Королевство моря и скал - Мара Резерфорд

– Спасибо. И спасибо за то, что позволил мне пока оставить Титанию у себя. Она сделала это путешествие не таким тяжелым, каким оно могло бы быть.

– Я ничего тебе не позволял, – ответил он, похлопывая Титанию по щеке. – Она выбрала сама. – Титания уткнулась носом в мое плечо, и Роан рассмеялся. – У нее хороший вкус.

Я бросила на него колючий взгляд, но он уже отвернулся.

– Я знаю, почему твоя сестра здесь. Она помолвлена с Сэмиэлем. Но я не знаю твоей истории.

– Моей истории? – Я порылась в куче седельных одеял в поисках чего-нибудь более мягкого. – У меня нет истории.

– У каждого есть своя история. – Он прислонился к стене, скрестив руки на груди и пристально наблюдая за мной. У него было много шрамов, рассекающих предплечья, и я не могла отделаться от мысли, что они стали бы причиной для позора в Варинии.

– Тогда ладно, – и спросила слегка в замешательстве: – А у тебя какая?

Роан ни в малейшей степени не казался раздраженным.

– Я родился и вырос в Галете. Я родом с восточной границы, где быстро стал лучшим наездником в регионе. – Я поняла, что он не хвастался, а просто излагал факты. – Когда мне было десять, меня послали в столицу тренироваться, а в семнадцать я стал командиром Форт Крэга. Я пробыл здесь три, почти четыре года.

– Ах, такого рода история. Да, полагаю, у меня действительно есть подобная.

Талин подошел прежде, чем я успела продолжить, его лицо выражало любопытство, хотя тон был скорее подозрительным.

– Все в порядке?

– Конечно, – сказал Роан, отталкиваясь от стены. – Я думаю, мы все готовы к отъезду. Не так ли, Нора?

Я проигнорировала его. Я уже наблюдала такое мужское соперничество между Талином и Сиреном в Новом Замке и знала, что вряд ли я была этому причиной. Мы все забрались в седла, и я обрадовалась, обнаружив, что мерин Зейди хорошо ладил с Титанией. Казалось немного рискованным иметь в группе кобылу, но Ксандер был хорошо обученным жеребцом, а Титания была не из тех кобыл, которые мирятся с нежелательным вниманием. Все остальные лошади были меринами и не представляли никакой конкуренции Ксандеру.

Мы поехали обратно через долину, через предгорья, где провели ночь, и въехали на небольшой горный хребет, который, к счастью, нам не пришлось покорять. Роан был единственным галетянином, сопровождавшим нас, и теперь в группе было ровно четверо мужчин и две женщины. Большую часть дня мы ехали по двое в ряд, но Титания, к моему разочарованию, часто тяготела к мерину Роана.

– Ты подкармливаешь ее лакомствами, пока я не вижу? – в какой-то момент выпалила я. Мы пробирались по высохшему руслу реки, и Титания держалась сзади, как будто намеренно выжидая.

– Она знает Дастера, вот и все, – объяснил Роан. – Мы с Ландри были любовниками.

Мои щеки мгновенно покраснели от его откровенного заявления, но я заставила себя не отводить взгляд. Он явно пытался обескуражить меня.

Я услышала, как он усмехнулся, и мое смущение быстро сменилось раздражением. Я толкнула Титанию вперед, но она только навострила уши в ответ.

– Тебе бы тоже не понравилось, если бы кто-то бил тебя по грудной клетке, Нора.

– Прекрасно. – Я бросила поводья и скрестила руки на груди. – Итак, вы с Ландри были любовниками. Ты, кажется, не особенно беспокоишься за нее.

– Ландри может сама о себе позаботиться. Перед отъездом ее собирались назначить командующей Фортом Блайт.

Я сморщила нос.

– У ваших фортов, безусловно, очаровательные названия.

– Мы не пытаемся привлечь туристов, – сухо сказал Роан.

– Почему Ландри была в Риаге? – спросила я, чувствуя, что Роана очень мало что могло обидеть.

– Я не знаю точно. Может быть, ради торговли. Мы продаем там наши изделия из кожи, но она, возможно, надеялась что-то купить или узнать больше о ситуации в Иларии. До нас не доходит достаточно информации так далеко на север. По крайней мере, до тех пор, пока не появился Сэмиэль.

– С ним все в порядке? – спросила я. – Моя сестра…

– С ним все в порядке. Мы бы сказали вам, если бы это было не так.

Я пристально посмотрела на него.

– Вы нам почти ничего не рассказали.

– Мы вас даже не знаем, – заметил он. – Вам повезло, что мы вообще вас впустили. Мы редко пропускаем незнакомцев через нашу границу.

– Вы впустили Сэми. – Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Его профиль был высечен из камня. – Почему?

– Его привел один из наших людей. Сэми знал о короле Ксайрусе и иларийцах больше, чем мы когда-либо смогли бы узнать, и мы знали, что его убьют, если он останется в Иларии.

Он не сказал, что Сэми свободен, но, по крайней мере, он был в безопасности.

– Спасибо.

Роан обратил на меня свои темные глаза, его взгляд был тревожно ястребиным.

– За что?

– За то, что позволили нам пересечь границу, и за то, что защитили нас.

Он кивнул.

– Тебе и твоей сестре рады в Галете. Талину и иларийским стражникам придется предстать перед советом.

Я собиралась сказать что-то в защиту Талина, но прикусила губу, увидев суровое выражение лица Роана. Мои мольбы были бесполезны.

– Вы любовники?

Я повернулась лицом к Роану, но обнаружила, что он снова смотрит вперед, на тропу.

– Ч-что? – запнулась я.

– Ты и Талин. Мне показалось, что я уловил что-то между вами, но, возможно, я неправильно истолковал сигналы.

Я была настолько обескуражена, что мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Конечно, между нами что-то было, но это не было определено. И были ли мы любовниками или нет, Роана это не касалось.

– Нет. Я имею в виду, да. Ты ошибаешься.

Он выгнул бровь и рассмеялся, прежде чем слегка цокнуть Дастеру.

– Поехали. Нам нужно преодолеть большое расстояние до наступления темноты.

Мы добрались до большой деревенской избы незадолго до наступления темноты. Остаток поездки я провела рядом с Зейди, избегая довольного взгляда Роана. У меня было такое чувство, что то, что он подразумевал под любовниками, не было тем же самым, что и я. Или, по крайней мере, это не считалось табу или запретом до брака, как то было в Варинии и Иларии. Да, мы с Талином целовались и спали бок о бок, но мы не сделали ничего, кроме этого. Он ясно дал понять, что не сделает этого, пока мы не поженимся, и, учитывая, что мы уже несколько дней не были наедине, романтика была последним, о чем я думала. Или так было до сих пор.

Оставив лошадей в конюшне, полной сена и зерном, мы вошли в бревенчатую избу. Внутри она была огромна, с массивным камином и дюжиной маленьких кроватей, выстроенных вдоль одной стены. Были и шкафы, набитые припасами, и даже большая металлическая ванна для купания, хотя я заметила, что здесь не было ничего, чтобы отгородиться и получить немного личного пространства.