Эксперт по уничтожению - Роман Глушков

Чем ближе подходил к концу срок стажировки Сергея Васильевича, тем длиннее становились его ночные бдения с сигаретой на балконе. Нехарактерная для прежнего полковника глубокая задумчивость нападала на него преимущественно по ночам. Днем было просто не до нее – службу Мотыльков нес как положено: отдавался работе без остатка, делал дело как следует и приказы не обсуждал.

Несмотря на то что познакомиться с Францией поближе Мотылькову мешала занятость, эта страна ему все-таки нравилась. Мелодичный французский язык тоже понравился, хоть и оставил в памяти полковника лишь два десятка самых распространенных выражений. Замечательный город Ницца, спокойный и тихий. Такая же спокойная и тихая выдалась стажировка…

Впечатлений хватит на всю оставшуюся жизнь.

И не думал полковник Мотыльков, скучая за компьютером над шахматной партией в предпоследний день стажировки, что мат в четыре хода, который он приготовил для этой премудрой машины, он поставить так и не успеет.

Фойе мнимых рыботорговцев «Дюпон и Делакруа «было оформлено с таким расчетом, чтобы любой зашедший к ним покупатель ничего не заподозрил. Сонный клерк дремал за стойкой, по стенам были развешаны рекламные проспекты, цены на рыбу, курсы валют и прочая деловая информация, по углам в кадушках росли небольшие пальмы. Задрав голову к потолку, можно было обнаружить две видеокамеры, свидетельствующие о том, что господа Дюпон и Делакруа – очень ответственные люди, раз так пекутся о собственной безопасности.

– Простите, мсье, но мы закрыты, – при виде Мефодия клерк вышел из дремоты и откинулся на спинку стула – довольно крепкий для простого офисного служащего малый. – Приходите завтра, мы открываемся с восьми.

Мефодий не сомневался, что при «Сумеречной Тени» действительно функционирует небольшая торговая фирмочка. Такая же, как при смотрительско-исполнительских группах, тоже работающих под прикрытием юридических контор и подобных мелких организаций. Обе враждующих стороны применяли аналогичную тактику, жизненно необходимую на незримых фронтах тайных войн.

– Как мне найти мсье Дюпона? – подойдя к стойке, спросил первое, что пришло ему в голову, Мефодий. – Я его племянник. Сегодня вечером я прибыл из Лондона. Дядюшка дал мне этот адрес и давно меня ждет.

– Извините, мсье, но у мсье Шарля Дюпона нет племянников, – вежливо ответил клерк и настороженно приподнялся со стула. Мефодий заметил под пиджаком клерка пистолет. – Видимо, вам нужен какой-то другой мсье Дюпон.

– Да нет же, – настаивал Мефодий. – Мне нужен именно Шарль Дюпон, мой дядюшка и совладелец этой фирмы. Вы не возражаете, если я пройду наверх? Он наверняка меня заждался. – И направился мимо клерка ко входу во внутренние помещения, который, по его расчетам, выпадал из обзора видеокамер, следящих лишь за посетителями в фойе и парадной дверью.

– Одну минуту, мсье! – вскричал клерк, выбегая из-за стойки и бросаясь вслед за Мефодием. – Чтобы пройти наверх, вам необходим пропуск!..

– Нет у меня пропуска, – с сожалением признался Мефодий, но клерк его не слышал, поскольку уже лежал без сознания у ног исполнителя. Удар акселерата разил не хуже бейсбольной биты, только без черепно-мозговых травм.

Нигде не заголосила тревожная сигнализация, и Мефодий счел это хорошим знаком – лишняя минута форы в его положении была подобна козырю для проигрывающего картежника.

Дверь во внутренние помещения – солидная, из мореного дуба – оказалась лишь ширмой. Сразу за ней узкий коридор перекрывала другая: металлическая, вся в заклепках и даже без намеков на замочную скважину или «глазок». Возле нее висел сканер не то для отпечатков пальцев, не то для сетчатки глаза; для чего именно, Мефодий выяснять не стал, потому что пользоваться сканером не собирался. Выпустив слэйеры, он по рукояти вонзил их в стальную поверхность двери, после чего за считаные секунды прорезал в металле вторую дверь. Для ее открытия уже не требовалось никаких премудростей, а нужен был лишь хороший пинок…

Большой квадрат толстой стали с грохотом влетел внутрь открывшегося Мефодию второго фойе, теперь уже настоящего, принадлежащего той организации, что на самом деле обитала в этом здании: пульты охранных систем, вдоль стен сплошные мониторы, электрощиты и стеллажи с оружием. Вошедший сюда обязан был пройти мимо поста по стеклянному коридору под пристальными взорами охранников. Заканчивался коридор так же, как начинался, – неприступной стальной дверью, которая открывалась с пульта охраны.

Ввязываться в бой раньше времени Мефодий не собирался – такая тактика довела бы его до могилы, а не до намеченной цели. Акселерат исходил из принципа «самый короткий путь к победе – прямой»; победой же для исполнителя являлось вызволение несчастного аспиранта, а не пополнение юпитерианских некрологов. А чтобы вызволить Жака, его требовалось сначала отыскать, причем отыскать как можно быстрее, не отвлекаясь на лишние потасовки.

Оглушительный лязг ударил по ушам охранникам фильтрационного пункта, а потом стремительная тень пронеслась по стеклянному коридору и на мгновение задержалась у второй двери, произведя над ней какие-то манипуляции. Грохот и лязг повторились. Тень исчезла, нырнув в мгновенно вырезанный из стальной двери квадрат, идентичный тому, что уже зиял в первой.

Все произошло за несколько секунд. Охранники переглянулись, а старший смены, державший чашку с кофе, даже успел отхлебнуть глоток, прежде чем сообразил, что испортивший двери призрак ему отнюдь не привиделся. Однако, прежде чем палец охранника дотянулся до красной кнопки и в коридорах «Ля Плейн Омбр» раздался сигнал тревоги, Мефодию удалось прорезать еще одну бронированную перегородку и перепугать охранников второго фильтрационного поста.

«Легко сказать: пойди и найди! – подумал Мефодий, когда уперся в очередную решетку на перекрестке коридоров. – Ни схем, ни указателей. Даже спросить не у кого!.. Ладно, здесь наверняка одни кабинеты. Пойду пошарю в подвалах…»

Под раздавшийся вой сигнализации акселерат вогнал люциферрумовые клинки в бетонный пол под ногами, совершенно не представляя, куда сейчас провалится…

Истеричный визг, раздавшийся за спиной, чуть не перекрыл завывания сигнализации. Отряхнувшись от обломков бетона, Мефодий осмотрелся, пытаясь сориентироваться и обнаружить кричащего.

Туалет, да еще и женский! К счастью, никого, кроме голосящей возле умывальника дамочки, в туалете не было, иначе акселерат не простил бы себе подобной невоспитанности; да, для служащих «Тени» он злодей, но злодей благородный, не какой-нибудь извращенец!

Дамочка – по-видимому, секретарша или программистка, но точно не оперативница – от испуга застыла на месте и громко звала на помощь. Понимая, что, поигрывая холодным оружием, перепуганную женщину не утешить, Мефодий первым делом убрал слэйеры в рукава, а затем, стараясь улыбаться как можно миролюбивее, приблизился к дрожащей свидетельнице его эффектного появления.

– Успокойтесь, прекрасная мадемуазель, – промурлыкал Мефодий. – Я не причиню вам никакого вреда! Я хочу лишь узнать, где мне найти Жака Бриоля. Знаете такого?