем одна.

Шаги удалились, и воцарилась тишина. До моих ушей не долетало ни звука. Только тихий плач Кассандры. Ее тело обмякло в моих руках. Еще мгновение я крепко сжимала ее.

– Кто это был? – спросила я, когда дрожь утихла, и я немного овладела голосом. Я внимательно прислушивалась, не вернулся ли кто-нибудь.

– Я не знаю, – Кассандра закрыла лицо руками.

Я положила ладонь ей на плечо, успокаивая.

– Он… вернется? – Я тогда в штаны наделаю.

– Не думаю. Но безопаснее дождаться утра.

– Кто это и чего они от тебя хотят?

– Ты сама слышала. Им нужна шкатулка.

– Ты должна прояснить мне пару моментов. Я думала, что приду, и ты отдашь мне коробку с памятными вещами или чем-то подобным.

– Моя мать была сбежавшей волшебницей, – с опаской начала Кассандра. – Она являлась членом Гильдии колдунов, но отвернулась от них, когда обнаружила, что беременна. Одно лишь это карается смертью. Но она украла не только меня, но и шкатулку. Этого они ей так и не простили.

– Твоя мама была волшебницей? – Я отпрянула от нее. – А как же ты? Ты тоже…?

Я прикусила нижнюю губу. Теперь нужно тщательнее подбирать слова, чтобы Кассандра не превратила меня в мышь или таракана.

Она покачала головой.

– Я никогда не училась волшебству. Это требует долгих лет обучения.

Это меня ничуть не успокоило. Разве эти способности не даются тебе при рождении?

– Почему ты вдруг стала снова обычной и ни капельки не странной? – спросила я. Она что, все время нам врала?

– Это зависит от него, – ответила Кассанда, и страх исказил ее черты. – Среди мне подобных мое тело едино с душой. И это хуже всего. Боюсь, однажды я сделаю то, чего оно просит, потому что, если я пойду с ним, он заставит хаос исчезнуть из моей головы. Но я должна выполнить то, что завещали родители.

Я взглянула на дверь. Она была заперта, и из-за нее ничего не слышалось.

– Почему твоя мать ушла из гильдии? Какая-то особая причина?

Кассандра вздохнула и села передо мной, скрестив ноги.

– Я знаю только то, что мне рассказывал папа. Давным-давно маги сражались с колдунами. Последние проиграли войну и согласились принять условия магов. Одним из таких условий было то, что колдуны отказывались от воспитания собственных детей. С того момента они должна были отдавать детей сразу после родов. Только если ребенок сам находил обратную дорогу, гильдия принимала его. Это должно было помешать гильдии расти и набирать силу. Мама не хотела отдавать меня. Это стало одной из причин ее ухода.