Это (не) ваша дочь, господин маг - Властелина Богатова

Я не дышу, слушая удаляющиеся шаги.

— Кери идём, — торопливо поднимаюсь по лестнице.

В голове шумит, тело всё ещё пронизывает лихорадочная дрожь. Влетаю внутрь и запираюсь на ключ изнутри. Окидываю взглядом комнатушку. Здесь оставаться теперь уже опасно, кто знает, что будет поджидать меня завтра. Я не могу так рисковать.

Глянула на часы: четыре дня.

— Мама, кто этот дядя?

Боже, за своими мыслями я совсем забыла успокоить Кери! Присаживаюсь на корточки и смотрю дочери в глаза.

— Этот дядя плохой, Кери, но ты не волнуйся, он нам ничего не сделает.

— Господин закольник защитит нас! — нахмурилась малышка. Сколько же было в ней смелости и решительности, которых мне сейчас не хватало! Кери буквально передала мне частичку своей отваги.

— Господин законник сделает всё возможное, Кери, а сейчас нам нужно собрать вещи и переехать. Мы попросим ночлега у леди Габоры.

— Хорошо, мама, я не плотив, — кивнула малышка.

— Ты у меня умничка, как же я тебя люблю, — не могу удержаться от порыва обнять её крепко-крепко.

— И я тебя люблю, мамочка.

— Малышка моя, всё у нас будет хорошо, давай собираться.

На сборы ушло около часа, за полмесяца мы обзавелись многими вещами, начиная от тёплых пледов до посуды, оставить это всё я не могла: за них я отдала деньги, которые не было лишними. Ещё нужно было сдать ключи и расплатиться с хозяином комнаты.

Выхожу на улицу с опаской, поглядывая по сторонам, но ничего подозрительного нет. И вот мы уже с Кери сидим в экипаже с двумя большими сумками. Очень надеюсь, что Габора не откажет нам.

Мы подъезжаем к дому няни к шести вечера. По дороге я обдумываю, что скажу Эдисон. И решаю сказать правду, не хочу врать и утаивать что-то от людей, которые мне доверяют и которым доверяю я.

Габора нас принимает, я оставляю вещи в небольшой комнате, потом мы ужинаем. Я укладываю Кери спать и только потом возвращаюсь на кухню, чтобы выпить чашку чая с хозяйкой дома. Габора слушает мой рассказал о Тарсоне Вилсоне, лицо её омрачается, когда я заканчиваю.

— Хорошо, что вы приехали ко мне, Адалин, этот мерзавец не должен к тебе ни на шаг приближаться. Только пусть попробует ступить на этот порог! — начинает гневаться женщина. — Вечерами я совершенно одна, и порой бывает тоскливо, да и тебе не придётся каждый раз привозить Кери ко мне и ехать на работу. Нужно было вам раньше так сделать.

— Спасибо, Габора, обещаю это ненадолго, не могу вас стеснять, тем более ваш муж скоро вернётся, и ему будет нужны покой и отдых. Мы будем мешать.

— Да не думай так! — возмущается Габора, а я продолжаю строить планы, как мне быть дальше.

Потом мы говорим о моей семье и о том, что мне придётся судиться с отцом и семейкой Бартон, моей мачехи. Высказав всё, чувствую, что мне намного легче. Габора поддерживает и даёт несколько мудрых советов о том, что я должна идти до конца и не бояться.

В комнату возвращаюсь к полуночи. Кери спит при тусклом свете ламп.

Сажусь на край кровати и беру одеяло, накрывая дочку. Глажу по мягким волосам. Во сне она чистый ангелочек. Наклоняюсь и целую в щёчку. У неё совсем не мой характер, я всегда была тихой и трусливой, даже не могла рассказать своему отцу о том, что чувствую, о том, что мне не хватает его тепла. Но мысль, в кого она такая, вызывает в душе трепетное волнение, и я была совсем не против.